Семь лет тишины (СИ)
— Ну так надо же иметь, как бы это поделикатнее, ресурсы? Чтобы переехать?
— С ресурсами у меня все нормально. У меня куча друзей в Италии, в том числе по музыкальному направлению. Не пропаду. И есть, где жить.
— У тебя есть жилье в Италии?
— Ну не совсем у меня, строго говоря, но можно сказать и так. У брата есть.
— О, у тебя есть брат? Он в Италии живет?
— Не, у тебя под боком. В Москве. Кстати! Даже не знаю, конечно… Ты же на налоговых всяких делах специализируешься?
— Ага, на делах всяких на налоговых там, — засмеялся в ответ Денис. — А что? Твой брат не заплатил налоги и теперь ему не спится?
— Не-не, у него как раз с налогами все в порядке. Ну, может, и не в порядке, но у него сейчас другой вопрос, по семейным делам. Там спор у него с бывшей женой, и он не совсем доволен своими адвокатами — уж не знаю, чем они ему не угодили. Ваша контора занимается семейными делами?
— Занимаемся, конечно. У нас есть девочка одна, адвокат, она специализируется на этой категории как раз. Ну и у меня, ты будешь смеяться, есть сейчас семейный спор. Я как-то нечаянно начал им заниматься, потому что клиентка хотела именно меня, — улыбнулся Денис.
— Понимаю твою клиентку! — подмигнул ему Андрей. — Я тогда, может, соединю тебя с ним? Мне реально очень хочется ему помочь. У него черная полоса в жизни никак не кончится. Сначала развод, сын его с бывшей женой остался. Потом с девушкой со своей у него сильные проблемы были, на работе в последнее время тоже не все гладко. Он таким нервным стал… Сейчас пытается у жены ребенка отсудить, или как уж там это у вас называется. И дело так долго тянется, от матери отморозки какие-то в суд ходят, все тянут и тянут дело. А это ж деньги, каждое заседание-то. Я ему, как могу, помогаю деньгами.
— Вот у меня один в один дело сейчас в суде. Только я там от матери как раз выступаю.
— Будет забавно, если мы об одном и том же деле говорим, — засмеялся Андрей. — К слову, там наша с тобой любимая Италия плотненько примешана. Его бывшая жена итальянка, вот она сына-то в Италию и увезла против воли брата.
У Дениса широко открылись глаза, он испуганно посмотрел на Андрея.
— Нет, нет, нет, нет… — закачал головой Андрей. — Подожди… Ее имя на букву «Ф»?
— Да! Франческа!
— Палмери…
— Твое полное имя — Ведерников Андрей Владимирович? — быстро сообразил Денис.
— Капец…
— Бля… Вот всю жизнь у меня так — череда таких совпадений, что аж не верится, что такое вообще возможно…
— Львенок, прости, я тебя, конечно, не хотел отморозком называть…
— Это жесть… — сказал Денис. Ему было не по себе. — Лучше б я не знал.
— Да ну ладно тебе, Львенок? — сказал Андрей, вставая с кресла поезда, который уже довез их до терминала аэропорта.
— Да ты не понимаешь. Представь, каково мне будет теперь общаться с Франческой и вообще вести себя в суде, когда я знаю, что наш враг — это родной брат моего милого Эндрю!
— Ну, а ты не можешь быть помягче, что ли, в суде? Пойми, ему сейчас и так тяжело. У него реально депрессия, он нервный стал, рассеянный… Он еще с другом кредит взял, чтобы свой собственный бизнес по обуви запустить, у него там то ли поручительства личные, то ли залоги квартиры, а с бизнесом не так все гладко, как хотелось бы…
— Андрей, хватит! Ты же понимаешь, что ты мне его карты раскрываешь? Пожалуйста, не надо! Он же в суде бьет себя кулаком в грудь, что он весь превосходный, а мама — шалава, живущая с сожителем! Я же буду прорабатывать вопрос с его долгами, с его финансовой ситуацией! Спасибо, конечно…
— Денис, подожди. Нет, я тебя прошу! Кретин, зачем я сказал… Давай как будто этого разговора не было?!
— Андрей, что значит — не было? Я адвокат, я присягу давал. Я должен защищать клиента! Должен сделать все, чтобы обеспечить ей победу!
— Я прошу тебя! Олег-то здесь при чем, если именно я тебе ляпнул это? Ты бы и не узнал!
