"Фантастика 2024-121". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

– Я не могу понять, – Сората сел рядом на колени, до хруста выпрямив спину, – что произошло с того момента, как ты отвернулся от меня? Как мы оказались тут? И что это за место?
Генри огляделся, но было слишком темно.
– Ты увидел что-то, – сказал он. – А потом побежал. Совсем этого не помнишь?
Сората тряхнул головой.
– Не уверен. Кажется, что в голове ветер гуляет. Давай выбираться отсюда?
Яма оказалась не слишком просторной, больше напоминающей колодец с земляными стенами. Генри предположил, что они угодили в старую охотничью ловушку, но на Синтар просто не на кого охотиться, разве что на людей, да и тех тут давно не было. Благодаря небольшому зазору над головой удавалось избежать приступа паники, и все же Генри нервно сжимал и разжимал пальцы, стараясь не выдать волнения. При падении еще и часы повредились – стрелки застыли на двенадцати пополудни, а по стеклу прошла неглубокая трещина, разделившая циферблат надвое.
– Ничего не нашел? – спросил Сората. Он закончил осматривать свою сторону и, похоже, не обнаружил ни единой зацепки. Генри покачал головой.
– Ничего. Сюда бы фонарик.
– Лучше сразу веревка, – заметил Кимура и опустился на колени, все равно спасать перепачканную светлую одежду поздно. – Надо взять за правило выходить из дома хотя бы с одним рюкзаком на двоих, а в него с утра класть фонарь, веревку, аптечку и бенто.
– Ты проголодался?
– Пока нет, но мы же никуда не торопимся.
Генри нечем было крыть. Он сел рядом, но быстро поднялся, земля была слишком холодной для него.
– Кто-нибудь обязательно пойдет нас искать.
– Ага, – равнодушно отозвался Сората. – Вечером, когда мы не придем на ужин.
– Все будет хорошо.
– Генри, – он поднял голову, ловя в полутьме взгляд Макалистера. – Есть вероятность, что нас найдут только утром. Мы рискуем тут замерзнуть.
– Ночи не такие уж холодные, – вяло парировал Генри и вздохнул. – Мы все равно ничего сейчас не сможем сделать. Черт. Я посмотрю еще раз.
Он повторно обошел яму по кругу под пристальным взглядом Кимуры. Невыносимо досадно угодить в такое дурацкое положение, ожидая потусторонних опасностей и провалившись в банальную дыру в земле.
Банальную ли?
– Генри.
– Да?
– Мы ведь встретили какого-то духа, да? Он хотел забрать мое тело?
Сората говорил ровно и спокойно, будто ничего особенного не произошло. Генри насторожился.
– Я не могу сказать точно, – ответил он. – Но скорее всего да. Боюсь, ты лакомый кусочек для призраков и духов, и могу только предполагать, почему.
– Потому что они могут получить мое тело? Потому что я медиум?
Генри опасался этих вопросов. Потратив немало времени и сил, чтобы составить собственную теорию, он до сих пор будто блуждал в потемках.
– Да, – просто сказал он. – Ты медиум. Ты не боишься?
– А ты как думаешь? – Сората передернул плечами. – Теперь я не просто знаю, что рядом есть что-то, чего я не вижу, но и постоянно думаю, что оно может напасть на меня. Как бороться с тем, чего не видишь, Генри?
У Генри не нашлось ответа.
Каждый человек в жизни борется с невидимыми врагами. Кто-то с фобиями, кто-то с напрасными надеждами, кто-то с безответными чувствами. Это в своем роде тоже призраки, и они не менее опасны, чем те, которых видит Генри, ведь от них почти невозможно спастись. И все равно Сората постоянно боролся, и Генри верил, что тот способен справиться с любой опасностью, просто ему надо помогать. Быть рядом.
– Вместе.
Сората вздрогнул, как будто от внезапного холода, и провел рукой по волосам.
– Я тебе верю. Я знаю, что ты меня не оставишь. И все же… ты предупредишь меня, если что? Предупредишь, если что-то увидишь?
Несмотря на внешнее спокойствие, сейчас он казался особенно уязвимым, и Генри поспешил заверить:
– Конечно. Я сразу скажу, как…
Он резко замолчал.
Они больше не были вдвоем. Кто-то еще присутствовал незримо в темноте вокруг них, кто-то смотрел Генри прямо в затылок, рождая волну мурашек по всему телу, но страха не было, лишь будоражащее кровь волнение.
