"Фантастика 2025-56". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Просто ждали и наблюдали.
Интересно, сколько еще таких героев им известны?
— Просто навещала старого знакомого, — сказала я. Наверняка они знают и то, при каких обстоятельствах мы познакомились.
— Он ушел? Это был портал? Какого он был цвета?
— Да, да, радужный, — сказала я, решив отвечать на его вопросы, используя минимум слов.
— Это вы заставили его уйти?
— Нет, — сказала я. — Просто так совпало.
  
— Удивительное совпадение, Боб. Он жил под этим мостом больше десятка лет и в одночасье пропал сразу же после беседы с вами. О чем вы говорили?
— О том, что от судьбы не уйдешь, — сказала я.
— Мне нужно знать, что он сказал, — заявил Эллиот. — Дословно.
— Перетопчетесь, — сказала я. — Это не имеет никакого отношения к текущему делу, и я уже довела до вас информацию в части, вас касающейся.
— Мне нужен полный отчет.
— Ленни напишет, — сказала я.
— Вы не облегчаете мне жизнь, Боб.
— Хорошо, что хотя бы в этих отношениях существует какая-то взаимность, — сказала я и положила трубку.
Он не перезвонил.
* * *
Мы с Ленни перекусили в китайской забегаловке (от печенья с предсказанием я отказалась), а потом поехали опрашивать свидетелей по какому-то рутинному делу о бытовухе, которыми отдел завален на девяносто процентов. Всю дорогу я смотрела на Ленни и убеждалась, что, даже если Мигеля обмануть и получится, себя обмануть я точно не смогу.
Он был хорошим парнем, наверное, но именно парнем, а не мужчиной, а я уже была не в том возрасте, чтобы западать на парней.
Единственные отношения, которые я могла представить для себя с агентом Джонсоном, это отвезти его в зоопарк, накормить мороженым и поцеловать в щеку на прощание, но и неприязни он тоже не вызывал, так что ближе к вечеру, чтобы не слишком торопить события, я уже брала его за руку, позволяла ему открывать мне дверь в машину, и мило улыбалась, когда он пытался шутить.
Заметно было, что ему эта идея тоже не по душе, и он предпочел бы проводить свое рабочее время каким-то другим образом, а не делая вид, что ухлестывает за странной теткой со сломанными ребрами и шрамом на подбородке.
А я все никак не могла выкинуть из головы слова Безумного Императора о том, что я — такая же, как он.
С чего он так решил? У меня совершенно определенно не было сюжетной брони — и в этом можно было убедиться, просто заглянув в мою медицинскую карту. У меня не было великой миссии, по крайней мере, мне не было о ней известно, я не могла доставать оружие из ниоткуда, меня не преследовали демоны (вот это, конечно, большой плюс), я не умела открывать порталы между мирами, и если мироздание куда-то и хотело меня призвать, напрямую оно мне ничего не сообщало.
И я не хотела быть таким, как он. Жить под мостом в домике, сколоченном из упаковочного материала, одной, без друзей и семьи, сторонясь заводить новых знакомых, в ожидании очередной порции демонов, которые попытаются меня убить. И, наверное, такое одиночество пугало меня больше, чем демоны.
Я не особо верила в «долго и счастливо», но все же, чем черт не шутит, мне хотелось бы его встретить. Я совершенно не представляла себя в роли матери, но когда пыталась нарисовать свою воображаемую старость, то видела себя прикольной бабушкой, окруженной безобразно ведущими себя внуками. Я сидела бы в кресле-качалке, завернувшись в вязаную шаль, пила бы крепкий кофе, противопоказанный мне всеми врачами, и под осуждающими взглядами соседей рассказывала бы внукам страшные и недетские сказки из своей полицейской молодости. И давала бы им посмотреть на коллекцию своих пистолетов.
Может быть, с грустью вздыхала бы о дедушке, который оставил меня слишком рано. При этом, конкретного образа дедушки мне воображение, конечно же, не подсказывало.
Но это никогда не был Дерек.
Никогда.
После работы в рамках оперативно-следственных мероприятий по поимке Мигеля мы с Ленни сняли комнату в средней руки мотеле и заказали шампанское в номер. Ленни откупорил бутылку, для достоверности смочил внутренние поверхности обоих бокалов, а потом вылил спиртное в раковину в ванной комнате.
