"Фантастика 2024-121". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Свой же урожай пшеницы я собирал без песен. Потому что не серпом собирал, а вообще ножницами. Чтобы ни зернышка не потерять. "Моя" пшеничка созрела позже чем в полях, наверное из-за того, что все лето ее обильно поливали и у нее было больше времени на просто рост. Поэтому ножниц было двое, Дмитрий помогал, освободившись от забот на своем наделе. И в процессе этого помогания у него происходил и параллельный процесс полного офигевания.
Сколько у меня там этой пшеницы-то было — всего с полсотки. Но с полусотки этой собралось практически два пуда. Конечно, колосья зерно не теряли — при ручном-то сборе каждого колоска, да и "обмолот" мы провели ручками (специально две пары кожаных перчаток купил). Но Дима-то видел сколько зерна я посеял, и урожай "сам-триста" его морально убил. А когда он пересчитал "на десятину" — я и сам обалдел, как говорится в старом анекдоте. Получалось шестьдесят центнеров с гектара — таких урожаев тут никто, нигде и никогда еще не видел. Хотя наверное про "нигде" и "никогда" я загнул, Болотов, если мне память не изменяет, еще почти сто лет назад под Петербургом больше девяноста собирал. Но это было давно и под Петербургом, а тут, у Царицына, точно таких урожаев никогда не было.
Понятное дело, что огород мой — не фитотрон ни разу. Но земелька удобрена была что "хоть ешь ее", как Дима говорил, поливали вовремя и обильно, сорняки всякие пололи, да и с погодой повезло — вот и получился урожай. Для его хранения Дима даже сделал специальный ларь, железом окованный — чтобы мыши зерно не попортили. Небольшой, но солидный такой сундучок, в два червонца встал. Хотя все равно зерна оказалось едва дно прикрыть — тяжелое оно, зерно-то.
А вот картошка — легкая. Одна. Грамм сто — сто двадцать всего. Но четыре окучивания за сезон, удобрения опять же, прополка — "моей" картошки собралось два мешка. Тоже не ахти, но с семи клубней — это достаточно. Так что и для хранения картошки тоже было выделено отдельное место в подвале нового дома — есть ее точно никто не собирался. Что же до капусты — то она пока росла. Капуста — она такая: пока тепло и воды достаточно — растет. Нет, несколько кочанов мы уже съели, но еще пара сотен набирала вес, и — по предположениям Дмитрия, собирать ее стоило где-нибудь в конце сентября. Капуста была какая-то "не такая", то есть от местных сортов очень отличающаяся: кочаны плотные, как каменные, и довольно тяжеленькие. Худо-бедно, но пудов сорок соберем. Вдобавок я-то знал, что "амагер" — бабушка всегда именно этот сорт и сажала — в принципе до следующего лето храниться может. И капусту я конечно сохраню — которую не съедим, а вот насчет семян — отдельно заботиться нужно. Корневища, как мне местный огородник рассказал, нужно будет выкопать отдельно и отдельно же хранить — на следующее лето и семена на них появятся. Да и морковка — она тоже двухлетняя.
Так что подвал пришлось срочно превращать в овощехранилище. Небольшое, конечно — одной секции подвала, под кухней, на все хватило — но от идеи хранить в подвале и уголь на всю зиму для котла пришлось отказаться. Но уголь — не картошка, не вымерзнет, поэтому рядом с домом появился "дровяной сарай". Именно сарай, из горбыля сколоченный безо всяких изысков, правда вместо дров там уголь кучей складывался. А Царица теперь бегала в Царицын аж два раза в сутки — я углем запасался на зиму. Хорошая порода битюг, выносливая. Только вот жрет много. В день — пуд овса вынь да положь. А овес-то нынче дорог! Хотя и не очень: "грязный" овес и по двадцать пять копеек за пуд купить можно, крестьянам налог платить надо — вот и продают. Ну а раз можно, то почему бы и не купить? Суточный доход мой достиг аж пятнадцати рублей даже по будням, это после того, как в начале августа (при содействии Ильи Архангельского) точка по продаже гамбургеров и "кофе котлового" появилась на Грязе-Царицынским вокзале. Вокзал — место оживленное.
 
Вдобавок неожиданно оказалось, что изготавливаемые мною глиняные кружки для кофе (в кирпичной печке место есть — почему бы и кружек не запечь?) тоже пользуются "определенным спросом". Мы в залог за кружку копейку брали — так в день полсотни кружек не возвращались. А осколков вокруг — не видно. В общем-то оно и понятно: на рынке подобная кружка стоит пятачок, в лучшем случае три копейки. Но мне не жалко, ребятишки на "уроке труда" урон возмещают — для кружек я болванок наделал, так что лепить их стало очень просто.
