Тень души (СИ)

– Ты уходишь? – вдруг подумал персонаж ни к селу, ни к городу.
Да он же ко мне обращается! Печалью накрыло и переполнило…
– Если надо, иди, – подумал Тёма ласково. – Благодарю тебя за всё… добрый дух!
Вот в этот момент и следовало нажать на выход. Он меня отпустил – чего там ещё торчать?! Но я же не только с ним прощался. Я прощался с миром, где был здоровым и сильным… ну, всё равно ведь таймер запущен. Когда выйду, обратно уже не пустят.
Танцы закончились, пошли ужинать. После каши с пареной репой по традиции слово взял дежурный кудесник. Поздравил ребят с праздником и заявил, что сегодня все получат по полной чаше волшебного мёда.
Он поводил руками над целым жбаном, чтобы мёд заискрился. «Старший» парень принялся наполнять чашки черпаком. Полные чаши ребята передавали дальше, и вот, наконец, все получили свои порции. Старец торжественно проговорил, что, выпив волшебный мёд, мы пройдём посвящение.
Или не пройдём.
Выбора у нас нет. Отказаться проходить посвящение – это просто не пройти посвящение.
А говорит это кудесник потому, что считает нас людьми. Мы должны знать.
Меня в этот момент подмывало спросить, какие у нас шансы. Однако к управлению Тёма не пустил, принялся решительно пить из чаши. Вроде бы, ничего особенного – всё тот же волшебный мёд.
С удовольствием выпил вкуснейшую и такую бодрящую штучку. Поставил чашу на стол. Изображение стало блекнуть. Ну, очень вовремя окончание сеанса! Медку на посошок и в добрый путь.
Мир выцвел, на ровном белом фоне проявились строгие буквы:
«Поздравляем, игрок!
Подготовительный этап успешно пройден.
Активирована тень души. Уровень тени – спутник.
Ты успешно перешёл на первый базовый уровень.
Задание – уничтожить цель.
Цель – любой лешак или враждебный тотемный воин.
Награда за выполнение 2 таланта, распределение случайное.
За уничтожение целей более одной – бонуса нет.
Всего у тебя талантов:
Дух – 1 талант.
Разум – 1 талант.
Воля – 2 таланта.
Штраф за невыполнение – вылет из игры без шанса на возвращение.
Удачи, игрок»!
Не, это баг какой-то! Это не моя игра!
Буквы растаяли, белый фон померк. Так, сейчас должна открыться крышка…
А! Глаза же нужно открыть. Что это? Какие-то доски. Да это же просто Тёма с лавки грохнулся и лежит на полу. Значит, ещё не конец сеанса. Логика, мать наша.
Ну, мне пора. Тёма, пока…
Тёма! Ау!
Ни малейшего отклика. И странное такое ощущение… Я не чувствую, как он лежит на полу. Я чувствую, что просто сам лежу на полу.
Очень интересно, но я тут слишком задержался. Пора мне. Где тут у нас поле выхода…
Где поле выхода???
Я лихорадочно вертел глазами, но ничего не менялось. Поля выхода из игры просто не было.
* * *
Мир и процветание пришли в княжество Труевское!
Иначе просто и быть не могло, поскольку княжество стало частью Руси, а на Руси всегда мир и процветание.
Добрались бояре Скола до Кай-ёва, Новограда и Скирингсалла. Везде к ним относились уважительно, даже с почтением. Во времена воинской демократии, когда в Новограде для решения практически любого спора назначался «круг», а в иных местах «суд богов» – попросту судебный поединок – тотемные воины, прошедшие выучку у викингов, всегда добивались справедливости.
Глыба, то есть Глеб, с товарищами хаживал в торговые экспедиции с боярином Ерохом и другими боярами. Труднее всего пришлось в Новограде. Там Глыба ходил на «круг» как на работу. То мастеров годных не сразу удавалось уговорить переехать в Скол, то их отпускать не хотели. А то и вовсе разгорячённые торгом местные сколовским боярам разбивали морды блюдом, али рогом, али ещё какой утварью.
А как родился у Ингрид, то есть Софьи, маленький Борька, да исполнилось ему два годика, вместе сходили в Скирингсалл. Дедушка Ингрид, ярл Гаук Страндунг, был ещё хоть куда, крепенький, только в вики уже не хаживал. В родовом фиорде заправлял его сынок ярл Гардар Страндунг, младший братик княгини Ольги, а Гаук проживал на подворье в Скирингсалле.
 
Поклонились старому ярлу нежданные родичи из Гардарики богатыми дарами. Внучке, Глыбе и правнуку дед очень обрадовался и даже передал дочке Хельге своё отцовское благословение, так сказать, задним числом. Тем более что паразиту Рангвальду башку отчекрыжили – этому известию дедушка Гаук порадовался особо.
Так и в Скирингсалле появились у бояр Скола доверенные люди, через кого было удобно приобретать китовые жир и кожи, моржовые клыки и кашалотовый воск, чудесное средство для заживления ран. У знаменитых мастеров заказали постройку семи новеньких «морских соболей» и наняли дружины викингов для охраны. В Новограде удачно закупили железных изделий и оружия, а в Кай-ёве скупали хлеб.
Князь Труевский Иван зарядил княгине Ане наследника, а воспитание сынка и прочие неинтересные заботы по управлению княжеством спихнул на её плечики да на боярскую думу. Сам же со своим воеводой Радомиром и тестем Юрием, до крещения Ролло, повадился водить дружину, куда великий князь Кай-ёва ни позовёт.
Практически не вылезал из походов, то на одних степняков, то на других, то на третьих, а то и совсем на греков. Приезжал в Труев только сгрузить захваченную добычу, удивиться, как подрос сынишка, да зарядить следующего. Как ни странно, боярство и народ князя весьма почитали, во всём поддерживали и снабжали дружину конями, оружием и припасами.
Впрочем, походы окупались, к тому же в княжестве стали разводить годных лошадей, делать снаряжение, доспехи и оружие. Главное – это отлично подготовленное, опытное конное войско аж в пятьсот всадников.
Фактические правители земли «чудачества» князя только приветствовали. У самого князя Кай-ёва не больше двух тысяч конников, и это уже наводило трепет на самовольных князей. Дружба с великим князем и собственная боевая сила – весьма ценный ресурс по средневековым воззрениям.
Горыня и лидеры других тотемных кланов, конечно же, одними воззрениями удовлетвориться не могли. Таким сильным оказался «запоздалый страх» – а что стало бы, если бы победил Изяслав! Или если потом победит другой какой-нибудь «законный властелин».
Не только Глыба, многие воины породнились с боярами Скола и сами стали в определённом смысле боярами. Для дальних торговых походов бояре содержали отдельные, как бы личные лодейные дружины викингов, и сманивали хорошим жалованием лучших бойцов из городской дружины. От города организовали сторожевую службу.
Кроме создания постоянного войска пустились и в другие новации. На вероятных путях вторжения строились дозорные посты, от них тянули линии сигнальных башен, устроили курьерскую службу. В развитие идеи кланы предложили родам создать убежища на случай нашествия. Не просто места, где можно спрятаться – найти же могут. А куда врагам не пройти.
Все роды, все поселения отрядили мужиков и выделили им прокорм и необходимый инструмент, так же обеспечили транспортом. Люди строили хранилища для зерна, рыли колодцы. Строили казармы, что смогут вместить много народу. Возводили стены и башни, заваливали луга вокруг убежищ камнями, в лесах рубили засеки. От укреплений к поселениям прокладывали дороги.
Вообще-то, такие вещи в других землях назывались замками. И как в других землях там всем распоряжались лидеры кланов, пока неформальные бароны. Они резонно потребовали от родов воинов в гарнизоны – тотемных воинов же очень мало. Парней профессионально учили воевать. Лучших оставляли в постоянной дружине замков.
Свободный народ сам своими руками выстроил э… всё это и передал в руки бояр. Потому не пришлось сильно удивляться, что с родов потребовали постоянно возить в замки провизию и вообще всё, что давала земля. Гарнизонам ведь нужно что-то кушать, что-то носить, вооружаться.
Первыми в этом деле, конечно же, оказались рыси. Боярин Глеб не только выстроил самый первый, самый большой, самый защищённый замок – дед Ероха помогал. Он вместе с тем же боярином Ерохом ещё и широко торговал хлебом и солью.