Я не возражала. Настоящего повода пить шампанское у нас еще не было, да и, честно говоря, я его не очень люблю.
Ленни уселся в кресло под торшером и включил телевизор.
— Ну да, — сказала я. — Влюбленные проводят вечера в мотеле именно так.
Ленни выключил телевизор.
— А что они делают?
Я вздохнула.
— Задерни все шторы и выключи свет.
Он послушался.
Сначала погасил свет, потом подошел к окну и плотно задернул занавески. Повторил операцию со вторым окном, остановился. Мои глаза еще не привыкли к темноте, но я знала, что он сейчас делает.
Стоит, пялится в мою сторону и ждет дальнейших инструкций.
Кровать в номере, разумеется, была одна. Двуспальная. Я прыгнула на матрас, и пружины жалобно заскрипели.
— Теперь можешь сесть в кресло и помолчать, — сказала я. — Или поговорим, но не слишком громко. Со стороны всем должно казаться, что мы сейчас на стадии предварительных ласк.
В этот момент я пожалела, что в комнате темно. Мне хотелось посмотреть на него и убедиться, покраснел он или нет. Готова была поставить сто долларов против дырявого носка Кларка, что покраснел.
Тут я хотела бы заметить, что не собиралась обижать Джона намеками о том, что он не следит за собой и ходит в дырявых носках.
— Прикрытие на месте, — зачем-то сказал Ленни. — Они сняли номер по соседству, кроме того, фургон со спецгруппой припаркован меньше, чем в пятидесяти метрах.
— Ты меня успокаиваешь или себя? — поинтересовалась я.
— Себя, наверное, — вздохнул он. — Убийца же придет за моей головой.
— Меня заверили, что прикрытие надежное, как никогда, — сказала я, пытаясь его успокоить.
— Меня тоже, — сказал он. — Но ты же знаешь, как это бывает.
Разумеется, я знала, как это бывает. Операции, гладкие в стадии разработки, в реальности очень часто идут не по плану. Стоит только вмешаться какому-то случайному фактору, который невозможно было заранее предусмотреть. Да и мой предыдущий опыт сотрудничества с группой прикрытия ТАКС оказался, мягко говоря, не слишком позитивным.
Но Ленни я этого говорить не стала, парнишка и так переживал.
К тому же, я почему-то была уверена, что Мигель не придет. И дело даже не в том, что мы с Ленни изображали влюбленную парочку недостаточно убедительно.
Но это было бы слишком просто. Ты расставляешь ловушку, он в эту ловушку попадается. Такое могло сработать только в идеальном мире, а в нашем что-то обязательно пойдет не так.
У меня в жизни было много проблем, и, наверное, ни для одной из них так и не нашлось простого решения.
— Роберта, — неуверенно позвал он.
— Все еще здесь.
— А если бы все это было… ну… по-настоящему? У меня бы был шанс?
Удивительно, что он решился об этом заговорить. Наверное, темнота помогла ему принять решение. Когда не видишь лица собеседника, задавать подобные вопросы не так страшно.
— Все возможно, — ответила я стандартной формулировкой. — Но моего жениха недавно убили, и я еще не готова к новым отношениям.
Добро пожаловать во френдзону, иными словами. Проходи, присаживайся, ты тут надолго.
— Угу, — сказал он.
Наверное, даже он понял, что я ему соврала.
С Дереком мы расстались до того, как ему пустили пулю в голову, и несмотря на то, что мы вроде бы решили дать нам обоим второй шанс, перспектив у этих отношений все равно не было.
Зато был Реджи и та ночь, после которой Мигель отправил его в кому, и она, наверное, показала, что я таки открыта для новых отношений, если и он не против.
Наверное, он тоже был не против, но сейчас об этом уже не узнать. И агент Джонсон наверняка в курсе о том, что было, потому что ТАКС наверняка должно было донести до него информацию о деле в части, его касающейся.
Завибрировал переведенный в беззвучный режим телефон. Я взглянула на экран, оказалась, что звонит Джанет, и я к стыду своему сообразила, что за весь день даже не попыталась узнать, нет ли в состоянии Реджи каких-либо изменений.