Так что жизнь наладилась окончательно. Я ведь даже унитаз сумел себе слепить! Не с первого раза, а с четвертого, и не белый, а вовсе даже коричневый — но для использования по назначению вполне пригодный. И канализацию проложил, до оврага, из глиняных же труб. Ну сколько с одного унитаза натечет в овраг-то? Природа — она переработает стекаемое, а мне — приятно. Вот правда водопровода в доме нет, и освещение не электрическое. Но и керосиновые лампы вполне даже годятся для освещения, вон бочку керосина — двадцать пудов, между прочим, четыреста литров почти — за червонец на заводе Нобелей купил. И с водой придумал: еще одну бочку такую же, на четыреста литров, на чердак затащил, и к ней из чуланчика в прихожей насос приделал (сработанный с паровоза мне Илья Архангельский отдал). В чуланчик все равно ведрами приходится из колодца водичку таскать, но уж дальше — по трубам, как у больших (хотя насосик и ручной).
А еще я, подумав о вкусной и здоровой пище, поставил неподалеку от дома "реактор биогаза" — большую забетонированную яму, куда напихал навоза, соломы всякой и прочего мусора. Яму закрыл крышкой их пропитанных битумом для герметичности досок, а рядом поставил газгольдер — в другой яме, уже с водой поместил так же вымазанный битумом железный перевернутый "стакан" объемом кубометров на пять. Поначалу, правда, подумал, что сотворенный агрегат получился неправильным, но оказалось, что для его запуска нужно какое-то время: газ "пошел" дней через десять. Неплохо так пошел, с избытком хватало его на поставленную в кухне четырехконфорочную газовую плиту. Которую сам и сделал — но из купленных в Царицыне готовых горелок: с газом в городе народ уже умел обращаться и, хотя использовали его в основном для освещения, в магазине нашлись и "отопительные" горелки.
Сам дом мне обошелся в четыреста рублей (именно в виде денежных затрат), правда без отделки еще, но жить вполне даже можно. Ну а "евроремонт" — это дело наживное. Сделаю как-нибудь. Вон у Василия Ивановича Якимова оказывается можно и паркет дубовый заказать недорого. Очень недорого, квадратный метр в пересчете получается по сорок три копейки. Правда сам Василий Иванович так похоже и не понял, что за дощечки я у него просил сделать и для чего их применить можно. Тут паркет или уж фигурный, или полы совсем простые, дощатые. На мой взгляд простые — а так, из двухдюймовых дубовых плах — они вовсе даже и не простые. Хотя чаще все же действительно простые, сосновые. Как у меня. В спальне и кабинете — во всех остальных комнатах так бетонный пол и остался. И даже хуже, чем у меня: я-то пол сделал их шпунтованных досок, приклеенных на цементную стяжку битумным лаком, чтобы не скрипело, а обычно на бревенчатые перекрытия прибивали простые доски гвоздями.
Хороший получился дом, уютный. Но все же электричества мне не хватало. На носу — зима, а бегать на улицу заряжать аккумуляторы от ветряка — дело, очевидно, не самое приятное, да и фонарик на морозе испортиться может — чем тогда я бриться буду? Ведь аккумуляторы бритвы я тоже фонариком заряжал… А денежка у меня "лишняя" уже появилась: закончив утепление павильонов к зиме, я разместил в них и небольшие железные печки — для отопления и для жарки котлет на месте, чтобы уголь зря не тратить, и вот уже после установки печек мне пришла в голову очень интересная идея.
Когда я поделился изначальной идеей с Ильей Архангельским, он довольно долго смеялся, но потом с удовольствием согласился мне помочь. Я, собственно, общую идею в книжке высмотрел — но у него был профессиональный опыт. Потому что занимался он, среди прочего, и мелким ремонтом паровозов, а сделали мы с ним небольшую паровую машинку. Очень небольшую, блок цилиндров — три дюйма в диаметре и десять — в длину. И это — снаружи, со всеми клапанами и трубами. Машинка была так называемая "прямоточная", без хитрого парораспределителя, работала на давлении пара атмосферы в три-четыре и — что было особенно приятно — вместе с котлом была размером с небольшую тумбочку. Причем сама машинка — то есть цилиндры (точнее, фактически один, только пар с обеих концов поочередно подается) и все прочие вращающиеся части — размещались сбоку тумбочки-котла, а сверху нее получалась обычная плита типа кухонной. На этой плите ставилась хитрая низкая кастрюля с дыркой посередине (или высокая кольцевая сковородка), а над кастрюлей ставился бак с дозатором, приводимым в движение машинкой. Еще машинка — через передачу — вращала внутри кастрюли еще один поддон, решетчатый, и две хитрых лопатки. Короче, получился у нас настоящий пончиковый автомат на паровом ходу!