1421 - год, когда Китай открыл мир

Очень скоро выяснилось, что Мадейра имеет для Португалии важное значение (такова, похоже, была сила убеждения Зарку, когда он беседовал с принцем Генрихом), и все участвовавшие в экспедиции кавалеры получили высокие награды. Зарку же получил графский титул и ст ал именоваться графом Комара де Лобуш (Comara de Lobos).
Принцу Генриху Мореплавателю план Зарку колонизировать остров пришелся по вкусу: он финансировал его две последующие экспедиции и дал ему для этого корабли и всяческие припасы. Остров, согласно плану принца Генриха, был разделен на две части. Губернатором северной части был назначен Ваш, а другой, южной части — сам Зарку. Другой рыцарь из команды Зарку по имени Бартоломеу Перестреллу был отправлен на остров Порту-Санту, чтобы тот тоже не оставался без хозяина. Увы, хозяином рыцарь Бартоломеу оказался неважным. У его детей имелась пара домашних кроликов, которых семейство Перестреллу решило прихватить с собой. Кролики при полном отсутствии хищников расплодились на Порту-Санту до такой степени, что объели на острове всю зелень, превратив его чуть ли не в голую пустыню.
Надо сказать, принц Генрих Мореплаватель, в отличие от рыцаря Бартоломеу, весьма разумно распорядился Мадейрой. Во-первых, он устроил там маленькую морскую базу, а во-вторых, переправил туда несколько десятков семей португальских крестьян и завез виноградную лозу с Крита, предложи в крестьянам ее возделывать. Жаркий и влажный климат острова оказался для винограда благодатным, и лоза отлично там прижилась. Впрочем, прижилась — не то слово! Крестьяне стали добавлять в сок винограда сахарный тростник с того же Крита, который тоже отлично рос на Мадейре, в результате чего местное вино приобрело совершенно особый вкус и аромат. Полученный продукт скоро стал известен всей Европе под названием «Мадера», и его начали экспортировать во многие страны мира. Генрих Мореплаватель стал получать от торговли новым вином, быстро вошедшим в моду, огромные прибыли.
Ко двору принца Генриха валом повалил предприимчивый народ в надежде поучаствовать в выгодном деле, а португальские мореплаватели-первопроходцы пустились в еще более авантюрные и захватнические экспедиции, целью которых было обеспечить господство Европы над всем остальным миром в течение последующих 500 лет.
Генрих Мореплаватель был третьим сыном короля Португалии Жуана I Португальского и его супруги королевы Филиппы, дочери знаменитого британца герцога Джона Гонта. С помощью Джона Гонта Жуан I совершил своего рода государственный переворот — разогнал в 1383 г. всю старую родовую знать и создал у себя нечто вроде парламента — Хаус ов Авис (House of Avis), где с тех пор заседало так называемое новое дворянство, которое король всячески привечал, поскольку оно служило только его интересам. Жуан I был весьма ловким монархом, который умел ладить и с могущественным Джоном Гонтом, и с воинственными кастильцами, у которых были трения с англичанами. Португальцы воспользовались еще и тем, что Пиренейский полуостров не был единым государством: помимо Португалии, там существовали Кастильское и Арагонское королевства. Жуан I довольно ловко вел политическую игру с обоими, обыкновенно выступая в качестве арбитра.
К началу XV в. Пиренейский полуостров был уже практически владением христиан, которые почти за 600 лет непрерывных войн отвоевали эту землю у мавров. В 1189 г. король Португалии Санчу I захватил у мавров замок Алгаври (Algavre), бывший их последним мощным форпостом, а к 1249 г. в руках португальцев находились уже вся западные земли когда-то могущественного Кордовского халифата. Это позволило португальцам перенести столицу на юг, из Коимбры (Coimbra) в Лиссабон. Из мусульманских государств на Пиренейском полуострове остался только Гранадский эмират и его самая мощная крепость Гранада, но и их дни были сочтены. Реконкиста — освободительная война против мавров в Испании — приближалась к концу, а потому множество молодых дворян и солдат на полуострове оказались, по существу, не у дел. Этим португальским и испанским парням оставалось одно — искать лучшей доли за морем.
