"Фантастика 2024-121". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Рикард мог бы перехватить ее и развернуть к себе, но вокруг слишком много посторонних глаз. Приходилось держать себя в руках. Упрямая девчонка даже не повернула головы, продолжая спокойно шагать по узкой улочке. Но по крайней мере сейчас она находилась в пределах видимости.
По-хорошему, стоило бы извиниться еще вчера, но он уснул прежде, чем Эйрика вернулась в каюту. А на утро узнал, что юнга покинул корабль, и провел ночь где-то на берегу. Это известие подействовало как ведро холодной воды, даже мысли о предательстве невесты отступили на второй план. Хорошо еще, что на причале встретился Рияд, который и сообщил, где можно найти юнгу. 
– Не хочешь останавливаться, значит будем разговаривать на ходу. – северянин поравнялся с ней, и немного замедлился, подстраиваясь под ее шаг. – Я хотел извиниться, за вчерашнее. Мне не стоило так резко разговаривать с тобой.
Девушка попыталась идти быстрее, но Рик не собирался отставать. В этом ее упрямстве было что-то настолько привычное, что он с трудом сдержался, чтобы не щелкнуть ее по носу. 
– Иногда ты бываешь отличным парнем, но сейчас ведешь себя, как трепетная аристократка.
Эйрика резко остановилась, и сверкнула на него глазами.
– Какое, вам, сударь дело, до моего поведения? Я возвращаюсь на корабль, чтобы продолжить службу, и мне некогда болтать по пустякам.
– После таких слов, я удивлен, что меня до сих пор не ударили веером.
Глаза северянина смеялись, и девушка ощутила, что ей никак не удается сохранить серьезное выражение лица. Сейчас перед ней стоял прежний Рик, по которому она так отчаянно скучала.
– Ладно, я тоже виновата в том, что произошло. Не стоило лезть к тебе в душу…
Мужчина поднял руку, останавливая ее.
– Нет, ты все говорила правильно. Забываться в компании рома – это не выход, а обычная слабость. И хуже я делал только себе. Просто мне казалось, что жизнь кончена, и в ней больше не будет ничего яркого или светлого, а сегодня утром я осознал, что вся моя любовь была придуманной. Я позволял обманывать себя столько лет, потому что любил не ее, а придуманный образ, который не имел ничего общего с настоящим человеком.
– И что же заставило тебя поменять свое мнение?
– Ты! 
Брови Эйрики удивленно поползли вверх. Столь прямого ответа она не ожидала.
– Помнишь, пару месяцев назад, ты спросила, почему я так люблю свою невесту? Я же не смог ответить тебе ничего вразумительного. Честно говоря, я даже себе не смог бы ответить на этот вопрос. А сегодня тот наш разговор сам собой всплыл в памяти, и расставил все на свои места.
– И больше никакого рома?
– Обещаю.
– Нет, ну никакого порядка не стало! – вмешался в их разговор сердитый голос, – Станут посреди улицы, и стоят, другого места для своей болтовни не нашли?
Рикард отступил к стене дома, утянув за собой девушку. Мимо них, бормоча под нос ругательства, прошел грузный торговец с пустым ящиком. Переглянувшись, они оба фыркнули от смеха. 
– Совсем одичали в этих своих морях, – донеслось до их ушей.
– И не поспоришь. – прежняя тоска окончательно разжала свои холодные пальцы, и мужчина ощутил, что он снова может улыбаться. Конечно, сердечные раны в один миг не исцеляются, но лучше дать им зарубцеваться, чем вновь и вновь раздирать воспоминаниями.
Когда показался причал, размолвка осталась в прошлом. Они болтали о всякой ерунде, вроде погоды или недоразумения с товарами, чувствуя, как им обоим не хватало такой вот легкости. 
– Кстати, что за туманные намеки бросал Джед? – неожиданно вспомнил Рикард.
– Какие намеки? – не понимающе переспросила Эйрика. Сейчас в ее душе царило умиротворение, и о событиях прошлой ночи как-то не думалось.
– Нууу… – северянин запнулся, подбирая подходящие слова, – Речь шла о некой девице. Да, и почему ты решила заночевать в таверне?
Эйрика смутилась.
– Не бери в голову, всего лишь глупая шутка.
Северянин прищурился, такой ответ его не устраивал.
