Великие и ценные вещи (ЛП)

Сердце заколотилось, язык отяжелел и не желал произносить слова, которые я никогда не могла сказать раньше.
«Просто…», - наконец сказала я, и это слово унесло с собой шесть долгих лет вины, покинув мои губы.
«Я поняла, от чего я отказалась в пользу легких отношений. И это было легко - с Салливаном, то есть. Я не хочу, чтобы ты думал, что это было не так. Или что он не был добр ко мне.»
«Я так не думаю.»
«Хорошо. Хорошо.»
Слабо дрожащими пальцами я заправила волосы за уши.
«Потому что мы были счастливы, и я думаю, что могла бы быть счастлива, следуя нашему плану. Поступить в Боулдер. Потом, возможно, в юридическую школу. Потом вернуться сюда. Я могла бы быть счастлива...», - неубедительно прошептала я.
«Ты просто не был бы собой.»
То, как он наблюдал за мной, стирало слои моего тщательно отполированного облика.
«А может, это действительно была я, а это альтернативная реальность, где все перепуталось.»
Он встал, заполнив комнату не только своей массивной фигурой. От Кэма исходило присутствие, которое не могли сдержать стены. Я не была уверена, что вообще что-то может.
«Девушка, которая нарисовала фрески на руинах горячих источников, не была бы счастлива. Может быть, довольна, но не счастлива. Есть разница, Уиллоу. И мне хотелось бы думать, что Салливан в конце концов увидел бы это, и ты все равно пошла бы в художественную школу.»
Я покачала головой.
«Салли никогда не хотел никого расстраивать. Если Александр был хорошим ребенком, а ты - бунтарем, то он был тем, кто хотел просто жить без конфликтов. Поэтому он бы пошел на поводу у папиного плана. Он был простым, и любить его было так легко.»
Просто в последние годы я поняла, что это была не та любовь - всепоглощающая, страстная, которую я любила в книгах и песнях. Но эта истина никогда не слетела бы с моих губ. Я бы позволила этому гнить и разлагаться внутри меня, прежде чем признаться в чем-то подобном.
«Его было легко любить по всем этим причинам и даже больше», - согласился Кэм.
«Но это не объясняет, почему тебе пришлось использовать свое наследство, чтобы поступить в колледж.»
«Мой отец считал, что я все еще в шоке от смерти Салли. Он считал, что я поступаю неразумно и не соглашаюсь с логичным и приемлемым, по его мнению, планом. На самом деле я пыталась исполнить свою первую мечту, поскольку потеряла свою последнюю. Я пыталась понять, кем я была без Салливана.»
И без тебя.
Не то чтобы я не потеряла Кэма много лет назад, когда он отправился на срочную службу.
«Отец отказался платить за учебу, и это было нормально. В конце концов, это его деньги. Но как только я поняла, что его решение это его потребность контролировать меня, потому что он потерял контроль над Чарити, я заплатила сама.»
«Ты проложила свой собственный путь.»
Он придвинулся ближе, но не толкнул меня.
«В течение четырех лет я так и делала. Я училась, жила и даже встречалась, но никто в Альбе мне не поверил.»
Я глубоко вдохнула, набираясь смелости.
«Ты из-за этого меня ненавидишь?»
«Что?»
«За то, что я живу дальше.»
Его брови нахмурились.
«Нет. Конечно, нет. Какого черта ты вообще об этом думаешь?»
Он прислонился к столу рядом со мной, разрывая зрительный контакт.
«Ксандер был разочарован, когда я сказала ему об этом на Рождество. Его взгляд... Как будто я изменила Салли. И честно говоря, то первое свидание было очень похоже на то, что я это сделала.»
«Уиллоу, ты не можешь изменять тому, кто мертв.»
Его взгляд упал на пол.
«Теперь я это знаю. Мне потребовалось несколько лет, чтобы понять это, но в конце концов я поняла. Но каждый раз, когда я возвращалась домой на каникулы, мне казалось, что я живу дальше, а город - нет. И я это понимаю. Понимаю. Перемены - буквально злейший враг Альбы. Люди в этом городе, будь их воля, до сих пор носили бы на мне черную одежду вдовы и рыдали бы у святилища Салливана.»
«И все же ты вернулась.»
«Это мой дом.»
Я повернулась, чтобы посмотреть на него. «И ты, надо сказать, тоже.»
