Вторая жизнь доктора Лейлы (СИ)

Мисс Роза замолчала и посмотрела на меня:
— Я хочу вам сделать предложение, мисс Лейла. Доктор Джозеф вас очень хвалил, и он сказал, что вам нужна работа, но он не может вас взять на должность сестры милосердия, потому как официально бумаги у вас нет. И я думаю, что здесь мы с вами можем помочь друг другу.
Мисс Роза снова замолчала на несколько секунд, будто бы пытаясь подобрать слова, а потом выпалила, словно с «вышки прыгнула»:
  
— Я предлагаю вам устроиться на работу по моим документам.
Взглянув на моё лицо, она добавила:
— Не думайте, я не буду претендовать на вашу оплату, мне нужно только, чтобы часы отработки, вписали в мои метрики.
Для меня это бы идеальный вариант, но… мне нужно было отнести рабочий договор нотариусу Петифо. Хотя…
— А какая оплата у сестры милосердия? — спросила я
Мисс Роза сразу ответила:
— Шестнадцать крон в неделю.
Я подумала и… согласилась.
Мисс Тусен сразу побежала за доктором Джозефом. Доктор вошёл и смущаясь спросил нас обеих:
— Оформляем?
Мисс Тусен с радостным лицом побежала куда то, а меня доктор попросил задержаться.
— Мисс Кроули, — это, конечно не лучший выход, но хотя бы несколько месяцев у вас будет работа, которую вы хотели и оплата. Правда это тяжело всё время работать в ночную. И … вам всё равно придётся решать вопрос с обучением.
— Спасибо вам большое, — ответила я, — я тоже считаю, что это оптимальное решение.
Доктор вздрогнул и снова странно на меня взглянул.
А я себя мысленно отругала: — «Ну не говорят девочки из приюта так, как старые умудрённые бабки. Пора перестраиваться»
Эх, жаль, что нельзя в больнице и жить пристроиться. Но делать нечего попрощалась с доктором, который тоже стал собираться, до вечера и пошла по адресу, напротив которого Лейла написана две кроны.
Здание, расположенное по адресу, указанному Лейлой, было в десяти минутах ходьбы от больницы, и это был несомненный плюс, а вот несомненный минус состоял в том, что это была ночлежка, принадлежащая работному дому*.
(*Работные дома в Англии разделялись на принудительные и добровольные. Принудительные работные дома зачастую совмещались с тюрьмами, а добровольные — с богадельнями, приютами. Дома создавались как государственной властью, так и частными лицами.)
В работном доме были общие спальни, а я была не готова спать в одной комнате с ещё двадцатью соседками. Скорее всего Лейле было не привыкать и для неё такой способ проживания был приемлем. И ещё, я не могла подтвердить, что я работаю и это могло привести к тому, что меня бы заставили работать на работный дом.
Мне надо было искать жильё. Я вспомнила, что Тина рассказывала про Стеллу, девочку, которая выпустилась на год раньше, и которую не взяла мадам Лестар. Помнится Тина говорила, что Стелла где-то недорого снимает комнату. Я отошла в сторону и присела на свой потрёпанный, но ещё крепкий чемодан и достала тетрадку, куда записала примерный адрес.
Место, где проживала Стелла, располагалось на другом конце города, но с моим шагом я могла дойти туда примерно за полчаса, может за сорок минут. И я пошла, периодически посматривая на карту. Сперва я шла по довольно широким оживлённым улицам. Пару раз оглянулась, всё-таки меня не оставляла мысль о том, что говорили девочки в приюте. И когда по моим расчётам мне оставалось около десяти минут и мне нужно было свернуть в переулок, в конце которого располагался нужный мне дом, дорогу мне перегородили двое мужчин.
  
