Если бы не ты (СИ)

Что ж, это было логично. Но очень внезапно. Вопрошающе взглянув на Влада, я кивнула, спрашивая его мнение.
— Что? — переспросил он. — Думаешь, я буду против? Нет уж, это была вообще моя идея, — Влад притянул меня к себе, приобняв.
Долго думать мне не пришлось. В этой ситуации самым мудрым решением было действовать сообща, и делать всё так, как скажут парни, на неопределённое время полностью нейтрализовав желание спорить.
В гости к Марку и Тине мы всё-таки поехали. Было решено, что немного отвлечься от неприятных новостей нам всем не помешает. По дороге заказали пиццу и напитки, и на пару часов засели всей компанией за просмотром какого-то боевика с элементами чёрного юмора, после чего отправились домой к Владу, решив, что за моими вещами лучше всего будет заехать завтра.
  
Глава 31
 
Добравшись до квартиры Владьки, мы ещё долго не могли уснуть. Обосновались в гостиной на диване. Я, одетая в его огромную футболку, прижатая к нему боком увесистой рукой, грела руки об чашку с чаем, заваренным Владом, а себе он плеснул на дно стакана коньяка. Его волнение пробивалось сквозь напускную пелену уверенности, которую он выставлял на показ, но я молчала… Понимала, как важно ему было сейчас казаться сильным и непоколебимым. Поначалу никто из нас и слова не говорил. Каждый в себе перемалывал информацию, принимая для себя лично какие-то решения, а потом мы стали их обсуждать. Спорили до глубокой ночи, вплоть до того, что Влад настаивал на том, чтобы я даже на работу пока не ходила. Но так я уж точно поступить не могла. Мало того, что переехала к нему на неопределённый срок, так он ещё и содержанкой мне предлагал стать. Этот термин он оспаривал, как мог, да только я тоже задних не пасла. В итоге сошлись на том, что работу я не брошу, так как всё равно приезжать и уезжать мы будем вместе. Сон нас сморил ближе к трём часам ночи, когда мы уже переместились в постель. Вёл себя Влад, стоит отметить, весьма целомудренно, даже не пытаясь перейти ту черту, что я выстроила.
На утро я проснулась в спальне одна. Сквозь серые графитовые шторы слабо пробивался дневной свет, освещая вторую сторону кровати. Пустую, почти без единой складочки на одеяле. Выбравшись с кровати, я тихонько выползла в гостиную. Влад спал на диване, закинув одну руку себе на лицо, а вторую пристроив на груди. Без подушки, без одеяла и полностью одетый. Присев с краю, я нежно погладила его по тёмным вздыбившимся на голове волосам, и только собралась принести одеяло, чтобы он мог ещё немного поспать, Влад зашевелился и зевнул, как медведь выбирающийся из зимней спячки.
— Милая, ты чего не спишь? — проворчал он, переворачиваясь на бок. — Ещё рано.
— Уже одиннадцатый час, — ответила я.
Влад тут же подорвался:
— Чёрт, действительно пора вставать. Сегодня у нас куча дел.
— Почему ты спишь здесь? — спросила я.
— Хотел, чтобы ты себя чувствовала уютно. Кажется, спать со мной ты ещё не готова.
— Спасибо, — я искренне улыбнулась, благодаря за понимание. — Но в следующий раз ты можешь остаться со мной. Не думаю, что тебе было удобно спать на диване. Ты сюда, как бы это сказать помягче, не влезаешь.
Влад тихо засмеялся и, поднимаясь с дивана, потянул меня за собой, обнимая. Словно успел соскучиться за ночь. А, может, и успел. Я вот очень соскучилась. Даже ночью, когда Влад, выскользнув с кровати, оставил меня одну, я подсознательно это почувствовала и поёжилась, как от холода.
— Мне бы в душ, — сказала я, нехотя выпутываясь из объятий, — полотенце и зубную щётку.
— В шкафчике над умывальником есть запасная, а полотенца лежат под ним, — Влад отпустил меня, проведя ладонью по моей пояснице. Там, где, в общем-то, спина заканчивалась. И я, обернувшись, стрельнула в него лукавым взглядом, ухмыльнувшись покачав головой.
Закрыв за собой дверь, я разделась, включила воду и стала под тёплые струи. Воображение подкинуло неприятную картину встречи с моим личным кошмаром, и я вздрогнула, отгоняя от себя всю эту грязь. Убеждая себя, что в этот раз всё будет иначе. Сейчас он в розыске, и полиции уже известно, что преступник снова стал маячить на горизонте своей бывшей жертвы. Он не сможет причинить мне вреда. Преступник… Жертва… Я словно попала в телевизионную передачу «Следствие вели…», разница была лишь в том, что тут всё происходило в реале, и мне действительно угрожала опасность, поэтому думать о дальнейшем развитии событий и предполагать было вовсе не занятно, а скорее муторно. Выйдя из душа, я обернулась полотенцем, и в поисках зубной щётки открыла дверцу шкафчика. Из-за моего резкого движения прямиком в раковину шлёпнулась совсем иная вещь — чёрная небольшая коробочка из-под презервативов. От неловкости ситуации я смутилась, но ведомая пресловутым женским любопытством заглянула внутрь. Из трёх штук не осталось ни одного… Даже думать не хотелось, с кем и когда Владу довелось ими пользоваться. Ясно было, что он не ходил в монахах три года, наивно дожидаясь меня, но и мысль о нём с другой девушкой была неприятной. До боли. Не зная, откуда выпала эта самая коробочка, я взяла из шкафчика щётку и на её место положила упаковку, закрыла дверцу и принялась начищать зубы, молясь, чтобы Влад не заметил, что я порылась в его вещах. Вроде и не специально, но всё же это было некрасиво. Я влезла в личное.
 
