"Фантастика 2024-121". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
— А я что? Я просто удивляюсь вслух! Ты же вдумайся, какой парадокс — балларанцам, оказывается, для чего-то нужна помощь землян! Ведь они же не по доброте душевной иммигрантов этих к себе возят!
— Не стоит распространять менталитет сссла на нас, — сказала балларанка синему. — Мы не вы, и спасибо Великим Инженерам за это.
Амбал хмыкнул.
— Ну ладно, Кирсан… Я Леонид, а это Синкай. Лаш — моя жена, а это синее яйцо с глазами и ртом — Касс, наш деловой партнер, так сказать. Присаживайся, что ли…
— Спасибо, и рад познакомиться, — сказал Кирсан, садясь в свободное кресло.
Синий ему сразу немного не понравился — не столько обликом и голосом, сколько своей нелицеприятной иронией. С другой стороны, если вдуматься — ирония направлена именно на балларан, а не на землян, так что не в сторону самого Кирсана. А раз так — то и проблемы нет.
— Выпьешь чего-нибудь? — предложил Леонид. — Верней, имеется только балларанская шипучка, вот и весь ассортимент.
— Ну-у-у, я еще могу спирта предложить… древесного[1], — вставил Касс, — но вы такого не пьете… обычно.
— Спасибо, метанол хлебай сам, — фыркнул Леонид.
— Ну можно и шипучки, — согласился Кирсан. — Я это, спросить хотел… Это такое невероятное совпадение, что на страже стоит тип, жутко похожий на Николаса Кейджа в молодости, а еще один напоминает Аффлека?
Ему показалось, что от этого вопроса синелицый Касс как-то цвет поменял. Не то посерел, не то позеленел.
— Ага, — широко ухмыльнулся Леонид, — сам удивляюсь. А ты сам кто такой будешь? В смысле, кем на Земле был?
— Да так, особо никем.
— Будь это так — тебя бы тут не было, — спокойно возразила балларанка.
— Да я в смысле — что никем особенным. Ни военный, ни ученый, ни художник. Так, киберспрортсмен.
— Какой-какой спортсмен⁈ — удивился Леонид
— Играл в компьютерные игры, проще говоря. Теперь это тоже имеет статус спорта.
— Серьезно⁈
Тут вставил реплику японец:
— Да, вполне. Ты не поверишь, но, например, в Южной Корее, если ты зайдешь в бар, где выпивают работяги после смены, то можешь увидеть, что по телевизору крутят не футбольный матч, а киберспортивный. Точно так же, как у вас в России куча людей смотрит футбол, хотя сами они не играют в него. Турниры, чемпионаты, все такое. Ну и призы соответствующие. Киберспортсмены, выигравшие за карьеру в несколько лет более миллиона долларов — не фантастика.
— Надо же… — протянул Леонид. — То есть, теперь не надо долго и упорно качаться и тренироваться, чтобы выиграть кубок и приз, а можно просто понажимать кнопки на клавиатуре, да? Компьютеры нам жить помогают, теперь еще и это…
— Да вот как раз таки и нет, — улыбнулся Кирсан, отхлебнув из колбы странную на вкус, но довольно приятную шипучку. — Тренироваться приходится намного больше. Обычный спортсмен интенсивно тренируется в день в среднем четыре часа, потому что таковы пределы человеческого организма. Но поскольку жать кнопки и возить мышкой по столу нетрудно — киберспортсмены тренируются по двенадцать часов в день. Кто тренируется меньше — шансов не имеет…
— Да уж… Ты какую медаль завоевал?
— Никакую. Просто выиграл турнир, не очень престижный, но все же.
— Все сходится, — заметила балларанка. — Талантливый киберспортсмен в роли легата. Их рабочий процесс отличается очень мало, как и подготовка.
Леонид почесал затылок и взглянул на нее:
— Типа, воровство специалистов? Притащить с Земли киберспортсмена и переподготовить на легата проще, чем готовить своего?
Лаш покачала головой:
— Не проще. Просто у нас никто не хочет быть легатом. Очень затратная по времени профессия, но совершенно неуважаемая. Если узкоспециализированных солдат считают «ограниченными», но уважают, то легаты находятся в гораздо худшем положении. По крайней мере, большинство их не считается военными.
— Понятно, — вздохнул Леонид. — И что, Кирсан, много денег выиграл?