 
– Кто здесь? – спросил он, глядя на застывшего напротив Сорату, и предупредил. – Я оборачиваюсь.
Генри повернулся и увидел, как из темноты медленно выплывала размытая фигура, маленькая и худенькая, будто принадлежащая ребенку. В протянутой руке дух держал тоненькую палочку, на которой покачивался круглый бумажный фонарь с трепещущим внутри огоньком свечи. Судя по вздоху, Кимура тоже его увидел.
Генри протянул руку навстречу, коснулся красной бумаги абажура, и дух исчез. Фонарик полетел на землю, и Макалистер успел подхватить его за миг до падения. Огонек внутри пригнулся, едва не погаснув, и вновь взметнулся вверх. Ровный теплый свет окрасил бумагу в оранжевые тона.
– Ты видел? – Генри сжал палку в руке и спросил у Сораты. – Ты видел это?
– Нет, – Сората вскочил на ноги и потер виски. – Только как фонарик выплыл из темноты. Кто его принес?
– Я не знаю, но не откажусь от помощи, кто бы ее не предложил.
Макалистер шагнул туда, откуда появилось видение, мерцание свечи озарило земляной свод, который они уже видели, однако Генри вручил фонарь Сорате и принялся ощупывать стену руками.
– Что ты ищешь?
Генри торопливо стряхивал комья глинистой земли под ноги, зарываясь в нее пальцами, пока не нащупал то, что искал.
– Дверь, – сказал он и утер рукавом выступивший на лбу пот. – Здесь есть дверь, но почему-то ее предпочли засыпать.
Сората подошел ближе, светя на расчищенный участок.
– Если ее засыпали, не значит ли это, что здесь опасно?
– Мы не узнаем, пока не проверим, – Генри продолжил откапывать дверь, пока не появилась ручка, он взялся за нее и потянул на себя. Из образовавшейся щели потянуло затхлостью тяжелого сырого воздуха, от которого к горлу мгновенно подкатила мерзкая тошнота. – Я пойду первым.
Он протиснулся в проем и оказался в узком темном тоннеле, в котором едва-едва удалось бы поместиться вдвоем, не касаясь влажных земляных стен. С потолка свисали гроздья паутины. Чуть дальше появились первые признаки человеческого присутствия – деревянные укрепления стен, потолочные балки. Генри нес на вытянутой руке фонарик, очерчивающий ровный круг света вокруг себя, и чем дальше они продвигались, тем страшнее ему становилось.
– Ты как? – спросил он, и Сората ответил без промедления:
– Нормально. Что-то не так?
Генри мотнул головой.
Из земляных стен выглядывали безглазые лица, слепо ищущие их в темноте, но в испуге отпрянувшие, едва их задел свет фонаря. Призрачные стражи тянули к ним свои костлявые руки и не могли коснуться, и все равно Генри непроизвольно сжимался, когда казалось, что прикосновения не избежать. Хорошо, что Сората не мог видеть этого.
Тоннель оборвался пустым деревянным проемом, за которым начинался более обжитый коридор с кирпичными стенами и потолком. В металлических скобах торчали покрытые паутиной факелы, которым, наверняка, насчитывалось не одно десятилетие.
– Это место мне знакомо, но я не помню, в какую сторону нужно идти, – Генри покрутился, пытаясь осветить как можно большее пространство, правда, не слишком успешно. Пламя в фонаре не дрожало, а, значит, выход если где и был, то слишком далеко.
– Я бы хотел, чтобы мы попали в особняк, – Сората замер на распутье. – Но даже если нам не повезет, мы хотя бы выйдем на поверхность. Так ведь? Значит, подойдет любое направление.
Он махнул рукой и первым пошел вперед. Генри догнал его и пошел рядом, освещая дорогу, и, как только коридор закончился неожиданным подъемом, бумага резко вспыхнула, мгновенно обнажая бамбуковый остов.
– Черт! – Генри отбросил его от себя, и тоненькие жердочки занялись ярким синим пламенем, за считанные секунды превратив фонарь в горстку пепла.
Они оказались в полной темноте.
– Генри, – позвал Сората, и Макалистер почувствовал прикосновение его холодных пальцев к запястью. – Иди сюда, тут ступени. Осторожно, не споткнись.