"Фантастика 2024-121". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
– Двухдюймовка… – меланхолично отметил капитан, и, щелкнув тумблером громкой связи, крикнул в микрофон: – оружейную открыть, экипажу приготовиться к отражению атаки пиратов!
– Да не спешите вы так, – я постарался придать голосу ту же "меланхоличность", – зачем думать о людях плохо. Может быть они не захотят нападать?
Капитан повернулся, чтобы высказать все, что он думает по поводу моего замечания, но увидев, что я делаю, счел за лучшее промолчать. Потому что я подошел к небольшой железной "шторке", висящей у задней стены рубки.
Собственно "шторка" была нужна для того чтобы прикрыть пульт управления от наружного света – за ней стоял "открытый" перископ (по сути дела просто зеркало, направленное под углом вверх). А второе – уже поворотное – зеркало находилось в паре метров выше, за "хитрым" трехлинзовым объективом, светосила которого, несмотря на диаметр линз в четверть метра, была все же не слишком велика.
Ну а перед верхним зеркалом была размещена – на управляемом электромоторами "станке" – двуствольная автоматическая "пушка Дальберга". Камилла с большим интересом проследила за тремя даже не очень длинными очередями, распилившими бумы на довольно мелкие части – все три успели подойти на пару кабельтовых, и сочла нужным отметить:
– Саш, ты мне напомни, когда вернемся, что надо трассировочный состав поярче придумать. В степи-то голубой огонь и не очень яркий хорошо заметен, а вот в море…
– Тогда сделай его просто ярко-красным. Если я верно помню, то соли стронция дают очень красивый и заметный цвет…
Спокойствие жены объяснялось просто. Народ сейчас вообще (и жена моя в частности) к смерти – в особенности к "чужой" – относился довольно равнодушно, а к смерти "врага" – вообще положительно. Ну а те, кто стреляет в нас из пушки – они враги безусловно. Вдобавок в Суэце жена купила у какого-то торговца книжку на немецком, рассказывающую о "пиратах Красного моря и Индийского океана". Купила по ошибке: книжка называлась "Добыча золота из воды" – ну, примерно так, если на русский перевести. Но не выкидывать же – и из нее жена успела почерпнуть информацию, что малаккские пираты в живых ограбляемых европейцев не оставляют, а я не успел ей сказать, что с тысяча восемьсот сорокового – года выпуска книжки – кое-что успело поменяться. Хорошо что не успел, а теперь и не скажу: сейчас эти пираты убивали вообще всех, а суда топили.
Эти – точно больше никого не утопят, даже те, кто успел за деревяшки зацепиться и пока держался на плаву: Камилла успела пересказать прочитанное Данице, которая изображала в этом путешествии ее горничную, и теперь девочка, успевшая уже схватить "карабин Волкова", быстро опустошала магазин за магазином: ведь пират – он даже хуже конокрада, так? А пушки… после того, как матросы их вычистили, я опустил стволы и они снова стали изображать из себя небольшие перильца площадки над рулевой рубкой.
Небольшое приключение с проверкой "новой техники в рабочей обстановке" оказалось единственным за всю дорогу, и еще через десять дней мы оказались в Дальнем. Оттуда "Царица" отправилась на Сахалин, а мы – в Хабаровск, на поезде. Литерном: ну не ехать же нам обычным. С семью вагонами "багажа" это как-то не очень удобно…
Николай Иванович принял нас на следующий день после приезда: для него я был всего лишь "промышленником, желающим посодействовать развитию Приамурья". Ну, судя по тому письму, с которым я к нему обратился весной. И поэтому принял он нас очень душевно: генерал-губернатор действительно старался для края сделать как можно больше. А я постарался его не разочаровать, и после обычного обмена любезностями перешел к делу:
– Ваше превосходительство, сначала я хотел бы исполнить, так сказать, протокольную часть. У вас, насколько я наслышан, небольшая война с ихетуанями, то есть с боксерами, и я бы желал внести и свой посильный вклад в успешное ее завершение. Для чего привез вам пятьдесят пулеметов системы Хочкисса, два миллиона патронов к ним и повозки, на которых их будет удобно перевозить в нужное место. Десять повозок уже доставлены в Хабаровск, остальные пока ждут во Дальнем, но железная дорога обещалась доставить их сюда за неделю. Прошу принять этот небольшой подарок от чистого сердца. И отдельно попрошу не рассматривать его как взятку.
