"Фантастика 2024-121". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

– Мы еще можем догнать их, если поспешим. – Асикага без излишнего смущения схватила за руку и потащила за собой прихрамывающего Кимуру.
«Дыра» на самом деле оказалась узкой щелью отступившего от каркаса профильного металлического листа, отогнув который можно было преспокойно выбраться в лес. Сората на секунду задержался, осмотрев место крепления – содранная краска намекала, что отсутствие нескольких шурупов неслучайно. Место для лазейки подобрано очень удачно, в самом глухом уголке сада, скрытом от парка густыми кустами шиповника.
– Интересно, а вас как сюда занесло, Асикага-сан? – поинтересовался Кимура, отгибая лист и пропуская девушку вперед. Та перепрыгнула через ригель каркаса и жеманно хихикнула.
– Неприлично задавать такие вопросы девушкам.
Сората не стал уточнять, что именно такого неприличного девушка могла делать посреди дня в дальнем конце парка, раз ему не стоит об этом спрашивать, и шмыгнул следом за Асикагой, едва не ударив отпружинившим листом по ногам.
За забором словно расстилался другой мир. Тишина нарушалась лишь шелестом свежей зеленой листвы и чириканьем птиц. Земля была укрыта толстым слоем прелых прошлогодних листьев и еловых игл, сквозь которые пробивались длинные стрелы молодой травы.
Косая дорожка перевернутого лиственного ковра и сломанных на уровне человеческого роста сучьев вела в глубь леса. Голосов слышно не было, из чего Кимура заключил, что студенты успели уйти достаточно далеко.
– Ну надо же. – Руми огляделась. – Кто бы мог подумать, что противный Дайске прячет от нас такую красоту. Может, тут и грибы есть? Ты умеешь грибы готовить? Хотя, кого я спрашиваю. – Девушка махнула рукой и поспешила вперед.
Кимура покачал головой, оставляя ее риторические вопросы без ответов. Студентов, куда бы и зачем они ни пошли, следовало вернуть до того, как их отсутствие обнаружит вездесущий замдиректора. Почему-то Сората чувствовал ответственность за судьбу этих авантюристов.
Руми скрылась из вида и спустя несколько минут вынырнула из зарослей с пучком мелких цветов.
– Я нашла земляничную полянку, – похвасталась она, подсовывая под нос мужчине кулак с цветами, в одном из которых Сората распознал молодой кустик земляники. – Я люблю пироги с ягодами. И грибы люблю.
– Вы вообще очень любвеобильны, Асикага-сан. – Кимура улыбнулся одними уголками губ.
– Конечно, – довольно подтвердила Руми. – Живем же один раз, а вокруг столько всего, что нужно полюбить! Кстати, как тебе ваш новый комендант?
Вопрос застал Кимуру врасплох. Вот о ком, а о странном шотландце, успевшем уже неоднократно задеть его, Сората старался не думать. За несколько лет проведенных в стенах академии «Дзюсан», он уже привык к странностям новичков, но Генри оказался особенным. И самой особенной была его необычная манера сталкиваться с поваром в самых разнообразных местах и обстоятельствах. Иногда Кимуре даже казалось, что он специально подкарауливал его, чтобы поставить в неловкое положение и наградить парочкой очередных, если не оскорбительных, то точно обидных эпитетов.
А однажды ему вообще хватило наглости заявиться посреди ночи и обвинить невесть в чем.
Сорату отвлек короткий стук в дверь. Бросив взгляд на настольные часы, показывающие без малого четверть первого ночи, он отложил расческу и отворил дверь, едва сдерживаясь от желания захлопнуть ее прямо перед носом коменданта.
– Макалистер-сан? – Кимура настороженным взглядом скользнул по высокой фигуре нежданного визитера и остановился на его лице, для чего пришлось изрядно запрокинуть голову.
– Мистер Кимура, – в глазах Генри легко читалось смятение, и Сората невольно отступил назад, распознав в его голосе истерические нотки, а напористость, с которой тот вцепился в дверное полотно, просто кричала о его взвинченном состоянии, – п… почему вы преследуете меня? Что вам от меня нужно?
Японец замер, растерянно разжав стискивающие дверную ручку пальцы и приоткрывая рот в тщетных попытках подобрать ответные слова. Рука сама собой потянулась к лицу, убирая еще влажную после купания прядь за ухо, – этот жест всегда выдавал его волнение.
