"Фантастика 2024-121". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
– Но вы-то наоборот собираетесь цены назначить меньше обычных… хотя действительно, я понял… Пожалуй, я соглашусь. Но у меня будет еще один вопрос, по поводу мотоцикла.
– Я же сказал, что это вам подарок независимо от вашего решения.
– Но за что?
– У меня хорошее воображение. И не будет большим преувеличением сказать, что ворону на пружинке я видел своими глазами. Мне – понравилось…
Все же пришлось залезть в бездонный карман Бариссона: Генри цену на завод выставил очень немаленькую. Но и условия контракта были довольно жесткими: строительство "под ключ" металлургического завода полного цикла мощностью в полтораста тысяч тонн стального проката и поставка рельсов и всего прочего, нужного для постройки двухсоткилометровой железной дороги. Пошлина на рельсы могла, конечно, все изрядно подпортить – но я и эту проблему решил очень забавным способом. Правда уже прибыв в Хабаровск.
Столица Приморской области обладала в этом смысле одним грандиозным преимуществом: по договору от восемьдесят первого года в городе разрешалась беспошлинная торговля. С Китаем конечно, но не только в городе – зона на пятьдесят верст вдоль границы была беспошлинной. При небольшом содействии губернатора удалось договориться о перевозке "беспошлинных товаров" из порто-франко Владивостока до Хабаровского рынка… на котором я честно покупал связки рельсов с клеймом "Made in China" перед надписью "136 CC USS ILLINOIS 1902" и прочие железные штучки из того же источника. Докатились американцы: китайские товары уже подделывают!
Содействие Гродекова мне понадобилось минимальное, поскольку и так большая часть "беспошлинного" товара поступала в Хабаровск тем же путем. Но – в пломбированных вагонах под охраной, а я мало того что рельсы возил на платформах, так еще и платформы эти были "нестандартными": рельсы я заказал двадцатипятиметровые, и для перевозки пришлось у Роджерса ещё и "платформы в размер пульмановского вагона" закупать. Но все всё понимали, железная дорога была нужна не только мне, но и Гродекову – так что я просто дополнительно платил в казну по рублю за каждую платформу с грузом, а таможня делала вид, что с ними где-то катаются охранники. Ну а железная дорога просто каждый день получала лишний доход с пары дополнительных эшелонов…
В Хабаровск я приехал в апреле, и там меня уже ждала куча народу. Папаша Мюллер лично приехал "контролировать строительство" цементного завода на Зее, Березин, которого мне все же удалось сманить, прибыл поднимать завод уже судостроительный. И, кроме еще примерно пяти сотен строителей всякого разного, приехал Роберт Классон – привлеченный возможностью выстроить станцию с двадцатимегаваттным генератором (первым в мире, между прочим) – с помощником по имени Леонид Красин. Правда к моему приезду у Классона появился один очень важный вопрос:
– Александр Владимирович, позвольте поинтересоваться: за каким дьяволом мы сюда приехали?
– Если мне не изменяет память, Роберт Эдуардович, лично вы с Леонидом Борисовичем приехали чтобы выстроить электростанцию мощностью в семьдесят два мегаватта. В контракте же так написано?
– Так, но зачем в этой глуши такая электростанция? На весь Хабаровск хватило бы одной вашей шестимегаваттной установки, а для нее ничего строить не надо, она и в вагоне прекрасно работать может.
– Но ведь электростанцию вы будете строить не в Хабаровске.
– Тем более непонятно.
– Раз непонятно, объясню. Во-первых, рядом с электростанцией находится большое месторождение угля. Плохого, бурого, но его никуда возить не надо – поэтому электричество получится дешевым.
– Но зачем оно, это дешевое электричество, если…
– Позвольте закончить. Всего в шестидесяти километрах от нее будет выстроен металлургический завод. Довольно большой, и выстроен он будет уже к октябрю. Проложить высоковольтную линию до завода будет много дешевле, чем возить туда уголь, и линия эта тоже будет построена. А поскольку на заводе будет работать рельсопрокатный стан с электрическими машинами, да еще электропечи для выплавки специальных сталей будут, то когда вы закончите первую очередь станции, электричества все равно будет не хватать.
