"Фантастика 2024-121". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
— Елена Андреевна, позвольте представить вам Федора Ивановича Чернова — человека, который придумал и построил этот дом.
— Ну, Федора Ивановича весь город знает, очень приятно встретиться с вами снова…
— Познакомьтесь с Марией Петровной Векшиной. Эта юная особа сделала дом этот таким светлым и радостным. Она — наша добрая волшебница стеклоделия, творец окон и фонарей: и окна домов, и стекла машин — это ее рук дело.
— Очень приятно — Елена Андреевна была просто сама вежливость. Вот что значит дворянская кровь: ни жестом, ни мимикой, ни интонацией не показала мне, что представлять княжне в качестве гостей каких-то работяг — это, вообще-то, хамство…
— А это — Камилла Григорьевна Синицына, не побоюсь этого слова, величайший ученый-химик нашей Империи. Я сейчас срочно коплю деньги за золотую статую этой девушке — но этого все равно будет несравнимо с ее заслугами перед наукой.
— Очень приятно познакомиться с вами — княжна проявила уже неподдельный интерес. — Если уж Саша вас так описывает, то я не сомневаюсь, что знакомство с вами — огромная честь для нас.
Илья, как всего лишь "сопровождающий супругу", молча кланялся и целовал девушкам руки. Все же "работа с людьми" делает людей более душевными — Машке Илья тоже руку поцеловал.
— Ну и наконец, позвольте представить Марию Иннокентьевну Соколову, благодаря которой все у меня делается вовремя. И благодаря которой у меня все и делается собственно.
— Очень приятно.
— А теперь давайте перейдем к столу и приступим к торжественной части нашего собрания. А поскольку у хозяйки дома сегодня день рождения, то, по традиции, начнем с подарков.
— У гостьи… — поправила с улыбкой Елена Андреевна.
— Ну раз уж мы начали с подарков, то теперь у хозяйки, потому что от лица всех работников моих фабрик и заводов, и так же лично от главного архитектора Чернова, технического руководителя стекольного завода Векшиной, научного руководителя химического департамента Синицыной и финансового директора Соколовой мы просим принять этот дом в дар. Ну не можем же мы допустить — пояснил я, глядя на действительно ошарашенные лица Архангельских — чтобы добрая фея Царицына жила не во дворце.
Даже у княгинь иногда естественные рефлексы превозмогают воспитание:
— Я… мы… я не знаю…
— Это неважно, Елена Андреевна, мы все очень рады, что подарок от компании вам так понравился. Ну а от себя лично я дарю вам этот маленький ключик. Вместе с понравившейся вам "Божьей коровкой" — ей вы сможете легко управлять и в платье. Маша с удовольствием вам поможет освоить управление — это, как вы и сами заметили, довольно просто. Ну а теперь давайте отметим этот замечательный день рождения не менее замечательным обедом.
Все же рефлексы — рефлексами, а воспитание остается воспитанием. Елена Андреевна горячо всех поблагодарила, а после обеда, когда пошла осматривать зимний сад (в котором только пальм стояло шесть штук) Машку просто расцеловала:
— Вы действительно волшебница!
Вообще воспитание — великая вещь. Год непрерывного воспитания силами жён моих инженеров и Машку сделал довольно стрессоустойчивой:
— Да что вы, мне даже несколько неловко. Я не волшебница, Александр Владимирыч говорит что я только учусь…
В общем, день действительно оказался светлым. Во всех отношениях. Иногда очень полезно отринуть от себя все заботы и просто повеселиться. Подарить другу — нет, не что-то дорогое и вычурное — просто радость. И самому радоваться вместе со всеми. Где-то часов в пять, показав друзьям дом, мы разошлись. А перед этим Мышка с княжной где-то час обсуждали в зимнем саду как выращивать "китайские" розы и еще какую-то домашнюю зелень. А затем, в наступивших сумерках, Машка показывала как правильно включать всю иллюминацию оранжереи и рассказывала Илье правила замены перегоревших лампочек. Илья и Федя еще обсуждали как устроить мастерскую в подвале, а Камилла учила Елену Андреевну нанесению лака на ногти: я ей как-то рассказал о таком "украшении", а уж сделать перламутровый лак для химика — не проблема. И она, считая, что ее вклад в общий подарок как-то маловат, отдельно преподнесла имениннице набор из дюжины флакончиков. Причем мне показалось, что этот подарок доставил юбилярше чуть ли не больше удовольствия, чем остальные.
