"Фантастика 2024-121". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Я начал закипать.
— Так надо было бы спросить, в настроении ли я. Нет, не в настроении. Если вы не соцработник, не страховой агент и не адвокат — о чем мне с вами говорить? Мне не до разговоров сейчас.
Он развел руками:
— Ну бывает, бывает. Вы, правда, пришли в сознание уже тут, потому не помните ту занюханную больничку на окраине города. Давайте поговорим о том, как вас перевели в реанимацию центральной больницы и почему вам досталась эта комфортабельная одноместная палата? Если что, тут это очень дорогое удовольствие, мест вечно не хватает…
— Выставите счет страховой компании, ладно?
— Какой страховой компании? У вас есть страховка? — криво улыбнулся седоусый.
— Она есть у того мудака, который…
— У него тоже нет страховки. Он ездил с подделанной наклейкой о страховании.
У меня от такой новости на голове зашевелились волосы. А седой кивнул, будто поддакивая самому себе, и продолжил.
— Адвоката, кстати, у него тоже нету. Это нищеброд с четырьмя детьми и еще двумя на алиментах. Все его имущество — грузовичок, который он разбил при аварии, и квартира. Которую у него не выйдет отобрать, ибо там четверо детей живет. Зарабатывал он в разы меньше вас и едва сводил концы с концами. Короче говоря, там печально все. С него просто не выйдет чего-то стрясти, к тому же его ждет тюрьма, потому что пострадавших всего трое, и выжили только вы… Два других пешехода так и умерли в той занюханной больничке, их не вытащили. Такие вот дела.
— Блджад… — тоскливо протянул я.
— Понимаю вас, — сказал седой. — И даже завидую.
— Мне⁈
— Угу. Вы в жопе, жизнь под откос. Но только ваша. Я тоже в жопе, но на мне куда больше ответственности. У меня гораздо больше вот-вот под откос полетит…
— Ну-ну, — хмыкнул я. — И кто вы такой?
— Александр Серов. Я руководитель проекта «Прометей».
Я не поверил своим ушам: какого хрена человек, который руководит постройкой межзвездного колонизационного корабля, забыл в моей палате? Я сам — киберспортсмен, теперь уже бывший, у меня нулевое отношение к проекту «Прометей» и вообще к космонавтике.
— Да ладно?
— Угу. Дать планшет, чтобы вы в инете порыли мои фото?
— Что вам от меня нужно?
Серов вздохнул и взглянул в окно.
— Ваши таланты. Видите ли, мы… не успеваем. Не укладываемся в график. «Прометей» не будет готов в срок. Мы слишком сильно отстали в технологиях.
— Ну и что? Ну опоздаете на пару лет, корабль двадцать лет строился.
— Опоздать значит не полететь уже никогда. Начну немного издали… Вы помните «шанхайский конфликт» десять лет назад?
— Это когда я с мамой два дня провел в бомбоубежище?
— Вижу, помните. А знаете, почему?
— Был риск ядерной войны, вроде?
Серов усмехнулся.
— В этой фразе вся глубина вашего непонимания ситуации. Риск ядерной войны не был, он есть. Десять лет люди на контрольных пунктах пусковых шахт сидят в состоянии перманентной «красной» тревоги. Не только наши — все. Вот уже десять лет мир живет в ожидании ядерного армагеддона, просто рядовые обыватели этого не знают. Вам с мамой сказали, что опасность миновала — и вы вышли. А опасность никуда не делась.
— Ни хрена не понимаю, это точно.
— Я объясню. Вы не задумывались, почему все строят свои корабли самостоятельно? Почему все ядерные державы строят корабли максимум с участием своих сателлитов, но отдельно друг от друга, а не вместе, как это было с беспилотником, который открыл Аврору?
— М-м-м… Да потому, что ядерные державы — геополитические противники.
— Ага, верно. Что до этого момента останавливало ядерную войну? Понимание того, что победителей не будет. А теперь, как говорят фокусники, следите за руками: чтобы выиграть ядерную войну, нужно иметь много ядерного оружия и колонию у другой звезды, по которой противник не сможет нанести ответный удар.
— Бред. Колония на Авроре никак не поможет китайцам или америкосам тут, когда на них посыплются боеголовки.