– Просто Нотт решил, что я веду слишком скучную жизнь, и организовал мне свидание с одной дамой… Из тех, которым платят за ночь.
 
– Но ведь ты… – Рик закусил губу, чувствуя, как начинают гореть уши. 
– Я объяснила девице, что она не в моем вкусе, и это ее вполне устроило, – излишне бодрым голосом закончила Эйрика.
– Кхм, да. 
– Но сперва она честно пыталась меня соблазнить.
Рикард пару мгновений пытался оставаться серьезным, но представив, как это выглядело со стороны, не выдержал и рассмеялся. 
– Боюсь представить, сколько разбитых сердец окажется на твоей совести. Что будешь делать, если приглянешься особенно настойчивой девице?
В глазах девушки мелькнули насмешливые искорки.
– Буду спасаться бегством.
***
Под яркими лучами солнца город казался плоским и раскаленным. Даже редким островкам зелени не удавалось исправить этого впечатления. На корабле было чуть лучше. Морской воздух почти не освежал, но хотя бы не был пропитан пылью. 
– Почему в такой знойный день мы должны торчать на палубе? – пропыхтел Нотт, – До отплытия еще дня три.
– Потому что наша очередь дежурить. – терпеливо произнесла Эйрика.
С протяжным стоном юноша уткнулся лбом в борт. Жару он ненавидел, как и холод, и качку, и эти дурацкие бессмысленные вахты. 
Девушка остановила взгляд на блестящей поверхности воды. Жалобы Нотта не могли испортить ей настроения, хотя племянник капитана старался во всю. Не то, чтобы у него была цель вывести ее из себя. Вовсе нет. Просто кто-то выпил вчера слишком много вина, и теперь мается головной болью. Лично она бы с радостью отпустила юношу проспаться, но на корме бдил капитан, и не стоило лишний раз вызывать его недовольство.
То, что на днях она ночевала вне корабля, не заметил никто кроме Рикарда… сначала. Зато ее сияющий вид не укрылся от внимания моряков, и теперь только ленивый не подшучивал о девушке из таверны, укравшей сердце юнги. 
Двусмысленные замечания трогали Эйрику мало. Напротив, все эти шутки помогали приглушить смутное беспокойство, которое она испытывала каждый раз, заглядывая в осколок зеркала над рукомойником. 
Порой ей казалось, что черты лица становятся более мягкими, если не сказать – женственными. Начинали проступать скулы, линия подбородка была уже не такой округлой, губы становились какими-то слишком заметными. А особое огорчение ей доставляли ресницы, длинные и пушистые – они красиво подчеркивали глаза. Но ведь ей все это было не нужно! 
Рано или поздно кто-нибудь начнет замечать, что юнга с годами не становится мужественнее, а скорее наоборот… К тому же, девушка все никак не могла решить для себя, хочет ли она оставить море, и вернуться на берег, или же лучше продолжить ходить под парусом. Какой-никакой, а тут был свой заработок, и свобода, а главное не было всех этих лицемерных манер, и притворства.
Конечно, в глубине души она немного скучала по матери, и по Агате, но все же не настолько, чтобы бросить все, и вернуться к прежней жизни.
На плечо опустилась тяжелая рука.
– Ты уже битый час смотришь в воду, увидел русалку, или мечтаешь о некой даме из таверны? – прозвучал над ухом насмешливый голос.
– Рик!
Эйрика с притворным возмущением стряхнула руку, но казаться серьезной не получалось. Чтобы скрыть свое сияющее лицо, она демонстративно развернулась к морю. 
Северянин почти стал прежним. Он снова мог разговаривать о всякой ерунде, подшучивать. Кроме того, Рикард сжег над чашкой с водой старые письма и больше не пил ром. 
Однако Эйрика порой чувствовала, что его тоска еще не изжила себя, и что мужчине приходится делать над собой усилие, чтобы казаться веселым. Но на осторожный вопрос, Рикард иронично заметил, что не девушке в костюме парня говорить о притворстве. Крыть было нечем, а обижаться – попусту глупо, поэтому Эйрика решила оставить свои наблюдения при себе. 
– Мне кажется, нам стоит вернуться к урокам фехтования, – невозмутимо продолжил Рикард, – Например сегодня, после вахты?