"Фантастика 2024-121". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

– Поскольку сейчас идеями Маркса некоторые круги на Западе пытаются развратить нашу молодежь, я собрал почти все оригинальные документы, связанные с этой сладкой парочкой. Скажу сразу: за потраченные на эту коллекцию деньги можно было выстроить пару тракторных заводов. Однако я искренне убежден, что идеология может быть куда как разрушительнее, чем созидательная мощь десятка таких заводов – если идеология ложная. И более созидательна, чем сто таких заводов, если идеология верная. Поэтому я и потратил эти средства – чтобы убедить в лживости марксизма вас, людей, кто создаст в России идеологию уже верную. Я понимаю даже причины ваших заблуждений, ведь не ошибается лишь тот, кто ничего не делает. Однако упорствуют в своих заблуждениях лишь клинические идиоты. К коим ни одного из вас я отнести не могу. Леонид Борисович, ведь, положа руку на сердце, вы же понимаете, что сидящие в Швейцарии так называемые "лидеры большевиков" – это сборище малообразованных пустобрехов?
– Я так не… А вы хотите сказать, что в экономике разбираетесь лучше Энгельса?
– Энгельс процветающую компанию разорил меньше чем за год. Я приехал в Россию буквально без копейки денег шесть лет назад и сейчас служу канцлером России.
– И при чем здесь экономика?
– При том, что пост я получил не за красивые глаза. Пользуясь определенными привилегиями – да, сословными, но фактически доступными тысячам людей – я выстроил у себя в поместьях правильную экономику. Где на фабриках и заводах работает почти триста тысяч человек. И чуть меньше ста тысяч трудится в полях. Так вот, эти триста тысяч рабочих – даже если не учитывать, что половина из них вообще еще дети – смогли своим трудом выплатить долги всей России в текущем году, а остальные сто пятьдесят миллионов населения – не смогли. Сто тысяч крестьян в моей экономике легко прокормят пару миллионов человек… Ну, не то чтобы совсем легко… но моя экономика – работает в разы, на порядки эффективнее, чем старая. Потому что я понимаю, как она работает, и с высоты этого понимания я уверенно говорю: Энгельс вместе с Марксом – мошенники.
– То, что ты талантливый делец, вовсе не делает их мошенниками – ну никакого почтения к чинам у Славы Петрашкевича! Однако мозги у него работают получше иного компьютера, в них просто входные данные правильные загрузить нужно…
– Слава, основа марксизма – теория прибавочной стоимости. И вот тебе простой вопрос: рабочая сила, по твоему Марксу, является рыночным товаром, так?
– Так.
– И покупает ее капиталист по рыночной же стоимости, так?
– Так.
– Вот я капиталист. Я купил кожу за рубль. Купил труд рабочего за рубль, рабочий сделал мне ботинки, которые обошлись мне в два рубля. Где я ограбил рабочего?
– Ну… а какая рыночная стоимость ботинок?
– Еще раз: я купил кожу и труд, получил ботинки за два рубля. По рыночной стоимости кожи и труда. Сколько стоят ботинки?
– Два рубля – тихо сказала Мышка, не совсем понимая, о чем идет разговор. Понятно, она-то марксову теорию не изучала…
– Рыночная стоимость ботинок определяется не тем, сколько лично ты потратил, а сколько… каковы общественные затраты на производство любых ботинок.
– Слава, вот ты умный человек, а пытаешься изображать из себя идиота. Поясняю: кожа для ботинок на рынке – я сделал ударение на слове "рынок" – стоит рубль. Изготовление ботинок на том же рынке стоит рубль. Рыночная стоимость всего необходимого для изготовления пары башмаков равна двум рублям. Любой капиталист… вообще любой человек купив кожу у кого угодно и наняв любых умелых рабочих получает ботинки за два рубля. Сколько стоят ботинки?
– Если общественные затраты составляют два рубля, то…
– А в любой лавке на рынке ботинки стоят три рубля. Какова же эта твоя рыночная стоимость? Что молчишь? Тогда скажи мне, откуда я беру прибавочную стоимость?
Дед с огромным интересом посмотрел сначала на меня, а затем на Славу. Молча, зато в разговор вступил Красин:
– Если рыночная стоимость составляет три рубля, то вы отнимаете ее у рабочего, которому платите рубль.
 
– Спасибо, Леонид Борисович. А теперь основной вопрос современности: когда, в какой момент я отбираю эту самую прибавочную стоимость? И, главное, у кого ее я отбираю?