Почему?
 
Его глаза поднялись и встретились с моими, и он переместил пакет со льдом на свою щеку.
«Я вернулся домой, потому что папа оставил мне голосовое сообщение, что Ксандер не дал ему разрешение на отказ от реанимации, и ему нужна моя помощь. Потом он выстрелил в меня, выгнал из дома и забыл, кто я такой - и все это в течение сорока восьми часов, так что я не уверен, в каком из этих случаев он был в здравом уме.»
«Кэм», - прошептала я.
Тяжесть того, с чем он столкнулся, впилась мне в живот, как якорь. Одна только мысль о том, что я могу потерять отца и поссориться из-за этого с Чарити, вызывала тошноту.
«Но ты решила вернуться... Почему? Чтобы остепениться и что дальше делать? Выйдешь замуж за человека, который в глазах Альбы никогда не сравнится со святым Салли? Чтобы подвергнуться насмешкам, когда ты не будешь скорбеть по нему и не будешь делать то, что они ожидают? Следовать их сценарию?»
«Я вернулась домой по той же причине, что и ты. Семья. А люди меняются. Городу просто придется приспособиться.»
«Не обманывай себя, Уиллоу. Этот город существует для мертвых, а не для живых. Когда молодые поколения уезжают, они возвращаются только на похороны - своей семьи или, в конце концов, свои собственные. Альба это огромный мавзолей, буквально финансируемый туристами, которые приезжают сюда, чтобы увидеть мертвые вещи, которые мы не хотим отпускать. Мы все - лишь часть экспоната. Если ты ждешь перемен или одобрения, не жди. Выживание здесь зависит от нашей способности не меняться, сохраняя прошлое. Перемены и прогресс - вот две вещи, которые убьют этот город.»
Его слова пронзили что-то глубокое - правду, от которой я не была готова отказаться.
«Это очень узкий взгляд на наш город. Но он наш, как ты и сказал. Если ты способен измениться, то и они тоже.»
«В этом-то и дело.»
Он оттолкнулся от стойки и сделал несколько шагов в сторону, прежде чем повернуться.
«Неважно, кто я сейчас. Они не позволят мне быть кем-то другим, кроме парня, который нанес слишком много ударов, нарушил слишком много правил и убил Салливана. Они не могут позволить мне измениться, так же как и тебе. Это вопрос самосохранения. И ты это знаешь, иначе не жила бы так далеко в горах, где все вы спрятаны и защищены от посторонних глаз и осуждающих взглядов.»
«То есть ты хочешь сказать, что я обречена на жизнь в одиночестве? На то, чтобы стать эксцентричной старухой-отшельницей? Потому что я собираюсь снова полюбить, Кэм. Я буду любить, выйду замуж и заведу детей. Все это.»
Мои глаза сузились, а по щекам разлился жар.
«Нет, я говорю, что ты была бы счастливее в другом месте, по крайней мере до тех пор, пока не убедилась бы, что твой мужчина достаточно силен, чтобы выдержать вес тени Салливана.»
Я насмешливо хмыкнула, спрыгнула со стола и повернулась к двери, пока не сказала то, о чем мы оба пожалели бы.
Его рука сомкнулась на моей руке, удивительно мягко, но достаточно сильно, чтобы я остановилась на месте. Я могла бы стряхнуть ее, настолько легким было прикосновение, но вместо этого я наслаждалась контактом.
«Я знаю, что ты достаточно сильная, Пика. Но этот город не будет нежен к тому, кого ты сочтешь достойным отдать свое сердце, если только он не примет решение за тебя. И я не вижу, чтобы ты пошла на это. Однажды ты позволила городу диктовать тебе условия, и я знаю, что ты любила его, а он любил тебя, но можешь ли ты честно сказать, что снова позволишь Альбе решать за тебя? Неужели ты так сильно любишь свои удобные границы?»
Моя поза смягчилась, и он отпустил мою руку. Он был прав, и это только еще больше разозлило меня. Любить Салли было легко, потому что мы подходили друг другу. Все вокруг нас поддерживали и поощряли нас.
Он положил единорога на кухонную стойку.
«Спасибо, что заботишься обо мне. Давненько никто не делал этого. Я собираюсь спуститься вниз, надеюсь, оплатить счет и отправиться домой.»