  
Жуан и Филиппа были одними из самых просвещенных монархов в тогдашней Европе, а их двор считался одним из самых изысканных. Там было множество молодых людей, которые имели склонность к образованию, чтению книг и к изящным искусствам. Как мы уже не раз отмечали, Китай в интеллектуальном плане опережал Европу на десятилетия, если не на века, но не надо забывать, что Европа в культурном отношении тоже развивалась, особенно Португалия, где у власти в описываемое нами время находились умные и образованные монархи. Не будем также забывать, что XV в. был временем очень быстрых изменений в основном в сознании людей, в их стремлении к познанию — об их тяге к наживе и предприимчивости я уже и не говорю. Короче, можно не сомневаться, что родители юного Генриха Мореплавателя просто нашпиговали своего отпрыска всеми теми знаниями, которые можно было себе представить в то время. Кроме того, люди тогда вообще взрослели значительно быстрее, чем нынче. К примеру, в 1415 г. юному принцу Генриху его коронованные родители поручили важнейшую миссию: возглавить захват португальцами Сеуты (Ceuta), крупнейшего опорною пункта мавров на северном побережье Африки неподалеку от Гибралтарского пролива. Приготовления к захвату Сеуты уже шли полным ходом, как вдруг неожиданно тяжело заболела королева Филиппа. Находясь на смертном ложе, она вручила своему сыну Генриху в руки меч и сказала: «Вручаю тебе этот меч, мой сын, в надежде, что ты будешь столь же тверд, как и его клинок. Вместе с этим мечом вручаю также в твои руки судьбы всех христианских рыцарей и дворян, которые находятся под твоим началом» [266]. Этими словами королева хотела сказать, что место истинного вождя не у ложа безнадежно больной, но на поле боя. Генрих утирал слезы от жалости к матери, но нападение на Сеуту готовить все-таки продолжал.
В течение нескольких веков арабы и мавры нападали па христианские народы на Пиренейском полуострове, концентрируя для этого на африканском побережье воинов чуть ли не со всей Северной и Центральной Африки (от Сенегала до Аравии) и переправляя их затем в Европу морем. Даже в XV и в момент упадка халифата, исламские правители все еще имели в своем распоряжении очень большие вооруженные силы. Даже для Генриха, которого все считали прирожденным воином, поход на Сеуту представлял собой дело крайне опасное и рискованное. Он должен был переправить своих солдат в Северную Африку и атаковать неприятеля на его территории. Фактически это была крупномасштабная десантная операция, значение которой приобретало огромную важность еще и потому, что европейцы впервые со времен императора Юстиниана высаживались на мавританский берег и впервые готовились захватить у мавров их мощный укрепленный пункт. По тем временам это предприятие представлялось просто беспрецедентным. В армию Генриха стекались рыцари и солдаты со всей Европы. Это было новое крестоносное войско, которое возглавил юный принц-крестоносец. Нападение на Сеуту проводилось по всем правилам современного (для того времени) военного искусства с использованием дезинформации противника: Португалия для виду объявила войну Голландии, чтобы отвлечь внимание мавров от Сеуты да и вообще от Северной Африки. Эта отвлекающая дезинформационная уловка оправдала себя с блеском. Что же касается самого принца Генриха, то он, несмотря на свой юный возраст, проявил себя как зрелый полководец и полностью оправдал возложенные на него родителями надежды. Генрих так умело руководил войсками, что сражение завершилось на удивление быстро, а крепость Сеута была взята с минимальными для христиан потерями.
Захват Сеуты, эта первая победа христиан над маврами на их собственной земле, имела не только военное, но и огромное морально-политическое значение для всего христианского мира. Как только известие о победе достигло ставки принца Генриха, он немедленно направил послов с радостной вестью о своей виктории императору Священной Римской империи Сигизмунду I (1368–1437), а также ко всем европейским государям. Победа Генриха сделала его в глазах Тогдашней христианской Европы едва ли не святым. На него благосклонно взирали все крупнейшие государственные деятели Европы — от папы римского до железного англичанина Генриха V. Папа римский и Генрих V даже предложили принцу возглавить общий крестовый поход против мусульман, но Генрих от этого предложения отказался. Он избрал весьма скромную роль наместника своего отца в захваченной им Сеуте. Стоя на высокой крепостной башне, он думал о создании великой Португальской империи, которая была бы основана скорее на власти торговли и золота, нежели на кровавых и разорительных завоевательных походах.