"Фантастика 2024-121". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Блин… и зачем я язык учу, если можно вот просто надеть такую классную штуку…
— Чтобы не выдавать в себе чужака и не заставлять других постоянно носить УРР.
— Да я понимаю, шучу же.
Вскоре Кирсан попал в на обед в камбуз и познакомился с другими членами экипажа корабля и научных сотрудников, всего с полутора десятками вардоранцев. Именно ученых тут оказалось большинство, так как собственно экипаж состоял из всего трех человек: капитана, уже знакомого «специалиста по безопасности» Спарды и специалиста по межзвездным полетам. Видимо, так тут навигаторы называются.
Из тех, кто присутствовал, самым старшим казался именно капитан — средних лет примерно. Спарда кажется одновременно и старше, и моложе — странный парадокс. Остальные выглядят молодо — но реальный возраст неизвестен, единственное, насчет чего Кирсан примерно уверен — что он сам выглядит на свои восемнадцать и является самым молодым на борту. Насчет остальных — поди пойми.
Каких-то особых церемоний не было: Эвада просто привел Кирсана на камбуз и сказал: «Знакомьтесь, это Скай». Присутствующие ответили несколькими репликами типа «Привет» и «Добро пожаловать» — и, собственно, все, дальше обед пошел своим чередом, словно ничего особенного, типа появления в их кругу «новичка», не произошло.
Ну а правда, чего там Кирсан ждал? Пышной церемонии посвящения в балларанцы?
С другой стороны, ему так даже лучше: он просто сидит за столом, делает вид, что так всегда и было — ну а сам слушает да на ус мотает. Мотать, правда, особо нечего: Кирсан понимает слова по отдельности, но когда ведут диалог инопланетный инженер и инопланетный же исследователь — смысл ускользает, а порой и вовсе каждое третье слово — тонкий писк, которым искин сообщает, что в русском языке аналога нет.
Отдельно Кирсан отметил, что искин действительно довольно умный: так, он переводит только слова того, на кого в данный момент смотрит хозяин, и тех, с кем говорящий беседует. В противном случае в ушах был бы полный хаос.
Обед, к слову — уже знакомые ему «похлебка в тюбике», «желе в тюбике», «паштет в тюбике» и так далее. Булочки — не факт, что они из муки, но на вкус и по консистенции похоже на сладкую сдобу — из пакетиков, откуда они появляются такими свежими, словно только из печки. Напитки — из колб. Словом, все готовое, повар не предусмотрен, полуфабрикаты — тоже.
После обеда Эвада сообщил, что «все необходимое» для Ская уже собрано и подключено и можно приступать к первым тестам на профпригодность.
Это самое «необходимое» оказалось весьма удобным креслом, столом-панелью и тремя экранами, установленными на панелях. Стол, естественно, сенсорный и тоже фактически экран, потому что «клавиатуру», «тачпад» и прочие элементы управления можно перетаскивать как угодно. Присутствуют и механические клавиатуры — три штуки — и «мышь».
— Вообще говоря, — пояснил Эвада, — у нас много разных девайсов, и большинство тебе понравится. Но пока я собрал тебе более привычный вариант.
Кирсан под руководством Эвады начал погружаться в игру, уже даже не удивляясь реалистичной графике, перепробовал несколько вариантов отображения и остановился для начала на упрощенном. А вот когда он попытался настроить управление, система «вывалила» на него десятки рубрик с десятками менюшек и настроек.
— Господи, — пробормотал Кирсан, — а оно все мне необходимо?
— Пока — нет. Потом — тоже нет. А потом ты дойдешь до того уровня, когда сам захочешь забраться во все это и перенастроить под себя. Чтоб ты понимал, профессиональные легаты…
— Легаты?