— Пятьдесят тысяч долларов. Говорю же, турнир был не очень престижный.
— Ну неплохо в любом случае. Как потратил, если не секрет?
— Отдал на благотворительность, так как самому мне они были уже не нужны. В тот момент я доживал последние часы, скорее всего, и если б за мной не пришел мой будущий куратор — следующий день начался бы уже без меня.
— Вот это дух, — одобрил японец. — Состязаться в турнире, зная, что осталось жить всего ничего, и выиграть финал в свой последний день — это достойно уважения.
Кирсан пожал плечами:
— А у меня были другие варианты? Я столько времени упорно готовился, что мне только и осталось довести дело до конца. Хоть бы вошел в историю как единственный в мире киберспортсмен, выигравший турнир в свои последние часы.
В целом, встреча с земляками прошла хорошо. «Лютый Пёс» на деле оказался куда добродушнее и дружелюбнее, чем намекало прозвище.
На вопрос о происхождении оного Леонид негромко засмеялся:
— Враги так прозвали. Псом — потому что ненавидели. Лютым — потому что я заставил себя уважать.
К тому же Касс вскоре ушел по делам и они остались вчетвером: три землянина и балларанка Лаш. Причем Кирсан верно угадал, что она родом с Вардорана: ну еще бы, собственно балларанцы землян ни в грош не ставят, а Лаш к тому же жена Леонида. Так что в целом компания подобралась неплохая.
Леонид о себе рассказывал очень скупо, но Кирсану хватило, чтобы впечатлиться: тридцать пять лет войны почти во всех горячих точках на Земле. Японец Синкай оказался чутка попроще — пятнадцать лет стажа с небольшим. В общем, впечатляющие «кадры». Если у рядовых бойцов боевой опыт десять лет или всего пять — ну, это действительно сильно. И даже если Леонид и Синкай прониклись уважением к Кирсану за его волю к борьбе — ему, конечно же, банально не хватает военной подготовки, ее у него просто нет. Так что вступить в ряды «Псов войны» он не сможет просто в силу некомпетентности. Да и не про него жизнь наемника, это факт.
Эта встреча оказала на Кирсана воодушевляющее воздействие: пообщаться со «своими» всегда приятно. Кроме того, он получил наглядное подтверждение того факта, что при определенных условиях сможет занять достойное место в балларанском социуме: шутка ли, землянин женат на балларанке. Контраста добавляет тот факт, что землянин, так сказать, «оригинальный», не изящный, как все балларанцы, а просто амбал. Рост два метра с гаком и ширина плеч сопоставимая. Рожа разукрашена шрамами, челюсть квадратная и все такое. Матерый такой «пес войны», и к тому же за пятьдесят, хотя выглядит очень хорошо. В противовес ему жена — эталонная балларанка.
Кирсан как-то спросил Эваду, в чем причина того, что балларанки все сплошь красивые или как минимум привлекательные. Селекция или пластическая хирургия?
— Ну это смотря с чьей точки зрения смотреть, — усмехнулся Эвада. — Как по мне, то среди наших женщин полно обычных. Ну ты понимаешь, стандарты красоты у нас разные. А если ты хотел узнать, почему у нас разброс между красотой и посредственностью намного меньше, чем у землян — то да, направленная селекция, как же иначе? Физически ущербных у нас почти нет, потому что такие не размножаются.
— В смысле⁈ — опешил Кирсан.
— Ты о чем? А, понял… Нет, их не стерилизуют. Напоминаю, у нас многоженство в порядке вещей. Размножаются только достойные мужчины. Любая балларанка предпочтет зачать ребенка от выдающегося партнера и воспитывать его самостоятельно, чем выйти замуж за ущербного мужчину. У неполноценных шанса продолжить род нет в принципе. И даже если некий физически неполноценный, но гениальный, предположим, композитор, ученый, художник и философ сумеет покорить своей гениальностью женское сердце — ну, у детей их будут не радужные шансы. Если на их генный код наложит отпечаток физическая ущербность отца, а его гениальность они не унаследуют — ну что ж, тогда род закончится на них. То есть, один фиг.
Однако за месяцы жизни среди балларан Кирсан вполне четко уяснил, какие именно женщины с точки зрения балларанских мужчин просто красивые, а какие — эталонно красивые. И вот эта Лаш явно из второй категории.