— Китайцам и америкосам как отдельным людям — не поможет. Но Китаю и Америке как носителям идеологии — вполне. Это ведь будет война идей, а не война государств. Если ты, допустим, секретарь компартии Китая и у тебя на Авроре есть доминирующая колония — ты можешь спокойно начинать ядерную войну. Доживешь свои дни в бункере с четким осознанием того, что Китай победил раз и навсегда. Потому что когда на Землю вернутся китайцы с Авроры — планета Земля станет коммунистическим Китаем полностью.
 
— Все равно бред.
— Да, есть немного. Я немного перегнул, для красного словца, но ситуация простая: первая страна, которая построит доминирующую колонию на Авроре, станет также доминировать и на Земле. Эта страна сможет открыто угрожать или даже тактически применять ядерное оружие против неядерных стран, и все остальные ядерные страны молча утрутся. Ты знаешь, что было причиной «шанхайского инцидента»?
— Нет.
— Диверсия против китайской космической программы. Когда это случилось, Китай на полном серьезе собирался начать ядерную войну, потому что страна, которая проигрывает «гонку к Авроре», автоматически проигрывает ядерную войну впоследствии, и если твою колонизационную программу саботировали — твой единственный выход начать ядерную войну до того, как другие страны отправят свои корабли. Тогда будет ничья без победителей. Чтоб ты знал, до ядерной войны оставалось буквально пять минут. У китайцев в контрольно-пусковых пунктах шел финальный отсчет в две минуты. Через пять минут уже были бы пуски в ответку.
— Тогда почему ядерная война не случилась?
— Остальные страны согласились остановить свои работы до тех пор, пока Китай не устранит последствиядиверсии. Это было реально спасение в последний момент. После этого был организован так называемый «Комитет по совместной колонизации космоса», и он выработал определенные соглашения и регламенты. В частности, то, что все корабли стартуют одновременно. И как раз поэтому мы не успеваем. Когда корабли долетят до точки прыжка около Солнца и прыгнут — по нас и нашей космической программе нанесут удар. Просто для того, чтобы в войне на Авроре было меньше колоний-участников. При этом свои корабли уже прыгнули в далекую даль, все, у звезды Росса они вне досягаемости. Потому либо мы отправляем корабль вместе со всеми, либо никуда никогда не полетим. Беда в том, что мы не успеваем. То есть, мы еще десять лет назад знали, что не успеем. Корабль, везущий двести колонистов, прыжковый привод, а также все необходимое для колонии вначале к Солнцу, а затем от звезды Росса к Авроре, она же Бета Росса-128 — слишком сложен и дорог.
Я устало вздохнул.
— Ладно, я понял. Только зачем вы все это мне рассказываете?
— Потому что ты — наша единственная надежда. И заодно — надежда всех двенадцати миллиардов.
— М-м-м… Я не понимаю.
— Есть два способа не допустить ядерную войну. Первый — если у тебя на Авроре будет колония, не слабее чем другие колонии. Это лишает войну на Земле смысла, паритет сохраняется. И есть второй вариант… Если ни у кого не будет колонии на Авроре. Тогда все останется, как сейчас, и даже лучше, понимание того, что никакого «запасного варианта» нет, заставит всех спустить пар и сбавить обороты.
— Ну так надо просто грохнуть все остальные космические корабли. А заодно и свой, все равно с него толку нет при таком раскладе.
— Во-первых, нереально такое провернуть. Во-вторых, в этом случае всеобщая ядерная война всех против всех гарантирована. Но если корабли улетят к Авроре, а через одиннадцать лет с хвостиком, или даже через все двадцать либо вообще не придет ответа, либо придет сообщение о том, что колонизация Авроры провалилась и колонии погибли — тогда, как я говорил, придется дальше думать, как жить тут, на матушке-Земле.
— И… как это сделать?
— Уничтожить колонии.
— Но как?
— Послать корабль не с целью основать колонию, а с целью уничтожить все остальные колонии. Мы не можем послать двести человек, снабдив их всем необходимым, но можем послать одного, снабдив его средствами для ведения войны. Вот потому-то я к тебе и пришел. Ты наша единственная надежда.