– Тридцать два мегаватта не хватать?
– Да. Честно говоря, я рассчитывал, что заводу всего потребуется мегаватт пятьдесят, даже меньше – но тогда проекта еще не было. А сейчас я могу сказать, что только заводу потребуется более восьмидесяти мегаватт, а ведь уже рядом с электростанцией будет выстроено и химическое производство, с потребностью не меньше двадцати мегаватт. Насколько я знаю, Нил Африканович в состоянии выделать и четыре, и пять больших генераторов за год, но все упирается в возможности завода Гаврилова, а у него производство турбин идет с большими сложностями. Сделать три за два года он пообещал, а получится ли быстрее и больше – этого не знает и сам Герасим Данилович.
– Понятно… то есть непонятно: химическому-то заводу зачем столько? И вообще зачем его строить неизвестно где?
– Известно где строить: рядом с электростанцией. И вовсе не затем, чтобы электричество не возить далеко, а потому, что сырьем этого завода будет зола вашей станции. Очень интересный тут уголек: в золе вольфрама почти столько же, сколько в средних по качеству месторождениях вольфрамовых руд, есть в золе и медь, и никель, и серебро с золотом, и еще всего редкого и ценного столько, что выгодно было бы уголь даже просто в кострах сжигать. Но уж лучше на электростанции, и потому выходит, что это электростанция при химическом заводе как заготовительный цех, а вовсе не завод при электростанции.
– А если поставить не две, а больше шестимегаваттных машин? Ведь их выделывать проблем вроде у Гаврилова нет?
– По одной в месяц – нет, ведь эти турбогенераторы пока не переданы на серийный завод – тот еще строится. Но пять из восьми, что он наверняка успеет сделать до конца года, мне нужны в других местах. А ещё одна машина – она пойдет как раз в Хабаровск. Обеспечивать электричеством судостроительный завод, ну и улицы освещать, если получится – но этого я уже не могу гарантировать.
– Спасибо, теперь я понял. Что же, постараемся все выстроить в соответствии с вашим планом, а если получится у вас машин сделать быстрее и больше, то и их поставим. И прошу извинить: мы, грешным делом, подумали было что вы таким манером нас подальше от городов больших убрали. То есть…
– Красин, небось, предположил? К счастью его взгляды я знаю и в чем-то даже разделяю. Не все, далеко не все – но, надеюсь, мы с ним найдем общий язык. С вами же нашли, надеюсь? Зато теперь вы будете единственным в мире инженером, кто выстроит электростанцию из лучших сортов мрамора – улыбнулся я. – Вы не поверите, но на ближайшие полгода мрамор будет почти единственным доступным материалом для строительства…
Самое смешное заключалось в том, что я не шутил. Простой кирпич в Хабаровске купить было можно – там работало несколько кирпичных заводиков, вдобавок два моих уже заработали и еще два строились. Но вся их продукция пойдет на строительство металлургического завода, да еще ее и не хватит. Мюллер в мае пообещал запустить первую цементную печь, но ее продукция пойдет в основном на строительство железной дороги – как, впрочем, и продукция второй. И больше кирпича не будет: пока не вскроют угольный карьер и не выстроят от него дорогу до Хабаровска, кирпич обжигать будет просто нечем. Ну и цемент не на чем будет производить. А два мраморных карьера были уже вскрыты и там начали потихоньку камень пилить.
Конечно, трубы дымовые из мрамора не построить – но ни на что иное кирпича просто нет. Зато есть люди – и у меня появилась уверенность, что все нужное будет выстроено и запущено в срок. Гаврилову я уж помогу как-нибудь – тем более в Хабаровске меня как раз застала телеграмма о том, что хорошо бы срочно домой вернуться: у меня родился сын. Так что после небольшого, но весьма бурного совещания задействованных во всех проектах инженеров я поехал домой. Очень спешил – но ведь и дела бросать не годится, так что пришлось сначала сделать небольшой крюк и заглянуть в Порт-Артур, а оттуда – в уютное поместье под Сеулом.