– У рабочего, когда вы платите ему за работу рубль при рыночной стоимости в три…
– К сожалению, комплимент, который я выдал Станиславу Густавовичу, вынужден и вам адресовать. Вот я капиталист, купил кожу, купил труд. Потратил два рубля. У меня нет двух рублей, но есть ботинки. Ценой ровно в два рубля. Кого я ограбил и когда?
– Но если на рынке ботинки продадутся за три…
– А если не продадутся? Но вы говорите, что я уже ограбил рабочего на рубль. А если у меня их купят за два с полтиной? А если я смогу продать их не за три, а за пять рублей? Так когда и на сколько я ограбил рабочего?
– Если средняя рыночная цена пары ботинок…
– Остановитесь здесь. Вы, марксисты, страдаете одним изъяном головного мозга: религия – а марксизм иначе, чем религией и назвать нельзя – запрещает вам думать. Маркс сказал, что прибавочная стоимость возникает в производстве – и для вас это стало догмой. Которую даже обсуждать – ересь, а уж усомниться в ней – преступление перед человечеством. И это при том, что вы сами же сейчас сказали самое главное: прибыль капиталиста, то есть прибавочная стоимость возникает лишь тогда, когда капиталист продает вещь. Продает по цене дороже, чем она ему досталась – причем неважно каким путем досталась. И грабит он при этом не рабочего, который эту вещь сделал, а покупателя! Я вам более скажу, рабочий – который так же продает свой труд по так называемой "рыночной цене", тоже получает свою прибавочную стоимость. То есть ему капиталист тоже переплачивает, и я – если вы захотите – могу это легко доказать, а грабит рабочего как раз продавец товара, и грабит когда продает этому рабочему товар дороже стоимости. Вся теория Маркса направлена на то, чтобы спрятать грабительскую сущность существующей торговли, рыночной торговли. И пуще всего, чтобы спрятать самую гнусную форму этой торговли – торговлю деньгами, которые Маркс, чтобы гнусность эту скрыть, обозвал неким "особым товаром" – то есть осознанно искажал уже всем тогда известную концепцию. Иначе говоря, врал за деньги, а это – смысл мошенничества.
– Ну если так рассуждать…
– А как иначе-то? Повторять за Ульяновым заклинание "теория Маркса всесильна, потому что верна, а верна она потому что всесильна"? Вы же люди образованные, про аристотелеву логику знаете. Теория, противоречащая самой себе, ложная по определению. Ее нужно отмести и искать теорию правильную. В особенности, если вы собираетесь на основе этой теории управлять государством.
– Государством управляете вы…
– Я не управляю. Я всего лишь пытаюсь создать систему, позволяющей России выбраться из той глубочайшей задницы, в которую ее торговцы деньгами загнали. А вот вы мне поможете эту систему построить – но для этого каждый из вас должен овладеть верной теорией, точно знать, что такое деньги. Для господ марксистов сразу уточню: это вовсе не некий мифический "особый товар", это нечто совсем иное.
– И вы знаете, что такое деньги?
– Я – знаю. Причем знаю точно. – Глубоко вздохнув, я продолжил тихим голосом – все замолчали и все равно слышно было каждому. – И на основании этого знания у себя я все и выстроил. Но это – практика, причем ограниченная по времени и территории. А чтобы выстроить то же самое во всей стране, нужна теория, причем понятная всему народу теория. Которую мы с вами все же попытаемся разработать. Но для начала вам все же нужно понять основу основ – что же такое деньги.
– Вот вы, говорите, знаете. А в Европе, в Америке что же – никто так и не додумался?
– Почему? Давно уже додумались, там и так давно это известно. Просто те, кто это понимает, прилагает огромные усилия для того, чтобы другие этого не поняли – так непонимающих грабить проще. Вы читали дневники Лопеса? Я вам каждому давал… ну, понятно, зачем нам читать какого-то древнего идальго? Те, кто понимает в Европе и Америке, уничтожили целую страну. Убили всех ее жителей, которые тоже уже поняли. Их было просто найти, понимающих: они с оружием в руках страну защищали. Все, кто понимал из простых людей – страну защищали. Мужчины, женщины, дети – все. И их всех убили. Всех – и мужчин, и женщин, и детей. Потому что страна была маленькой. Россия – гораздо больше, и если все встанут на ее защиту, то Россию победить и уничтожить не получится – а все встанут если будут понимать, что они защищают…