"Фантастика 2024-121". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
Впрочем, денежки "на будущее" не только Иосса потреблял. Камилла – в очередной раз "вынужденно отлученная" от лабораторий, "усилием воли" и силами химиков из Московского университета решила проблему быстрого получения материи. Которая вовсе не то, что можно было бы подумать любому человеку из двадцать первого века, а всего лишь ткань из матёрки. Которая, в свою очередь – волокна конопли, которая не cannabis, а hemp, то есть конопля посевная, а не индийская. Ну а матёрка – это женские растения этой самой конопли, которые в отличие от мужских (именуемых посконью) дают в принципе очень нежные и мягкие волокна, так что материя – она куда как лучше даже льняных тканей.
Вот только чтобы из матёрки это волокно получить, стебли конопли вымачивают в проточной речной воде целых три года! Впрочем, из поскони – столько же: пока костра разложится под воздействием каких-то грибков или микробов, пока вода ее вымоет – годы пролетают. А если взять эту самую костру и положить ее под зоркий глаз химика, то окажется, что вся эта костра – ни что иное, как смесь каких-то полисахаров и лигнина. Которые очень даже известно как разлагать, растворять и удалять, причем волокна лубяные при этом не повреждая. За неделю вместо трех лет, а если учесть что волокна с гектара конопля дает хоть и вдвое-втрое меньше, чем хлопок, но растет она где угодно…
Причем Камилла занялась материей исключительно из "шкурного интереса": оказывается, у Вовки пеленки были из нее сделаны и они оказались очень хорошими – но запас "по наследству" ушел к кому-то из знакомых, а новые купить почему-то не вышло. Жена выяснила почему – "сезон", оказывается, еще не наступил, вот и придумала метод "ускорения наступления" этого самого сезона. Да, мы как-то уже привыкли жить по принципу "если тебе нужно что-то хорошее, сделай это сам". Автомобиль, трактор, трамвай, пеленки… город… страну.
И мне осталось лишь порадоваться, что Камилла научилась, наконец, передавать воплощение этих дел другим людям: новенький "Завод конопляного волокна" строиться-то начал аж в Чердыни, где население поколениями эту коноплю выращивало. Урожаи там правда были невысокие – все же северная часть Пермской губернии, зато качество материи оттуда было высочайшим. А порадовавшись, попытался внести в пелёнкостроение и я свою мелкую долю: наслушавшись жалоб жены на низкие урожаи в Чердыни, вдруг вспомнил очень странную (и потому осевшую в памяти) фишку: если до цветения конопляные поля "удобрять" карбидом кальция, то и волокна в матёрке становится на треть больше, и урожай чуть не вдвое вырастает. Конечно, при озвучивании "лайфхака" Камилле назвать меня "дебилом" помешала лишь природная вежливость… но сотню тонн карбида она все же в Чердынь послала.
А меня послал Генрих Осипович. После нашего разговора с Императором Николай все же решил заняться делом. Самым благородным: раздачей "пряников" заслуженным товарищам. И первым под раздачу попал как раз инженер Графтио: все же за год он выстроил и запустил "самую мощную в Европе" электростанцию. Я ему за это орден "Трудового Красного Знамени" вручил, так что с орденами самодержец опоздал. Но своеобразного чувства юмора не потерял, и Генрих Осипович получил титул барона. Очень смешно, да… просто Николай попросил меня вручить Графтио грамоту о присвоении титула, а с ней прислал еще одну, которую вручить предстояло после запуска первого агрегата уже на Нижней Свирской ГЭС. Гидростроитель наш первую станцию на Свири собрался пустить уже осенью – и вот репортеры изойдут на мыло, пытаясь передать в газеты новость об "очередной великом достижении графа Графтио"!