Глава 5
 
Мужчины были одеты в добротную, но небогатую одежду. Выглядели этакими работягами в выходной день. Я отступила на шаг назад и спросила:
— Кто вы и что вам нужно?
Один из мужчин сделал шаг по направлению ко мне, и я приготовилась огреть его чемоданом и бежать обратно к оживлённым улицам.
Вдруг неожиданно он произнёс:
— Миса, мы это, нас это, папка послал…а вы, это…такая, это…шустрая…еле, это… мы вас, это… догнали
Увидев, что никто не собирается проявлять агрессии, я немного успокоилась, однако свой план с «чемоданом» решила не менять.
Заметив, что я готова его выслушать, мужчина продолжил:
— Вы, миса, это…вчерась, папку нашего, это… спасли, значить. Он нас, это… послал за вами, это… отблагодарить, значить. Может, это…вам чего нужно?
Мужчина, выговорив, наверное, самую длинную фразу в своей жизни, облегчённо вздохнул.
Я, надо отметить, тоже облегчённо вздохнула. И решила спросить про жильё, а что, видно, что люди рабочие, наверняка и отец, и эти двое работают на фабрике, где произошёл взрыв, возможно у них есть дом или жильё, и лишние деньги им тоже не помешают.
— Я ищу жильё, — сказала и внимательно посмотрела на мужчин
Мне показалось, что они обрадовались. Вероятно, думали, что я попрошу деньги или что-то сложное.
Тот из братьев, который говорил, улыбнулся, обнажив щербатый рот. Не хватало одного зуба и проговорил:
— Так, это…если не побрезгуете, у нас, это… есть комнатка. Раньше-то сеструха там, это… жила, а теперь, это…к мужу съехала и, это… комнатка свободна.
Вдруг, словно бы вспомнив, что-то, вдохнул и даже хлопнул себя по лбу рукой:
— Меня Томом зовут, а это брат мой, Барни, только он, это… не очень хорошо говорит.
Мужчины больше не выглядели опасными, и я решила посмотреть, что там и где, спросила:
— А где ваш дом?
Снова ответил Том:
— Так, это… туда стало быть
И махнул рукой в сторону больницы. Я же на всякий случай решила уточнить:
— Далеко ли до больницы от вашего дома и сколько будет стоить?
Здесь замотал головой Барни, а Том улыбнувшись ответил, игнорируя вопрос о цене:
— Не-а, это… совсем близко
— Так получается, что вы шли за мной через весь город, — спросила я
Том почесал затылок и ответил:
— Так, это…получается, что так
Потом по-мальчишески шмыгнул носом и добавил:
— А уже, это…увидели, что вы сворачиваете в Уайтчепел и, это… решили уже вас остановить, это… нехорошее место
А я взглянула внутрь переулка, в начале, которого мы стояли с Томом и Барни, и поняла, что и запах оттуда идёт странный, и мусор, и вообще он какой-то весь тёмный.
Том потянула у меня из руки чемодан:
— Миса, это… пойдёмте уже
И мы пошли обратно. К тому моменту, когда мы дошли, наконец, до дома семейства Белтон, время подошло к обеду.
Домик у семейства был небольшой, но кирпичный и даже с палисадником. В доме вкусно пахло едой. А главу семейства, который и послал за мной сыновей, я вспомнила.
Хотя то, что я его «спасла» это было громко сказано. У него осколок чего-то металлического попал в ногу, и если бы мы его сразу не отсортировали, то могло начаться заражение, а так он попал в первые ряды и доктор Джозеф со своей карболовой терапией, остановил процесс и зашил ему рану.
А сегодня с утра, как оказалось, мистера Оскара Белтона выпустили из больницы, и он слышал, что я говорила с Надин, что пойду искать жильё и послал за мной своих сыновей.
Мать Тома и Барни, супругу мистера Оскара, звали Элис. Элис и Оскар были совершенно друг на друга непохожи. Если Оскар был высокий крепкий мужчина с рыжими волосами, в которых уже щедро рассыпалась седина, и хмурым лицом, прорезанным глубокими морщинами, то Элис была вся маленькая и кругленькая, светловолосая и улыбчивая. Морщин у неё будто бы не было вовсе.
Сыновья тоже были высокими и рыжими в отца.
Бывшая комната дочери, оказалась не такой уж и маленькой, почти такой же в какой я пришла в себя в приюте. Комната была чистая и уютная, окно было небольшое, но это и понятно, большие окна не делали, потому что важно было сохранить в домах тепло.
Я решила сразу договориться об оплате. И хотя мистер Оскар делал обиженный вид, но, когда мы решили, что платить я буду четыре кроны в неделю, то он поставил условие, что питаться я буду с ними и на этом успокоился.
Было видно, что поскольку трое мужчин в семье работают, нищеты в доме нет, но и живут не сильно богато.