Первый встречный, или Лекарство от любви (СИ)
Впрочем, как выяснилось через несколько минут, простыня особо не требовалась. В квартире никого не было, кроме меня.
Раскиданные нами в порыве страсти вещи в прихожей тоже исчезли. Вернее, оказались аккуратно развешанными и разложенными по полкам. Красавчик-мажор оказался, похоже, еще и педантом, не терпящим беспорядка в собственном доме. Я убедилась в этом, когда пришла на кухню, растерянно уставившись на оставленную мне на столе записку.
Глава 20
«Несостоявшийся ужин обязательно компенсирую. Пока перекуси, чтобы восстановить силы. Они тебе понадобятся. Скоро буду, не скучай».
Записка лежала на коробке с пиццей. Еще горячей, потому что лист, который взяла в руки, тоже сохранил тепло. Выходило, что Стас ушел совсем недавно. Вот только куда? Посреди ночи?
Это было так странно, что я не знала, что и думать. Наверное, если бы случилась какая-то проблема, он вряд ли бы озаботился заказом пиццы для меня. Но какие безобидные причины могли побудить человека ночью выбраться из постели и отправиться куда-то, не приходило в голову.
Конечно, парень не должен был отчитываться передо мной. Мог пойти куда угодно без всяких объяснений.
Обижаться точно не стоило. Стас ведь не просто позволил мне забыться, еще и побеспокоился, чтобы не осталась голодной.
Это было… мило. Трогательно. И опять разительно отличалось от того, к чему привыкла в отношениях с Артемом. В них за еду отвечала именно я. Ему бы и в голову не пришло подумать о подобных вещах.
А есть на самом деле хотелось. Я отчетливо поняла это, ощутив повисший в воздухе ароматный хлебно-сырный запах.
Пиццу не ела давно. Когда откусила первый кусочек, удовольствие оказалось острым. Каким-то слишком сильным. То ли от голода, то ли от того, что несколько позабыла этот вкус. Подобных ощущений, скорее всего, не испытала бы в дорогом ресторане.
Румяный краешек соблазнительно хрустел, разжигая еще больший аппетит. Тоненькие слайсы салями перемежались с идеально ровными кружочками помидоров. Между ними из-под пышущей жаром сырной корочки проглядывали черные глазки маслин. Сладковатая сочность ананаса приятно оттеняла остроту.
Те, кто готовили эту пиццу, явно позаботились не только об изумительном вкусе, но и постарались сделать ее максимально привлекательной внешне, чтобы доставить не только физическое, но и эстетическое наслаждение от еды. Вид был более чем потрясающий — хоть сейчас на обложку мегапопулярного кулинарного сборника.
Я включила чайник, расправляясь с очередным кусочком. И в голову внезапно пришла совершенно нелепая аналогия. Богатенький мажор должен был не с пиццей у меня ассоциироваться. С чем-то более изысканным и дорогим. Каким-то роскошным и изысканным деликатесом в том ресторане, из которого мы уехали.
Но так вкусно от обычного угощения мне не было уже давно. Может, и вообще никогда. Как и в постели с ним. Я не старалась выглядеть лучше, чем была, не заботилась об условностях… Да вообще ни о чем не заботилась! Просто получала удовольствие. Как и теперь, уплетая один кусочек за другим.
Вооружившись еще одним, заварила чай, бросив щепотку заварки прямо в чашку и подошла к окну. Усмехнулась. В кои-то веки было все равно, что в таком объеме поглощаю мучное. И дело заключалось не только в количестве израсходованных при сексе калорий. Мне стало спокойней. Как будто даже уверенности в себе добавилось.
Стояла и смотрела на темный ночной двор. По стеклу секли косые струи дождя, и иногда казалось, что поверхность царапают острые льдинки. На улице, наверно, опять здорово похолодало — настоящая весна никак не хотела приходить.
— А где-то сейчас уже лето… — задумчиво проговорила вслух, неожиданно вспоминая свою старую наивную мечту: вырваться из такой вот непогоды куда-то на край света. Хотя бы на несколько дней. Утонуть в тропической сказке, в изумрудном море и ласковых солнечных лучах. Понимала, что она почти неосуществима: такое спонтанное путешествие, еще и в это время года вышло бы очень дорогим. Но почему-то подумала о нем именно сейчас. Наверное, потому что на сердце впервые за долгое время стало тепло. Как будто и правда попала в далекую южную страну, прочь от проблем и накопившихся обид.
