"Фантастика 2024-121". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
Да, помнится мне, что Андрей Николаевич страдал гигантоманией… впрочем, если в рамках бюджета Министерства авиационной промышленности, которым генерал-лейтенант Ульянин и руководил, то почему бы и нет?
– А вашей машине эта разработка не вредит?
Петляков немного смутился:
– Разве что немного… задерживается производство отдельных деталей… к тому же мне кажется, что Андрей обещал несколько больше, чем машина сможет дать…
– Например?
– Скорость в семьсот километров: чтобы ее достичь, мало иметь нужную мощность моторов. Нужно, чтобы пропеллеры ее могли реализовать, а для этого скорость на конце лопасти потребуется даже выше скорости звука. Ветчинкин, правда, пообещал и такой пропеллер рассчитать, но мне кажется, что получатся слишком большие потери мощности на прорыв уплотнения воздуха…
– Вы правы. К сожалению, правы. Однако пока Туполев изобретает эту машину, Нольде сможет и мотор новый подготовить. Так что не все безнадежно, года три в запасе у Туполева пока есть. А у вас – нет, потому что ваша машина потребуется Гражданскому флоту уже через год. А так как мне теперь государственными делами заниматься не требуется, займусь-ка я вашим серийным заводом. Выбрали, где его строить будем?
– Давайте в Нижнем…
Хорошо, когда не нужно страной управлять! Можно заняться тем, чем хочется… в смысле, тем, что должно быть сделано для процветания этой страны, а другие этого сделать не могут. Не потому что не хотят, а просто не знают, что именно это делать и нужно. К примеру, разные приборы для самолетов – а приборы в стране делались совсем для других целей. То есть и для самолетов тоже делались, но как-то не очень профессионально: ведь человек, проектирующий самолет – он должен ту же аэродинамику знать, а как сделать, скажем, авиагоризонт, знают совсем другие люди. Знают – но не делают, потому что не знают, что его вообще нужно сделать.
Три дня я разговаривал на эту тему с Крыловым. Алексей Николаевич для кораблей напридумывал очень много такого, что реально вызывало зависть у зарубежных приборостроителей, но вот убедить его в необходимости "сделать такое же, но без крыльев" оказалось непросто. Гирокомпас для судна – теоретически и в самолете сгодится, вот только весить он должен не пять пудов, а пару килограммов…
А пока я договаривался в разными приборостроителями, в серию внезапно пошел совсем другой самолет. Сергей Никитин у себя в южноуральских горах потихоньку улучшал свой "деревянный грузовик". Потихоньку заменяя фанерный каркас на более легкий алюминиевый, затем самые нагруженные узлы сделал титановыми. И не просто титановыми, а из новенького, разработанного в ВИАМе титано-гадолиниевого сплава, который оказался процентов на тридцать прочнее даже чистого титана и вдобавок более пластичным, что позволяло существенную часть обработки заготовок выполнять с помощью ковки. В результате планер подорожал, но довольно умеренно – зато полегчал на полтонны, которые "ушли" на повышение грузоподъемности машины. Еще Сергей существенно доработал крыло – чтобы машина проще взлетала и садилась. Предкрылки, закрылки – самолет теперь мог лететь на скорости всего в шестьдесят пять километров в час и при этом не сваливаться. Понятно, что обдувать такое крыло должен был очень мощный мотор – так что два мотора по девятьсот сил на "модифицированной" машине оказались очень к месту. Но когда закрылки с предкрылками убраны, то вся мощь моторов смогла самолетик разогнать более чем прилично, и я Сереже при случае рассказал про крыло, которое когда-то было придумано швейцарами для какого-то своего швейцарского самолетика: трапециевидное, с прямой задней кромкой и косой передней, причем от фюзеляжа до моторов стреловидность передней кромки была увеличена и площадь крыла стала заметно больше – что еще и грузоподъемность увеличивало.