Вечером, договорившись, что завтра пришлю Илье несколько тракторов с прицепами для перевозки вещей, отвез счастливых и обалдевших от свалившегося на них счастья Архангельских в старый дом. И отогнал машину назад, в новый — на первое время Елене Андреевне будет назначен водитель из рабочих, так что теперь она будет "при машине" даже не умея пока ее водить. Миронов, молодой рабочий, водить научился еще год назад. Правда, опыта он набирался на тракторе, гоняя его с грузами по Волге — но управление и там было практически "автомобильное", так что "Коровку" он освоил быстро и больше половины обкатки за рулем сидел именно Миронов.
Хорошо прошел день. И я, вспоминая сегодняшние события за ужином (пара пирожков с чаем, больше в меня не влезало), улыбался. Видимо, на радостях дверь в квартиру я не запер — привык, что этим Дарья занимается, а она задержалась, занимаясь уборкой и мойкой посуды у Архангельских — ведь их прислуга осталась в городе. Так что Камилла появилась у меня в кухне без обычного звонка в дверь:
— Послушай, Саш — каким-то неуверенным голосом произнесла она, загребая с блюда пирожок — а ты точно ничего не перепутал?
— Что я мог перепутать? По моему праздник прошел как по нотам, все остались очень довольны.
— Я не про праздник. Я про вещество. Там точно "тера"? Может я не расслышала и ты сказал "тере"?
— Какая "тере"? Ты о чем?
— Ну, может полиэтилентерефталат?
— А я что сказал?
— Ну, значит, я не расслышала, извини. Просто я все думала-думала, и не могла понять — что же за формула-то получается у этого полимера. А теперь поняла. Только вот как его сделать — пока не придумала.
— Ты о чем-нибудь кроме химии можешь думать?
— Могу… — неуверенность в ее голосе усилилась и дополнилась какой-то истеричной ноткой — А… а можно я у тебя немного поживу? Я Глафиру отпустила на какое-то время, у нее кто-то дома заболел. А мне одной страшно ночью…
— Ну поживи, что ж с тобой делать? — усмехнулся я. Места всем хватит, так что смело занимай любую из гостевых комнат. Только подожди, скоро Дарья придет, она все сделает.
— Да я и сама постель застелить смогу. А ждать… я ведь рано привыкла ложиться, сейчас уже глаза совсем слипаются. Так что я пойду, принесу все и спать лягу. Только ты Дарье скажи, а то испугаю ее утром.
Да уж, вот такие у нас большие девочки-химики. Самостоятельные, верят не в бога, а в науку. Могут каучук синтезировать, или даже полиэтилентера… то есть терефталат, будь он неладен. А остаться одной в квартире — боятся. Ладно, Дарья с готовкой-стиркой и на двоих справится, а нет — так еще кого наймем. А места хватит.
Я вдруг вспомнил крошечную глиняную халупу, в которую меня почти три года назад привез Димка. Думал ли я тогда, что скоро буду жить в квартире, в половине комнат которой я и не побывал ни разу? Точнее не так — мог ли я себе представить такое?
В "старой жизни" — нет, не мог: без копейки денег и без знакомств никаким трудом так вырасти нельзя было. В новой — тут же ничего, кроме собственного труда, не было — а Мышка, подбивая промежуточные итоги, оценила мои капиталы к предстоящему Рождеству в семь с лишним миллионов. Значит, не напрасно я "спасаю РКМП". Правда, пока я ее не очень-то и спас — но с каждым днем спасаю все больше и больше. Правда еще столько нужно всего сделать! Но этим я займусь уже завтра.
Сообщив вернувшейся Дарье о некотором увеличении населения квартиры, я отправился спать. Праздник закончился — впереди были суровые будни. Ну что ж, проживем их так, чтобы следующий праздник настал пораньше. Кстати, чего я нанамечал на завтра?