"Фантастика 2024-121". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
– А я не об этом. Средний американец выпивает в месяц фунт кофе. В смысле, в пересчете на зерна. Если ему предложить кофе, который не нужно молоть, заваривать, а просто кинуть ложку порошка в воду и тут же пить, то ему этот кофе можно будет впарить вдвое дороже. Но тут одна проблема: если испарять готовый кофе, то всякие ароматические вещества тоже испарятся…
– Легколетучие фракции? Ну поймай их в морозильном фильтре и пихни обратно в твой порошок.
– Испаряются-то они вместе с водой…
– Тьфу на тебя! Завтра я проведу эксперимент, сделаю анализы все и составлю тебе температурную схему ректификатора, который отделит воду от ароматических веществ. Спать будем?
– Будем. Я вот думаю, а синтезировать эти вещества не проще получится?
– У кого-то осталось слишком много сил… но это поправимо. А все прочее – завтра!
Глава 31
Пять месяцев – это срок небольшой, но когда делать нечего, время тянется долго. И мучительно – если заранее знаешь, что нечего и пытаться что-то сделать. Пять месяцев назад Иосиф, впервые войдя в новенькую избу, как-то сразу осознал, что ему ничего сделать не дадут: хотя ему и приходилось драться, вид двух дерущихся девчонок поверг его в состояние, близкое к панике.
Девочки дрались яростно и самозабвенно: на зашедшего гостя даже внимания не обратили. А третья, которая его в гости и пригласила, неожиданно крикнула "Стоп!" и – к величайшему удивлению Иосифа – начала объяснять дерущимся, что они делали неправильно. Самая маленькая выслушала замечания, а затем – видимо раздосадованная поучениями – подошла к столу, на котором зачем-то были сложены стопкой кирпичи, и ударом руки один из них разбила. Ударом голой руки – и Иосифу, в свете ранее сделанных предупреждений, стало немного тоскливо.
Совсем тоскливо стало, когда на Пасху несколько пьяных мужиков пошли "инородок бить". Старик-казак с женой в церковь ушли, оставив девочек в доме одних – но через пару минут стало ясно, почему он за своих воспитанниц не боялся: три девочки пинками выкатили на улицу пятерых взрослых (хотя и подвыпивших) мужчин. А Марфа – хозяйка дома, где Иосиф снимал угол, божилась, что девчонки даже не запыхались…
Иосиф уже почти смирился с тем, что забытая Богом Новая Уда будет ему домом и следующие три года, когда в конце мая старшая (или просто самая большая) девочка – Иосиф имени ее так и не узнал – зашла к нему и спокойно сообщила:
– Собирайся, за тобой приехали.
– Кто?
– Сейчас я. Собирайся, через час едем.
Через час он действительно покинул Новую Уду – причем околоточный даже честь отдал на прощание. Не ему, а все же, наверное, поручику гвардии, ехавшему рядом с повозкой верхами. А в повозке рядом с Иосифом сидели три безымянные девочки…
Неделей позже эта пятерка села в поезд в Иркутске, причем все пятеро ехали в одном вагоне первого класса. Но поразило Иосифа не это, а то что в вагоне целую неделю кроме них никого больше не было до самой Самары, где они сошли с поезда и дальше добирались по Волге, на каком-то странном катере. Который привез их в город… еще более странный.
Иосифа поселили в небольшой, но очень уютной квартире. Небольшой, но все же раза в три больше той, которую они снимали с Костой в Батуме, да еще в квартире была ванная комната и ватерклозет. И все было подготовлено для приема гостя: в комнате в небольшом шкафчике рядом с кроватью лежало два комплекта постельного белья, в платяном шкафу – два парусиновых костюма (непривычного покроя, но весьма удобные в носке) и три мужских сорочки правильного размера (вот почему девочки его в дороге измеряли!), в небольшом комоде лежало несколько смен нижнего белья (хотя и довольно необычного), в ванной комнате висели полотенца – причем даже по виду дорогие, мягкие и пушистые (сопровождающий назвал их "махровыми")! На комоде в комнате нашелся и большой – на фунт, не меньше – хьюмидор с папиросным табаком и несколько коробок с гильзами, правда сопровождающий его мальчик сообщил, что табак в городе вообще не продается и когда этот подойдет к концу, нужно будет особо запросить в городской управе – но пока и этого хватит.