По мне – так заслужил, но уж не зазнался ли? Когда я попросил – всего лишь очень вежливо попросил – быстренько спроектировать еще три-четыре станции, Генрих Осипович меня послал в известном каждому соотечественнику направлении. И добро бы один послал! Африканыч, к нему примкнувший, не поленился в Москву приехать, чтобы не по телефону, а в лицо высказать то, что он подумал:
– Саш, вот смотрю я на тебя и думаю: на вид совершенно нормальный человек, умный даже, арифметику наверное в школе учил. За год железных дорог вон сколько проложил, заводов очень нужных понастроил. Урожаи, говорят, у тебя тоже в колхозах отменные… Так почему же, когда ты мне задания выдумываешь, у тебя голова отключается? Или головы у тебя только на дороги и новые заводы хватает, а про те, что уже работают, мозгов думать не остается? Я могу выстроить в год шесть больших генераторов для гидравлических станций. Шесть! К следующей весне я закончу делать четыре для Волхова и восемь для Свири, как ты и просил. Если очень рабочие постараются, они сделают еще один, ну два… А ты просишь еще сразу пятнадцать штук!
– Заметь, прошу, а не требую. Но прошу очень настойчиво…
– А если я на просьбу не отзовусь, то поеду рубать уголек куда-нибудь на Сахалин?
– Я же тебе уже говорил: Оля попросит – и подальше сошлю. Она, кстати, как?
– Как и Камилла… зачем тебе еще пятнадцать генераторов?
– Мне больше нужно, но эти пятнадцать исключительно важны для политики. Ну и для добычи электричества тоже, конечно. Тебе чего не хватает для выполнения такого заказа? Металл есть?
– Есть. И инженеры – тоже есть, а вот рабочих, сам знаешь, нет. И места для выделки машин нет.
– Понятно. В июне выпуск в училищах Векшина и первого городка, набери ребят сколько нужно. Там больше десяти тысяч выпускается, тебе хватит только лучших выбрать. Еще… знаешь, я бы отдельно фиников набирать начал…
– Кого? Каких фиников?
– Финнов, они народ в общем грамотный. А жизнь у них… как и везде в деревнях, так что молодых сотню-другую ты бы взял на обучение – много они, конечно, не наработают, но всяко помощь в таскании тяжелого металла, а у нас будет народ, кто потом на электростанциях работать сможет. Деньги на это я выделю… что еще? Ах да, цеха тебе новые нужны. Значит так… Я попрошу Федю Чернова тебе помочь, но требования к цехам ты сам подготовь. Исходя из того, что через пару лет в этих новых цехах будешь делать генераторы мегаватт на семьдесят-девяносто.
– На сколько?!
– Это пока, а лет через пять… нет, лет через десять в серию пойдут генераторы по сто двадцать мегаватт, а там, глядишь, и до двухсотпятидесятимегаваттных дойдем. Но, сам понимаешь, для них мы новые цеха выстроим. А сейчас вот так. И… как ты смотришь на то, чтобы постройку генераторов для угольных станций потихоньку на новый завод переводить?
– На какой такой завод? – с подозрением в голосе поинтересовался Африканыч.
– На который ты построишь для этого. Ты-то сейчас любой генератор построишь, я и не сомневаюсь, но опять же и места нет, и рабочих дергать приходится.
– И где строить предлагаешь? У тебя, я знаю, идефикс заводы ставить в каких-нибудь заштатных городишках, что и на карте не найти…
– Ну раз тебе заштатный городок по нраву, предлагаю… Котельнич предлагаю.
– Это где еще?
– Не доплывая до Вятки. Там хорошо, дорога железная уже есть, депо паровозное строится…
– Издеваешься?
– Нил, нам нужен еще один завод, как минимум еще один. Не сию секунду, но ты уже не справляешься, а дальше только хуже будет. Так что пока ищи людей, кто начнет дома для рабочих строить, водопровод, канализацию, сам знаешь – а осенью ты подготовь требования к проекту нового завода. За зиму проект составят, ты уточнишь что потребуется – и вперед. Не спеша, но без перерывов.
– Понятно… Симбирский завод увеличивать уже не нужно?
– Как это не нужно? Я от пятнадцати новых генераторов не отказывался! А заодно и институт там построй, проектный, чтобы любые генераторы побыстрее придумывать. Ты у меня все равно самым главным по генераторам останешься, так что без института будет просто несолидно.
– Тьфу на тебя! Ладно, уговорил – попробую сделать. Но не обещаю, учти!