Семь лет тишины (СИ)

«Добрый вечер!» — шепнул он, когда Денис со стоном разрядился, и взмахом пальцев поправил Денису растрепавшуюся волнистую челку.
— Рома, мне так понравилось, — улыбаясь, сказал ему Денис, выходя из душа в одном полотенце. — Первый раз было вот так, чтобы в рот… Это так нежно, так чувственно!
— И мне очень понравилось, — ласково сказал ему Рома.
— Я сейчас отдышусь, попью и, наверное, поеду… А так не хочется…
  
— Если б ты только мог остаться… Скажи, а ты спал с тем парнем, про которого говорил? Проводил с ним ночь? — спросил вдруг Рома.
— Да… — смущаясь, ответил Денис.
— Дэнь, — улыбнулся Рома, — тут нечего стрематься! С какой стати!
— Да, да, я знаю! — ответил Денис, которого в этот момент волновало скорее не то, что он рассказывает Роме о сексе с другим парнем, а то, что этим парнем является брат Олега Ведерникова.
— Но ночь со мной была первой? — прищурив глаза, спросил Рома, точно стараясь подколоть Дениса.
— С тобой все было первое. И поцелуй, и секс, во время которого не хотелось сбежать, и оргазм, и ночь, и влюбл… — Денис застыл и испуганно посмотрел на Рому.
— Ты был влюблен в меня? — ровным голосом спросил Рома.
— А ты не видел?
— Я подозревал. Точнее, я понимал, что ты неравнодушен, но не знал, влюбленность ли это. И когда?
— Ты знаешь, я не могу так четко провести линию «влюблен — не влюблен», но как будто с ланча.
— С ланча… — пытаясь вспомнить, сказал Рома, смотря куда-то наверх.
— Это было где-то год назад, — добавил Денис.
— Ого-о-о-о, — протянул Рома. — Ты не признавался в этом, потому что видел, что с моей стороны подобного нет?
— Думаю, да, — ответил Денис, удивленный тем, что Рома попал точно в яблочко. — Я терпеть не могу быть занозой в заднице у других людей, а знать, что в тебя влюблены, это как будто иметь эту занозу.
— Иди сюда, — ласково сказал Рома, распахнув халат.
Денис, все еще находясь в одном полотенце, повязанном вокруг пояса, подошел к Роме и прильнул к его теплой груди. Ощущение кожи Ромы убаюкивало. Он поцеловал Рому и все ждал, спросит ли Рома, что Денис чувствует к нему сейчас, и не знал, говорить ли правду о своей любви, но Рома ничего такого не спросил.
Они оделись.
— Я сейчас дождусь, пока ты приедешь домой и отпишешься мне, и лягу спать, — сказал ему Рома, открывая входную дверь. — Так хочется с тобой подольше поговорить, но еще больше хочется спать. Надеюсь, хоть иногда получится вот так встречаться.
— Я тоже, Ромочка… Я хочу больше. Я хочу тебя, всего! Целиком! Хочу с тобой нормального секса, я соскучился по нему, по тебе!
— Лучше не говори об этом, — улыбнулся Рома. — Думаешь, никак не получится?
— Я даже не знаю. Жена всегда дома сейчас, на выходных мне не вырваться. Банально даже подготовиться негде…
— Банально? Или анально? — подмигнул ему Рома.
— Ром! — засмеялся Денис.
— Ладно. Придумаем что-нибудь!
Они обнялись и постояли так полминуты, после чего поцеловались, и Денис пошел к лифту.
====== Глава 34 ======
Апрель пролетел одним мгновением. Денис был спокоен и умиротворен. Они еще раза три вот так встречались — у Ромы дома после работы. И лишь в один из выходных дней Денис, сказав Саше, что репетитор итальянского перенес занятие на субботу, поехал в номер, который накануне снял Рома в «отеле на час». Денис специально приехал заранее, чтобы привести себя в порядок перед встречей с любовником. Потом весь вечер, играя дома с дочерями, он невольно вспоминал эту короткую встречу несколько часов назад: своего любимого, который с порога накинулся на Дениса, улыбаясь и осыпая его поцелуями, раскиданную по номеру одежду, отражение их обнаженных тел в зеркале, висящем напротив кровати, громко включенную «Европу Плюс» из старой магнитолы, сладкую боль, сменяющуюся огненно-горячей волной внутри, и этот взрыв, эти звезды в глазах, нехватку воздуха, руки на ягодицах любимого, инстинктивно вгоняющие его в себя… И «Добрый день!»