Кухня – хотя и довольно маленькая – тоже имелась, и в шкафчике, удивительным образом подвешенном над стоящими вдоль стен тумбочками, нашлись три тарелки и фаянсовая кружка, а в одной из тумбочек нашлись две кастрюли и сковорода. И все прочее, для еды необходимое – впрочем, богатство это не использовались: мальчик, показывавший Иосифу как пользоваться газом, ватерклозетом и ванной, перед уходом оставил ему двадцать с лишним рублей денег… тоже каких-то необычных денег – и, судя по здешним ценам, это было очень немало. По крайней мере в разместившейся на углу дома харчевне с названием "Забегаловка № 9" всего за четыре копейки делали огромный бутерброд из небольшого, на полфунта, батона под названием "сайка", в который пихали (на выбор) ветчину, кусок курицы или говяжью котлету, обильно украшенные различной зеленью с каким-нибудь из четырех соусов, а в соседнем доме обнаружилось весьма приличное и очень недорогое кафе под названием "Столовая № 7", где можно было пообедать за гривенник – причем выбор блюд был как в ресторане средней руки и в котором даже делали хачапури! И подавали их под удивительным названием "грузинские хачапури", хотя какие еще-то могут быть? В прачечной, что размещалась в подвале, можно было постираться с помощью хитрых машин, причем и вовсе бесплатно – а всего за копейку работающая там женщина готова была и выгладить любую вещь, причем в утюг даже не нужно было угли сыпать – он работал от электричества!
Вообще на электричестве здесь почти все работало: в квартире везде были лампы электрические, в комнате из электрической же коробки играла музыка и рассказывали разные новости, да и машины, что одежду стирали, тоже были электрические. И фонари на улицах, горящие удивительным рыжим светом…
Но странен город был не этим, и даже не восхитительными трамваями, проезд на которых был вообще бесплатным. Казалось, что город населяют дети. Детей было просто невероятно много, причем детей каких-то важных, солидных… ну, чаще всего. Нет, взрослые тоже в городе встречались – но вот они-то тут казались большими детьми: на улицах часто шутили, смеялись… не все. Иосиф даже ущипнул себя больно, когда ужиная в "Шашлычной" в городском парке, он увидел сидящего за соседним столом самого императора с царицей и двумя маленькими девочками – видимо дочерьми. Но от щипка те не исчезли, а подошедшая к соседнему столику девушка-прислужница поинтересовалась у сидящих:
– Ваши императорские величества будут как обычно? Сегодня привезли прекрасный кагор из Массандры, не желаете продегустировать? А их императорские высочества могут оценить мандариновый сок газированный – новое изобретение Анастасии Петровны…
Да, царь собственной персоной – при том, что все соседи Иосифа по дому были, как он с удивлением узнал, простыми рабочими. Наверное, все же не совсем простыми: почти все они после работы еще успевали ходить в какие-то "вечерние школы", радуясь, что "летом в школах всего два урока, а не четыре, как остальной год". Да и вряд ли простой рабочий (к тому же совсем молодой, детей еще вроде ни у кого в доме не было) может снимать с женой квартиру с двумя комнатами. Но в городе, как соседи говорили, у всех рабочих было жилье не хуже: даже неженатые парни и девицы делили такую же, как у Иосифа, квартиру максимум на двоих-троих.
Еще в городе было несколько театров, множество людей – и детей, и взрослых – играли в разные спортивные игры на специальных "спортивных площадках", и Иосиф с удовольствием несколько раз присоединялся к командам городошников или играл в странную игру с мячом, называемую "волейбол". Не то, чтобы он очень любил подобные занятия – просто иных дел у него не находилось. Две недели на Иосифа в городе, казалось, никто и внимания не обращал, но однажды все та же безымянная девочка встретила его на улице и снова безо всяких предисловий сообщила: