Комендантская дочка. Книга 2 (СИ)
- Здравствуйте, лер комендант, - почтительно сказал мальчик.
- Доброго дня, Жиан, - отозвался Ирхан, крепко удерживая на руках карапуза, потянувшегося, чтобы схватить чужую яркую кепку.
- До вечера, - Майра подбежала к отцу. - Папа, а можно твою боевую пару взять на рыбалку?
- Нет, - отказал Ирхан.
- А когда-нибудь можно будет?
Нет.
- Ясно, - вздохнула девочка. - А зачем мама меня искала? - и, боясь поверить своему предположению, выпалила, - тётя Варьяна написала, да? Меня берут на факультет естественных наук, да? Да? Папа, скажи!
- Не знаю, Майра, не знаю, - протянул Ирхан, - беги-ка скорее к матери, всё сама и услышишь.
798 год. Осень Варьяна
Дети, наконец, угомонились, совершенно утомив гостью. Этой осенью старшую дочку Элии и Ирхана приняли на младшее отделение Бартонской академию наук. Друзья приезжали и останавливались у нас на неделю. После их отъезда стало как-то пусто, и мы очень скучали.
Майра поселилась в общежитии при академии, к нам приходила только на выходных. Девчата радовались и устраивали бедлам вместе с ульсами. Хель водил их в Бартонский зверопарк или музейный комплекс. Завершались такие походы всегда в какой-нибудь новой кофейне, и мне притаскивали оттуда всякие вкусности, одобренные девочками. Муж отлично знал город и постоянно радовал детей новыми маршрутами и открытиями.
Раз в месяц все собирались и ехали в деревню в сорока километрах от Бартона. Там жила мама Хельрига с новой семьёй. Первым делом, вернувшись в столицу, Хель обратился к директору своего училища. Оказалось, что всё очень просто - его мама на самом деле всё это время поддерживала переписку с директором, узнавая новости о сыне. Только сама не хотела появляться, боясь, что он так и не простит её бегства. Она вышла замуж за фермера, очень поздно родила двойню, так что братишки Хеля были ненамного старше наших дочерей.
К бабушке Ваюте и дедушке Кайдену с Юстросом девочки забегали сами так часто, что их проще было встретить там, чем дома. Мы спокойно отпускали их одних, ведь в присутствии ульсов дочкам было вполне безопасно гулять по городу.
Вечерами Майра рассказывала о жизни в академии. Наши завидовали и тоже планировали поступление. А Элия регулярно присылала дочери гостинчики с южной границы и письма. Но сегодня вместе с обычной почтой пришло послание и на моё имя.
Сейчас три девчонки сладко сопели, развалившись вокруг Ресса с Мелкой на мягком ковре. Ульсы не спали, им тоже хотелось разлечься повольготней, но они терпели, поджав лапы, чтобы ненароком не потревожить покой своих подопечных.
Я улыбнулась и шепнула мужу:
- Очень удачно, я сейчас их сонных и разведу по кроватям, а ты пока письмо от Элии прочти. Завтра отнесу его д’Илмасу, и, подозреваю, больше мы его и не увидим.
- У меня встречное предложение, - возразил Хель, - я пролевитирую девочек, а ты бежишь встречать меня в тайном месте. И готовься. Будет пересказ содержания своими словами!
Я хихикнула и уткнулась лбом в плечо мужа, бодая его.
- Беги, Варя, - строго предупредил Хель, - иначе девчонок оставим так до утра! Им, кстати, и полезнее бы, с точки зрения дисциплины. Да?
Утром, передавая командору письмо, я вдруг вспомнила вчерашнюю ночь и успела перехватить нечаянную улыбку, спрятав от внимательного взгляда д’Илмаса. Начальство изволило хмыкнуть, давая понять, что мои усилия были напрасны, а я закусила своевольную губу.
- И что тут у нас?
- Я обвела красным карандашом...
- Вижу, - взгляд командора бегал по строчкам, а брови поднялись, как и у меня вчера при таких новостях.
Он дочитал и в своей излюбленной манере побарабанил пальцами по столу, спросил:
- Каков ваш прогноз? Сколько из действующих наркоманов переживёт ломку?