— Да все бы я узнал, мы все равно проверили бы его документы на активы, увидели бы в выписке запись о залоге, стали бы выяснять!
— Львенок… — Андрей остановился посреди терминала. — Львенок! Я к этому прямого отношения не имею. Не хочу, чтобы между нами черная кошка пробегала. Слышишь?
— Я тоже не хочу…
— Пожалуйста, не занимайся этим делом. И забудь про то, что я тебе наплел. Все у него в целом нормально.
— Вот видишь? Уже нормально… Андрей, я не могу не заниматься этим делом, пойми! У меня с ней договор, она моя клиентка! Это как если хирург бросит своего пациента на операционном столе! И что я ей скажу? Вы знаете, Франческа, тут такое дело… В общем, так получилось, что я сплю с братом вашего бывшего мужа. Вы не могли бы в этой связи найти себе другого адвоката, пожалуйста, если вас не затруднит? Будьте так любезны!
— Денис, успокойся, не кипятись.
— Да я не кипячусь, я хочу дать тебе понять, что не смогу отказаться от дела! Это мое дело! Мое! И я его веду! Я адвокат, профессионал, и ничто не заставит меня поставить подножку своему клиенту на полпути! Даже это!
— Львенок, ты меня расстроил, — тихо сказал Андрей, когда они подошли к выходу на посадку.
— Я себя тоже расстроил, Андрей. Думаешь, я такая сука, что ликую от всей этой ситуации?
— Нет, не сука. Мда, это так все… картинно… Как и должно быть…
— Что именно?
— Да все вот это. Сладкоглазый красавчик с лицом ангела, в которого я имел неосторожность влюбиться, сотрет в порошок моего брата. Только со мной такое могло произойти…
Они долго молчали, сидя в соседних креслах в самолете. Оба отказались от предложенного в полете обеда.
— Вот ты думаешь, что я плохой человек? — вдруг повернулся к Андрею Денис.
— Львенок…
— Плохой только потому, что он твой брат? Почему я должен пренебрегать интересами одного человека ради интересов другого? Они оба мне чужие люди. Я как адвокат отношусь к обоим умеренно цинично. Просто у одного из них контракт со мной. А контракты надо исполнять всегда и везде.
— Львенок, я тебя услышал.
— «Я тебя услышал» из твоих уст звучит как: «Пошел в жопу, ублюдок».
— Львенок…
— И вообще, может, он выиграет! Кто ж знает, какое решение судья примет! Она же судья российского суда, с чего бы это ей отдавать русского ребенка в другую страну…
— Потому что он с мамой. Даже я как не юрист понимаю, что ребенок должен жить с мамой, если она не алкоголичка какая-нибудь, конечно. А Франческа далеко не алкоголичка.
— Вот видишь! Ты сам себе противоречишь. Сам же говоришь, что ребенок должен жить с мамой. При чем тут я тогда?
— Ладно, Львенок. Нет смысла. Ты хотя бы не говори никому, что это я тебе рассказал про ситуацию у Олега.
— Конечно, не скажу. Даже если захотел бы. Мы же с тобой, прямо скажем, не на теме игры в преферанс общаемся.
Когда они приземлились и прошли паспортный контроль, Андрей сказал:
— Денис, что-то я не спросил. Ты сейчас куда?
— На «Аэроэкспресс» до Белорусской, а оттуда домой. А ты? До Комсомольской? Тебе же на Ленинградский вокзал?
— Да. Поедем вместе тогда до Кольцевой.
Когда поезд метро подъехал к станции «Проспект Мира», Денис посмотрел на Андрея и сказал: «Моя. Ну, пока?»
Они пожали друг другу руки. Денис взял чемодан за ручку и вышел из вагона.
====== Глава 30 ======
Когда Денис рассказал о произошедшем в общих чертах Наташе Карповой, она была в недоумении:
— Кабздец, Тихонов. Не, если серьезно, то это реально только с тобой могло произойти. Да-а-а-а… Я, конечно, взыскательна в выборе друзей, но никогда б не подумала, что мой выбор падет на того, у которого в жизни все так переплетется, что весь актерский состав «Санта-Барбары» будет курить в сторонке.
— Я прямо не знаю, как и поступить, Наташ.
— Ты про дело или про романтика?
— Нет, не про дело. С делом-то как раз мне все понятно. Тут и обсуждать нечего — работа есть работа. А вот Андрей…
— Андрей умный. И опытный. Все он поймет.