— Ну, киберспортсмены, играющие в стратегии, у нас именуются именно так. Рабочее место профессионала зачастую круговое, с пятью-шестью мониторами. Звучит сложно, потом привыкнешь. На монитор ты можешь выводить все, что угодно — от наблюдения за участком карты до набора командных шаблонов. Тут еще и голосовое управление есть, система снабжена собственным искином. Так вот, здесь широчайшие возможности настройки под себя. Тут сложнее, чем в «Старкрафте», где каждый юнит обладает чрезвычайно примитивным интеллектом. Ты можешь назначать любой единице любые алгоритмы поведения и менять их на лету. Выделил этого на основном экране, тыкнул пальцем в шаблон разведчика — все, этот юнит разведчик, действующий самостоятельно. Здесь ты даже не должен вручную отводить побитую единицу за спины более целых — они сами будут это делать, если ты задашь им такой шаблон.
 
— А в чем тогда моя роль как игрока, если тут игра сама играть может?
— В назначении шаблонов. В оценке ситуации. В принятии решений. В разгадывании замысла твоего оппонента. Это то, чего искины делать не могут. Ручного контроля тоже никто не отменял.
— Уф-ф… вот что-то у меня появились сомнения, что я смогу…
— Сможешь, я в тебя верю. И вот еще что… Мы обсуждали твои перспективы подъема по социальной лестнице, и я внезапно осознал одну вещь… Самые выдающиеся легаты состоят в… назовем это национальной сборной. Особого почета за это не полагается, ибо профессия непрестижная. Но если ты попадешь в сборную и станешь игроком номер один в ней… тебе просто не смогут не присудить звание «гения».
Кирсан нахмурился:
— Почему?
Эвада ухмыльнулся в ответ.
— Тот парадоксальный случай, когда твое земное происхождение дает тебе уникальное преимущество. Сейчас лучший игрок сборной не имеет такого титула, и оснований его присудить нет, ибо профессия неуважаемая. Но если ты попадаешь в сборную и становишься самым лучшим — внезапно получается такая пикантная ситуация, что какой-то земляшка в чем-то оказался лучше балларанцев, а это, скажем прямо, очень унизительно для всей нашей расы. И чтобы не получилось такой ситуации, придется пересмотреть кое-какие взгляды и начать присуждать звание «гения» даже в этой профессии. Просто чтобы не вышло так, что землянин лучше балларанца.
— Постой, но каким образом титул «гения» исправит это? Все равно получится, что я лучше остальной сборной, нет?
— Да, но есть нюанс. Вот есть ты — обычный легат. Ты в сборной — но в целом все равно обычный. Когда другой легат из сборной показывает лучший результат, чем твой — так и должно быть. Вы оба легаты, вы оба в сборной — но он балларанец и потому лучше тебя. Иначе быть не может. Если ты внезапно обходишь всех остальных… это, как говорится, полный пердюмонокль. Но если у тебя звание «гения» — то все естественно. Если ты «гений» в этой игре — вполне логично, что ты лучше того, кто не является «гением».
— Все равно непонятно. Если я получил «гения» там, где до меня балларанец не смог получить это звание…
— А это уже не играет роли. Давай я объясню тебе один наш небольшой «заскок»… У нас совершенство возведено в абсолют. Врач, чтоб ты знал, неплохо говорит по-английски и мог бы общаться с тобой напрямую, без меня. Но он не захотел, потому что его английский неидеален. Ему просто стыдно демонстрировать несовершенство своего английского. Так вот, совершенство есть норма, а титул «гения» означает, что его обладатель добился феноменальных успехов в конкретном занятии и превзошел даже совершенство. Если ты легат-гений, а твой более слабый сотоварищ силен в трех дисциплинах — то он все равно суммарно лучше тебя, а твое превосходство объясняется всего лишь твоей узкопрофильностью. То есть, приличия соблюдены… Но если ты обычный игрок и он обычный игрок — тогда выходит, что все легаты-балларанцы хуже землянина, и чтобы не допустить такого расклада, придется начать присуждать титул гения и легатам-киберспортсменам. Пока ты не гений — тебя сравнивают с обычными игроками, и твое первенство среди них будет позором для всей нашей расы. Но если признать тебя гением — ты автоматически будешь сравниваться с другими гениями — учеными, музыкантами, врачами. Которым ты, давай начистоту, не ровня. Однако титул гения автоматически поднимает тебя по социальной лестнице, а что ты гений в непрестижном деле — ну, видать, ты даже такое занятие превратил в искусство. Смекаешь, да? Твой лучший шанс.