- За эти годы мы накопили хороший запас лекарств, в том числе и в филиалах. К сожалению, пока невозможно предсказать, сколько человек буду нуждаться в лечении, - осторожно сказала я, выложив перед командором папку с подсчётами. - Это результаты исследований и итоги последних пятилетней работы Центра анонимной помощи наркозависимым.
Давным-давно моя первая начальница отучила меня оперировать непроверенными данными и отвечать на вопросы в стиле «не знаю», так что первым делом сегодня спозаранку я побежала на работу, чтобы собрать приблизительную статистику по лекарствам и исцелённым.
Восемь лет назад, когда всё начиналось, казалось, что Центр - это временная мера. Я успела закончить факультет целительства в академии и родить двойняшек. Командор, как водится, успел придумать целый список вакансий, где бы ему хотелось меня видеть. Например, на должности дворцового лекаря. Сложный был разговор, однако мне удалось убедить д’Илмаса, что именно вопрос наркомании сейчас отчаянно нуждается в системном решении. До сих пор считаю ту беседу одним из важнейших моих достижений в жизни!
Сначала Центр имени Сальяры Ирден был создан на базе Императорского госпиталя и под руководством моей наставницы - магини жизни. В числе прочего мы усовершенствовали антидот, созданный лери Сальярой, и разработали ряд эффективных препаратов с успокаивающим и расслабляющим действием. Безопасники планомерно раскрывали пути распространения лярчи. Наркоманы лишались поступлений и приходили к нам.
Тогда я была уверена, что вот-вот мы вылечим всех! Когда мой выздоровевший пациент вдруг через полгода вернулся ко мне с подкреплённой зависимостью, зашедшей куда дальше и серьёзнее, - я испугалась. Кто же мог предполагать, что само возникновение и доступность такого Центра станут для обывателей доводом в пользу употребления наркотика?
Люди рассуждали так: что такого, я же помаленьку, не как эти наркоманы. А если вдруг сильно втянулся - так пойди и полечись, потом снова на чистенькое тело первая затяжка так хорошо ложится! И по кругу. За первым таким пробователем появился второй. Всем стало ясно, что «временность» Центра откладывается.
Как раз в этот период нас отделили от госпиталя, переселив в большое комфортное здание в северном районе Бартона, недалеко от нашего с Хельригом дома. Довольно обширная территория была огорожена высоким забором. Здесь был даже парк с озером и дубами-великанами. Впоследствии я убедилась, что спокойствие и величие старых деревьев играют очень большую роль в исцелении. Ведь как-то незаметно выяснилось, что после наркотика лечить надо не только тело.
В обновлённом Центре сформировали штат целителей, в том числе и магов. Долго не думая, начальство собрало урожай двух последних выпусков академии - молоденьких девчонок и парней, горящих энтузиазмом. К счастью, назначили солидного пожилого главного администратора, именно он отвечал за состояние здания, уборку и ремонт, закупку и распределение ресурсов, зарплату и юридические тонкости.
А меня просто утвердили главным целителем. Подозреваю, что без командора не обошлось. И вся масса молодых лекарей, каждый из которых мнил себя спасителем человечества, вдруг оказалась под моим руководством!
Вот это было веселье! Я почти два года таскала своих девчонок-двойняшек с собой на работу. Как-то умудрялась и их кормить и переодевать, и заниматься пациентами, и решать вопросы с подчинёнными. Центр успешно действовал. Нам даже писали благодарности на имя императора.
Ещё одной моей идеей, воплощённой с помощью нашего главного администратора, стало приглашение на встречи «интересных людей», как их называли мои целители. Курс выхода из зависимого состояния длился три недели, за это время пациента не отпускали домой. И каждые выходные к нам приходил какой-нибудь лектор.
На эту мысль меня натолкнула мама Хельрига в один из наших приездов. Мы как-то сидели, вспоминали о том времени, когда Ри уже поступил в училище, а она белкой крутилась в трактире у жадного хозяина.
- Почему же не ушли? - наивно спросила я.
- Куда идти, доченька? - развела руками женщина, - выхода не видела и даже не задумывалась. Утром вскочила, чуть умылась и надо уже бежать к котлам, ставить ранний завтрак. Вечером упала на кровать и уснула. Не всегда успевала даже одеялом укрыться, куда уж тут задумываться!