— Хочешь лето? — неожиданно прозвучал за спиной знакомый голос, и сильные руки сплелись вокруг моей талии. — Так давай устроим!
Глава 21
Я смотрела из окна иллюминатора, как стремительно уменьшалась земля. Огромный город на глазах превращался в множество разноцветных огней, становящихся все дальше и дальше. Не могла поверить, что не сплю. Что это все происходит на самом деле. И я действительно улетаю на край света с мужчиной, которого еще сутки назад знать не знала.
Честно говоря, странное было ощущение. Слегка кружилась голова, но не потому, что начало укачивать. Нет, подобными недугами я, к счастью, не страдала. Но в каждой клеточке тела, казалось, бурлило волнение. Меня даже подзнабывало немного, и я старательно куталась в принесенный услужливой борт-проводницей плед. Переводила растерянный взгляд от потрясающего пейзажа ночного города с высоты птичьего полета на сидящего рядом парня. И не знала, как себя вести.
Стас же был спокоен. Абсолютно расслаблен и невозмутим. Вел себя так, словно для него совершенно естественно взять и сорваться из привычной жизни, в одно мгновенье перестроить планы и отправиться в дорогущее путешествие с малознакомой девицей.
У богатых свои причуды? Знала об этом, конечно, но все равно как-то трудно получалось уложить в голове. Не хотелось вспоминать, что пришлось выслушать от отца, который и не пытался скрыть своего шока. Во время нашей весьма продолжительной беседы во всевозможных деталях и красках рассказал, насколько я неблагодарная и безответственная.
Неблагодарная — потому что с такой легкостью разорвала отношения с прекрасным и перспективным женихом, на которого у семьи были серьезные планы. А безответственная… ну а как еще было назвать такое поведение? Лететь неизвестно куда неизвестно с кем — уму непостижимо!
В лучшем случае, по словам отца, моя авантюра грозила закончиться разбитым сердцем и крушением иллюзий. В худшем я могла оказаться в рабстве где-то далеко на Востоке. И это совсем не образное выражение, поэтому и не стоило надеяться на помощь мудрого папы. Он клятвенно заверил, что даже пальцем не пошевелит ради меня в таком случае. И Артему не позволит, хотя мальчик любит свою глупую невесту так сильно, что готов понять и простить.
Вздохнула, тряхнув головой и прогоняя совсем не радужные воспоминания о пререканиях с отцом. В чем-то он был прав, конечно: так опрометчиво я не вела себя еще ни разу в жизни. Но это же была моя жизнь! И, несмотря на все сомнения и невероятность происходящего, такой легкости на сердце давно не испытывала. Будто лезла на вершину долго-долго с тяжеленным рюкзаком на спине, но внезапно избавилась от него. И не просто гора с плеч свалилась — казалось, даже крылья слегка расправились. Те самые, о наличие которых я и не подозревала.
— О чем задумалась? — улыбнулся Стас, сгребая края пледа и притягивая с их помощью меня к себе. Присутствие других пассажиров его, похоже, не слишком беспокоило. Во всяком случае ни стоящая поблизости стюардесса, ни сидящие рядом люди не помешали нашему поцелую. Снова безумно сладкому. Я зажмурилась, а потом слегка отстранилась и рассмеялась.
— Да вот, пытаюсь представить, до какой степени могу зайти в своем безрассудстве.
Парень приподнял бровь, и стало еще веселее. Все-таки он влиял на меня как-то очень странно: будто и впрямь от его присутствия я резко глупела и пьянела, хоть на самом деле не выпила ни глотка спиртного.
— Это папины слова, — пояснила в ответ на незаданный вопрос. — Он подробно рассказал о последствиях такой моей выходки. Вот, пытаюсь все осмыслить.
— И как, получается? — Стас тоже усмехнулся. — Безрассудными быть мы еще даже не начали. Ну-ка, пойдем! — и быстрее, чем я успела отреагировать или как-то возразить, поднялся с кресла и, обхватив мою ладонь, потянул за собой.