Саша, конечно, не могла не замечать метаморфоз, происходящих с мужем. Однажды, когда Денис сидел за ноутбуком и украдкой переписывался с Ромой, она сказала:
— Тиша, можешь сказать честно?
— Что сказать? — спросил Денис, который слишком хорошо знал Сашу, чтобы не понять, о чем будет вопрос.
— У тебя же кто-то есть?
— Господи… — вздохнул Денис. — Меня знаешь что поражает? Что за все те годы, что мы живем вместе, я ни разу! Ни разу не задал тебе такого вопроса. Хотя имел все основания это сделать. Ты же, дай-ка я посчитаю… Ну, раз девятьсот мне этот вопрос задаешь. В месяц. Каждый месяц. У тебя совесть есть?
— Тиш, не нервничай, — спокойно ответила ему Саша. — Я согласна, что как идиотка у тебя постоянно это спрашивала. Да, как настоящая дура. Но ты и не был никогда таким.
— Каким «таким»?!
— Таким, как сейчас.
— Какое емкое описание!
— Не язви. Я просто очень хорошо чувствую, что тебе нет никакого дела до меня. Я вообще не ощущаю, что занимаю в твоей жизни хоть какое-то место, понимаешь?
— Конечно, я понимаю! Я не содержу семью, хожу по бабам, хожу по пабам!
— Я не про это, Тиш. Я не чувствую твоей любви ко мне. Прости, что так пафосно звучит, но я не знаю, как это еще выразить. Ты никогда не проявлял чувств, не был романтиком, всегда был как-то нейтрален, что ли, со мной и даже в какой-то степени холоден. Но я не просто привыкла к этому, я люблю тебя таким. Ты такой, и ты — мой. Но сейчас я вообще не чувствую ничего. Как будто что-то погасло между нами, умерло.
— Слушай, давай просто ты не будешь загоняться, ладно? Тебя понесло куда-то не туда, как обычно.
Денис уткнулся в ноутбук, всем своим невозмутимым на первый взгляд видом показывая, что тема не подлежит дальнейшему обсуждению.
— Ты так и не ответил мне, — тихо сказала Саша, в глазах которой стояли слезы. — У тебя появилась женщина?
— Я клянусь тебе, — резко ответил Денис, оторвавшись от экрана, — что у меня нет никакой женщины. Что мне еще сделать? Положить руку на Библию?
— Нет. Спасибо, Тишенька.
Изредка Рома делился деталями интересных дел, которые находились у него в производстве, и пытливый ум Дениса с аппетитом поглощал эту информацию. Порой Денис, перебивая самого себя, задавал такое количество уточняющих вопросов и хотел знать так много фактов, что Рома шутил, что принесет с работы тома с делом и отдаст их Денису на принятие решения.
— Ну вот, значит, — рассказывал как-то Рома в один из тех вечеров, когда к нему домой приехал Денис, — а она же действовала как физлицо, поэтому налоги никакие не удерживала.
— Понятное дело. Так, а она какие фразы из газеты оспаривает? О том, что ее обвиняют в черных схемах на проекте?
— В том числе. Но основное — это что она привлекла кучу персонала типа художников, ассистентов, каких-то спецов по компьютерной графике, но всем им не заплатила.
— А они все как свидетели подтверждают это?
— Ну, как сказать — «подтверждают»… У них договоры есть с ней, с ее компанией, и по ним все деньги были заплачены. Они просто все говорят, что она им больше обещала в конверте, но так и не заплатила.
— Мне вот интересно, а это вообще ваша подведомственность? Ее же фактически обвиняют как бизнесвумен, что она людей на деньги обувала, а не что она плохая мать или что она, я не знаю, прилюдно колется герычем? Может, это вообще надо прекращать с передачей в арбитражный суд?
— Вот, Дениска, понимаешь, я тоже так думаю. Советовался с другим судьей — он говорит не париться и рассматривать дальше.
— Ага, а потом кто бы ни проиграл, пойдет в Мосгорсуд и будет там канючить, что дело в арбитражном суде должно было рассматриваться. А тебе лишняя отмена в апелляции не нужна.
— Вот видишь. Нас уже двое. Ты и я, — улыбнулся Рома и чмокнул Дениса в губы. — Я так же считаю. Ты мой умничка! Меня реально вставляет, что я могу вот все это с тобой обсуждать. Класс!
Как-то вечером, когда Денис переписывался с Ромой, ему пришло сообщение от Андрея, от чего Денис аж опешил.