 
Макалистер неожиданно отшатнулся и залился румянцем.
– И не пытайтесь меня соблазнить! Я… я не куплюсь на эти ваши штучки.
– Что вы себе позволяете? – не выдержал, наконец, Кимура, готовый вот-вот провалиться от стыда сквозь землю и едва сдерживаясь, чтобы не повысить голос – их могли услышать. – Это вы явились ко мне в комнату ночью и утверждаете, что я вас преследую. Может, это мне стоит вас опасаться?
Комендант пошел пунцовыми пятнами, так что Сората вновь испытал желание захлопнуть дверь. Воспользовавшись возникшей паузой, японец потянулся к ручке и уже собирался исполнить задуманное, как Генри воровато обернулся и впихнул его в комнату, поспешно прикрывая дверь.
– Что вы… – Кимура на всякий случай отошел на относительно безопасное расстояние, но Макалистер не позволил ему договорить, прикладывая палец к губам. Из коридора послышались шаги и негромкие голоса, хорошо различимые в ночной тишине.
– А нас точно не заметят?
– Не парься, Хибики. Я слышал, новый комендант тот еще лопух, десятый сон уже видит.
– Мне не нравится эта затея. Идем быстрее.
Генри выглянул в приоткрытую дверь, проводил взглядом удаляющиеся спины двух школьников и обернулся. Кимура не мог сдержать улыбки, ведь он слышал все от первого и до последнего слова и, оказавшись невольным свидетелем этой сцены, ощутил себя отомщенным за все последние нанесенные ему оскорбления. Еще никто и никогда не называл его трансвеститом, хотя находились люди, считавшие своим долгом сообщить Сорате о его ориентации или других приписываемых ему противоестественных наклонностях.
– Знаете, Макалистер-сан, – заметив, что комендант уже собрался покинуть его комнату, Кимура решил разъяснить, раз уж выдался удобный момент, – мне кажется, я должен вас уведомить, что мужчины меня не привлекают. На случай, если вы снова захотите обвинить меня в чем-то или заглянуть в гости после отбоя.
Генри пулей вылетел в коридор, хлопнув за собой дверью, и не видел, как японец растерянно накручивал на палец длинную черную прядку.
– Занимательная личность, да? – Асикага притормозила, заглядывая в порозовевшее от стесняющего воспоминания лицо Кимуры. – Особенно коленки! Никогда не думала, что мужчины в юбках могут выглядеть так… соблазнительно.
– Асикага-сан, – попытался образумить ее Сората. Его вовсе не интересовали коленки нового работника Академии. Юбка и любые другие части его тела, и гардероба тоже.
– Нет, ну ты только подумай! Кстати, – Кимура содрогнулся, узнав в интонациях ее голоса те самые нотки, отвечающие за новые абсурдные идеи этой непредсказуемой девушки, – тебе юбка бы тоже подошла.
– Давайте как-нибудь обойдемся без этих ваших… фетишей, – с мольбой простонал повар, но Руми хихикнула и снова унеслась куда-то вперед, скрываясь между деревьями. Они шли уже довольно долго, совсем потеряв счет времени. Лес впереди становился все гуще и мрачнее, сквозь плотно сплетенные ветви деревьев почти перестал пробиваться свет. Жухлая листва, более сырая и мягкая чем раньше, лежала впереди нетронутым слоем.
Сората остановился. Холодный неприятный ветерок пробежался вдоль позвоночника – они сбились с пути. Подростки, куда бы они ни подевались, этой дорогой точно не проходили, да и дороги-то тут не было и в помине.
– Асикага-сан, – негромко позвал Кимура, оборачиваясь. Оставленная им самим неровная борозда взбитой листвы пропадала где-то в зарослях молодого клена. Следов Руми не было нигде. – Асикага-сан, – позвал он уже громче, прислушиваясь к своему утопающему в фальшивой мягкости леса голосу, словно со стороны. В голых, едва тронутых зазеленевшими листочками ветвях, тревожно вскрикнула и забила мощными крыльями птица, срываясь в небо. Сверху на мужчину осыпалась пересохшая древесная труха, от которой он инстинктивно прикрылся рукой. Снова все шумы стихли, оставляя лишь звук его сбившегося дыхания. Сората прислонился к дереву, перемещая вес тела на левую, здоровую, ногу и закрыл глаза, прислушиваясь.