Конечно, "деревянные" грузовики продолжали выпускаться, и их даже больше чем раньше делалось, но и "модифицированная" машина оказалась весьма полезной и в планах теперь стоял их выпуск по пятьдесят штук в год а качестве машины уже пассажирской. Но ведь "улучшать"-то можно до бесконечности…
В общем, Сергей на эту "модификацию" поставил два мотора Микулина и Добрынина, и машина с шестнадцатью пассажирами теперь летала со скоростью в шестьсот пятьдесят километров в час на три тысячи километров с одной заправкой. А со скоростью в пятьсот пятьдесят километров (и с двумя подвесными баками) уже на четыре тысячи! Причем на высоте в десять километров (да, с герметичной кабиной), ну а влетать и садиться самолет мог на любом травяном аэродроме.
Самое же главное в машине было то, что делалась она на "старом" уже серийном заводе, где рабочие работу умели делать хорошо и быстро и самолеты делались по штуке в неделю. А я узнал о таком чуде лишь потому, что Сережа обратился ко мне с просьбой "помочь побыстрее жилье для новых рабочих выстроить" – чтобы с этими новыми рабочими выпускать уже по полтораста новых самолетов в год в дополнение к тремстам "старым"…
Я помогу конечно… хотя можно было и не спешить особо: "экспериментальный моторный" завод в Жуковском пока "маленьких" турбомоторов делал по три штуки за два месяца, так что и Сережин завод "турбинных" самолетов сделал только три. Вот запустят завод в Омске… тогда сначала нынешние рабочие с год будут менять моторы на уже выпущенных самолетах… хотя тогда уже новые рабочие будут нужны чтобы учиться у старых… все равно успею. Если не сдохну от всех навалившихся разом дел, ведь нижегородский завод-то я выстроить-то тоже обещал!
Впрочем, с последним сейчас стало несколько проще. Машка все же первым делом отменила мой указ – тот, который запрещал в жилых домах потолки делать меньше четырех с половиной аршин. Я-то его не сдуру подписал, мне архитекторы с цифрами в руках доказали, что такие квартиры меньше расходов на отопление требуют. Просто потому, что их зимой проветривают реже. Но они же (точнее, снова архитекторы, но уже другие) Машке с цифрами в руках доказали, что и четырех аршин вполне хватит – учитывая, что выпущенный еще в пятнадцатом году СНиП жестко ограничивал теплопроводность стен. А СНиП – это всего лишь книжка (хоть и "обязательная к применению"), ее и заново напечатать можно, а вот уменьшение высоты потолков на пятнадцать процентов снижает расходы на строительство жилого дома почти на десять. На пятнадцать просто потому, что большая часть домов строилась по проектам Феди Чернова (то есть почти все архитекторы использовали черновские планировки квартир, ну и "для экономии сил" его же схемы внутридомовых коммуникаций), а у него потолки были без малого три с половиной метра – но дочь наша не просто "разрешила строить ниже", она запретила вообще массовое жилье строить с потолками выше трех метров. И в результате вместо десяти домов можно "из того же материала" выстроить одиннадцать – а, следовательно, вместо двух миллионов запланированных на этот год квартир их выстроят уже два миллиона двести тысяч.
Ну, не совсем на десять, на десять снижаются трудозатраты – но металлургическое производство дополнительные батареи отопления, ванны и раковины, прочее "железо" сделает без напряжения и недорого (тем более, что в достатке появился отечественный цинк и внутридомовые трубы стало ставить очень удобно), а дать жилье лишнему миллиону человек в год – "приварок" заметный. В особенности, когда этим "приварком" обеспечиваются как раз "сверхплановые" заводы…
Нижегородский завод выстроился в середине мая. И там даже были поставлены какие-то станки – но завод все же определяется не стенами и станками, а рабочими и инженерами. С инженерами все получилось довольно просто: в июне случился очередной выпуск в паре десятков институтов и заводу с полсотни молодняка обломилось. А с рабочими было хуже: всякие ПТУ выпустили рабочих куда как больше, чем институты инженеров, но опыта у молодых работяг не было совсем. Петляков по всей стране насобирал около полусотни человек, уже поработавших в самолетостроении, сотни две с половиной из тех, кто хоть в каком-то машиностроении успел опыта поднабраться… Не пообещал, а лишь сказал что "постарается хотя бы один исправный самолет к концу года собрать". Хотелось, чтобы у него и в самом деле получилось, но "лучше позже, чем хуже", да и из запланированных двенадцати тысяч рабочих завод располагал пока лишь менее чем четырьмя тысячами шестнадцатилетних мальчишек. Так что уж что получится…