– Пятьдесят пулеметов? – удивился Николай Иванович. – Как взятку?
– Ну мало ли… я астраханскому губернатору в городе ремесленное училище выстроил, так местные газеты и это за взятку счесть сумели…
– Ну я-то не газетчик какой – обиделся было он, но сам же и рассмеялся: – А если бы мне таких взяток побольше давали, то, глядишь, и войну бы мы уже закончили. Может наоборот сказать газетчикам, чтобы взяткой подарок ваш обозвали? В пример прочим. Пулеметами, правда, народ не богат, может хоть патронами помогут. То, что вы патрон привезли – это великолепно, у нас их сильная нехватка.
– Я понимаю, потому и привез. Жаль, пока большим помочь не могу, но если еще что потребуется, вы мне сообщить не стесняйтесь, у меня с весны сюда суда каждый месяц ходить будут.
– За помощь вашу спасибо скажу. Ну а теперь давайте посмотрим, чем уже я вам помочь смогу…
Помочь губернатор мог много чем, но для меня главным пока был уголь. Но когда я показал на карте, где я его собираюсь добывать, генерал сильно удивился. Он-то искренне считал, что я мечу на Кивду – там уголь просто на поверхности местами лежал. А Ушумун… Это месторождение геологи нашли в "прошлой жизни", нашли случайно – пока пытались обнаружить "пропавшее месторождение" сопки Турук. Тогда оно никого не заинтересовало – Кивда уже давала угля сколько нужно, да и с транспортом там было удобнее. Но мне Ушумунский уголь запомнился тем, что в нем было много вольфрама. Не очень много, грамм тридцать-пятьдесят на тонну. Вот только угля на Ушумуне было, по самым скромным оценкам, под миллиард тонн. А если считать вольфрам не по углю, а по золе – то ценного металла там было тоже немного, раз в десять меньше, чем в самых богатых месторождениях мира, но смысл его извлекать появлялся – в особенности учитывая, что кроме вольфрама там имелся и титан, и кобальт – причем последнего даже больше чем никеля, который тоже лишним не окажется. Еще – ванадий, цирконий, молибден… тогда – именно в "прошлой жизни" – Кузьмин как-то мельком заметил, что если из такой золы просто все металлы вытащить, то получится великолепная присадка для получения разных очень нужных сталей. Но "тогда" руки не дошли, а теперь, мне кажется, стоит попробовать.
В любом случае "за спрос денег не берут" – я и "спросил", и в результате Гродеков выписал разрешения на добычу всего, что я попросил там, где мне "очень хотелось". Вдобавок и на Кивду разрешение тоже выдал: похоже, он поверил в серьезность моих намерений, а угля – хоть и паршивого – много не бывает. В особенности когда другого просто нет. И не будет – про сопку Турук я открытым текстом говорить не стал, но "подгреб" и ее на предмет "а вдруг найду чего-нибудь". Там же угля мало, мне одному не хватит…
Откровенно говоря, я почти не сомневался, что если уж не все, то большая часть моих планов Николаем Ивановичем будет одобрена, и "подготовку" начал сильно заранее. Причем даже не столько покупкой нефтяной лицензии – она, лицензия эта, шла вообще "отдельной программой". Но Петя был озадачен не только добычей нефти – и все сделал хорошо. Хотя сам он особо не надорвался: с ним в Приморье отправились два хорошо знакомых мне "скучных техника", Тимофеев и Морозов. Хотя выбрал для этой работы я вовсе не за "скучность", просто они хорошо знали все строительные артели в Царицынском уезде. И артели их хорошо знали, поэтому четыре из них тоже "временно переместились" – во Владивосток и Хабаровск. И в столице Приморья нас ждал уже готовый домик – правда, стоящий несколько на отшибе, зато свой. Да и насчет "отшиба"…