Когда я вернулась в гостиную, в воздухе витали аппетитные ароматы. Пройдя на кухню, я окликнула занятого жаркой омлета Влада:
— Я всё. Душ свободен.
— Хорошо, тогда я тоже схожу. Последишь за яичницей?
Кивнув, я отвернулась к плите, убавляя огонь:
— Конечно. И кофе сварю.
Влад чмокнул меня в щёку:
— Я быстро, — и вылетел из кухни.
А я даже не успела спросить, где стоит кофе, так что пришлось порыться и на кухне. С трудом, но всё же разобравшись с кофемашиной, я наполнила две чашки лишь наполовину, взбила в пенку молоко и добавила его в кофе, образовывая сверху молочное воздушное облачко. Разложила омлет по тарелкам, отправила их на стол и поставила сахар, чашки и приборы. Влажный после душа Влад вошёл в кухню в одних джинсах, сидящих на бёдрах, и первым делом украдкой что-то отправил в мусорное ведро. Сел за стол, и наши смущённые взгляды встретились. Я тут же поняла, что Влад догадался обо всём и выбросил именно ту коробочку. Стало даже как-то смешно.
— Прости пожалуйста, это случайно получилось, — пробормотала я. — Она выпала, а я не знала… куда… куда поставить… Я ни за что не копалась бы в твоих личных вещах.
Его губы дёрнулись в странной улыбке. Растерянной какой-то. Виноватой.
— Я и не думал об этом. И вообще давно стоило это выбросить, просто как-то… руки не доходили что ли. Если это тебя как-то задело…
— Нет, нет. Я всё понимаю. Было и было. Это ведь было давно.
— Да, давно… Чёрт, глупый разговор получается.
Я нервно хохотнула:
— Ага. Будь мы в статусе друзей, как раньше, просто поприкалывались бы друг над другом и всё.
— Так-то оно так. Да только не хочешь ли ты сказать, что в статусе друга было находиться лучше, чем в статусе моей девушки?
— А я… — я нервно заправила за ухо прядь волос, — твоя девушка?
— Я думал, это очевидно, — пробормотал он, — но, если нет, то это, видимо, мой промах.
— Да нет, просто мы это как-то не обсуждали…
— Ты моя девушка. Единственная, любимая, самая желанная и неповторимая. И я не устану тебе это повторять. Никогда.
— Спасибо, — шепнула я, улыбнувшись, и потянулась к любимому, оставляя на его губах нежный поцелуй, в который вложила все чувства, что меня одолевали.
Выбрались с квартиры мы уже в послеобеденное время — сначала убирались на кухне, потом просто не могли оторваться друг от друга. Повалившись на кровать, целовались, испытывали новые грани допустимого, проявляя больше доверия, ещё больше ласки и любви.
По дороге ко мне домой Влад вспомнил, что родители сегодня ждали нас на обед, и уточнил, хочу ли я пойти. Я, конечно, согласилась, переспросив: