Башни Эквеллора (СИ)
— Что у тебя там случилось? — спросил Торрен, впрочем, начиная тянуть вверх. Мист тут же, как смогла, уперлась ногами в стену и даже сама принялась чуть подтягиваться на руках по веревке, пытаясь побыстрее убраться из зоны поражения. Рах же даже не дергался — повиснув на тянущей его вверх веревке, он болтался, как кулек, только оберегая себя от особенно болезненных ударов о неровный завал плотины.
— У меня тут случилось ровно то же, что у вас там, трупы прут, — недовольно ответила Мист, косясь вниз через плечо. Пара мертвецов выползла к плотине из кустов и слепо шарила руками, покачиваясь. Вероятно, она справилась бы с ними одним заклинанием, но без Торрена и его привычной защиты девушка чувствовала себя как без рук и без силы, и предпочла сбежать. Что ни говори, Эррах в этом смысле был скорее обузой, чем помощью: не умеющий держать в руках оружие и не обладающий волшебной силой или артефактами, он был очень полезен в энциклопедическом смысле, но в физическом требовал даже больше заботы и внимания, чем сама Мист. По крайней мере, она в это очень хотела верить.
***A|N Ну, вот, приехали. Нашла фактологическую ошибку при проверке. Рилантара Песня Славы зовут Атенрил, а не Альтаррил. Неверный вариант встречается в Интере ас ар‑Маэрэ, 5 в первой части, в дальнейшем имя везде указано верно: Атенрил Айрэдин (Песня Славы). Как я пропустила и попутала его с одним из братьев Амайрила Эрендела, я понятия не имею (как говорит мой альфа-читатель "я в твоих Иллемейрах уже не уверена", видимо, я уже тоже). Прошу прощения, в общем, это там было "Атенрил", и Эррах говорит о том же парне.
Зато теперь у меня есть на это черновик родословной, но он мало-мало (много-много) спойлерный. Поэтому ссылкой — https://sun9-63.userapi.com/impg/jT12fS55aYMxfO0Z82VBoY394B18KFz1V-qlDw/PoQhz3MsxmY.jpg?size=1024x768&quality=96&sign=4fb68b4f1169b16b3ef8e9d4c5992b55&type=album
А еще я пытаюсь разжиться артом для нормальной обложки, и это, как обычно печаль из печалей, потому что я не визуал и даже не могу нормальных референсов собрать. Но я стараюсь:)
Глава 6
На краю плотины Торрен протянул ей руку и втянул к себе, сразу мимолетом осматривая на предмет повреждений и развязывая и частично разрезая страховочную обвязку, пока Мист пыталась разглядеть, что творится вокруг. А трупы напирали: зеленый орочий строй сдерживал их на подступе к плотине, не позволяя взойти на нее и помешать ритуалу. Мист повертела головой, оценивая диспозицию, потом обратилась к Айтхаре:
— Орки умеют отступать очень быстро?
— Бежать? Орки не бежать ни от что, — ответила она, невозмутимо продолжая вытряхивать Эрраха из веревочной оплетки.
— Это тактическая хитрость. Надо очень быстро отступать по моей команде. Сможешь сделать?
Орчиха кинула на нее полный сомнения взгляд, но кивнула, видимо, заключив, что Моррайт виднее.
Мист же, получив согласие, спешно побежала расставлять глифы по вершине плотины, и Эррах, примерно поняв замысел, присоединился, что позволило закончить труд в два раза быстрее.
— Готовы? — спросила Мист, распрямляясь и засовывая огрызок казенного мела обратно в карман.
— По твой слово, — кивнула Айтхара, перекатываясь на одном месте с пятки на носок.
— Мое слово, — сказала Мист и, придерживая Книгу за спиной, понеслась к противоположному от наседающих мертвецов краю плотины. Айтхара что-то гаркнула, и все остальные гурьбой ломанулись вслед за Мист, оставляя далеко позади куда более медлительных поднятых мертвецов — к счастью, среди них снова не было ни одной ниэссе.
— А теперь? — спросила даже не запыхавшаяся от пробежки Айтхара у тяжело дышащей, мокрой, словно мышь под дождем, Мист.
— А теперь глядь, — ответила та, пытаясь отдышаться, и, выпрямившись, начала читать въевшиеся намертво в память слова, вздымая ими в воздух белые потоки от глифов. — Смерть не сон, и смерть не боль, Забвение в пути, всех нас отыщет наш покой, ты обратишься в пыль. Время медленно течёт, быстрее — для тебя, всё проходит, ты пройдёшь, ты пройдёшь — сейчас.
Белые потоки текли от каждого глифа, нарисованного на камнях и деревьях плотины, высасывая время, вытягивая прочность, вызывая мелкую дрожь, которая все усиливалась и усиливалась, пока плотину не тряхнуло в одном слаженном ударе, от которого несущиеся к небесам белые потоки перемешались с пылью и трухой. Несколько секунд вся эта взвесь висела в воздухе, как замороженная, не останавливая движения продолжающих преследовать беглецов мертвецов, а потом плотину словно стали проедать невидимые мыши, оставляя зияющие дыры повсюду, где были нарисованы глифы, и неупокоенные трупы тут и там стали скатываться вниз, страшно, беззвучно, даже не пытаясь затормозить падение. Вода забила сквозь дыры, струйка, вторая, третья, поток, потоп, вынося ближайшие камни, вымывая землю и грязь, сворачивая глыбы и прокладывая новое русло поверх поверженной былой преграды.
Вода, так долго ограниченная ложем долины, рванула на свободу, к своему прежнему руслу, легко и вольно, сметая на своем пути остатки препятствий, увлекая с собой и камни, и стволы деревьев, выворачивая кусты и сдирая пласты почвы. Мист, аккуратно прислонившись к Торрену для надежности, с ужасом и восторгом наблюдала за результатом своего буквально точечного, микроскопического воздействия на мир, а Эррах робко пристроился с другой стороны, глядя на разгул стихии с явным восхищением.
— Вот это волшебство, — взволнованно сказал он.
— Сила Моррайт, — согласилась Айтхара рокочущим, довольным тоном. — Я знать, ты смочь.
— А я вот не знать, — честно ответила Мист. — В прошлый раз я так чуть город не разрушила. Хорошо, когда много места.
Эррах подтверждающе чихнул.
— Отлично, кажется, всех, кто успел встать, смело водой. Думаю, даже тех, кто там по дну просто полз, вымело, — заключил Торрен, переводя взгляд на стремительно мельчающее озеро. Река явно возвращалась в прежнее русло, которое все эти годы было скрыто под толщей воды. Тут и там из-под струй начинали вылезать надгробные камни, плиты, алтари. Всплывали бесхозные куски тел, и Мист в этот мертвецкий протосуп лезть совершенно не хотелось.
— Немного подождем, — заключила она с умным видом. — А то там и без сопливых скользко. Извини, Рах.
Тот только отмахнулся, мол, что уж, и снова вытер нос рукавом.
— Немного, — согласился Торрен. — Много — нельзя. Озеро было хоть какой-то преградой, им было тяжелее вылезать, а теперь? Все оголено.
— Вот не знаю, когда им проще, — не согласилась Мист.
— В воде все предметы легче, за счет того, что вода выталкивает, — умно поддакнул эльф, и Торрен не мудрствуя лукаво, показал ему кулак. Эррах с недоумением осмотрел сунутую ему под нос руку со всех сторон и недоуменно уточнил. — Это что?
— Нюхай, чем пахнет! — указал Торрен и Эррах и вправду послушно принюхался и чихнул, от чего Тор нервно отдернул руку. — Сдурел, что ли, — укоризненно сказал он, вытирая руку об себя от Эрраховых соплей.
— Нет, он не сдурел, он чихает, — услужливо подсказала Мист, немного нервно хихикая. Двигаться к одиноко торчащему остову Башни, который теперь стал куда выше, обнажившись до основания, она все еще не хотела, хотя местами вода сошла уже достаточно, чтобы видеть осклизлую, обнаженную землю.
— Все такие умные, — проворчал Торрен. — В слякоть послать некого.
— Сам пойдешь, значит, — без энтузиазма отозвалась Мист. — А мне еще надо план придумать, как остановить…то, что там происходит.
— Сначала надо узнать, что именно происходит, — хмыкнул Торрен, встряхиваясь и автоматически проверяя состояние своей экипировки. — Глядь, и придумаем что-то.
— Глядь, — выругалась было Мист, но тут Торрен не слишком вежливо ухватил ее за руку и потащил вниз, полускатываясь по мокрому, грязному склону. В первый момент Мист настолько удивилась, что даже ничего не вякнула, а потом от опасного, прерывистого скольжения у нее перехватило дыхание, и она даже заорать толком не могла, только цеплялась обеими руками за Торрена и открывала и закрывала рот беззвучно, как рыба, выброшенная на берег. Именно рыбой, которую схватили на крючок и куда-то тащат, она себя и чувствовала, пока Торрен пер ее за собой, неудержимый, как лавина, и следом с гиканьем и воплями сыпались, как зеленые прыткие мячики, все остальные. В самом конце движения Торрен, конечно, таки не удержался на ногах и рухнул всем ростом в жидкую грязь, вспахивая ее и взметывая море брызг, и Мист последние метры эпично прокатилась на его спине, как на саночках, и даже подниматься на ноги не торопилась, когда он остановился. Напротив, села поудобнее, попирая ногами своего друга и уставилась на разной степени удачливости спуск всех остальных. К счастью, Айтхара сообразила прихватить Раха, который, конечно же, как и Мист, сам бы никогда на такой безумный слалом не решился бы.