Совершенный вид (СИ)

– Твою… – услышала она его потрясенный выдох, и в следующую секунду дейнар, одним молниеносным бесшумным движением отступив в заросли, исчез, растаял, точно бесплотный лесной призрак, сотканный из полусвета и зеленых теней.
Оглянувшись на напарника, Дафна увидела в его руках дистанционный электрошокер, который полагалось иметь при себе каждому «полевому» исследователю, и едва не задохнулась от накрывшего ее гнева.
– Тим, какого черта ты творишь?! Ты же его напугал!
На худом веснушчатом лице парня, все еще бледном от страха, отобразилось неподдельное недоумение.
– Я и хотел его напугать – а еще лучше, вырубить. Ты вообще представляешь, в какой опасности находилась?
– Да не было никакой опасности! – вскричала Дафна, испытывая сильнейшее желание залепить ему хорошую оплеуху. – Он сказал, что хочет со мной поговорить – заговорил со мной, слышишь, ты? Дейнар впервые за чертову кучу лет заговорил с человеком – а его за это чуть не поджарили из шокера! Да ты, может, сейчас сорвал контакт века!
– Или спас твою шкуру, – оскорбленно огрызнулся тот. – Даже если он и вправду что-то там сказал, откуда тебе знать, что он не пытался просто заговорить тебе зубы, чтобы подобраться поближе?
– Да если бы он хотел причинить мне вред, то сделал бы это задолго до того, как я бы догадалась о его присутствии! И почему ты так убежден, что дейнары опасны? Все наши многолетние наблюдения за ними подтверждают их исключительную миролюбивость – но люди по-прежнему упрямо видят в них угрозу! Ты хоть раз слышал о реальном случае нападения дейнара на человека?
– Нет – потому что люди не суются к дейнарам, а те не лезут – не лезли до этого дня – в зону Приграничья. Пусть эти твои любимые дикари – пацифисты и вегетарианцы, но это не значит, что они перестали воспринимать человека как злейшего врага. Мы ведь когда-то пытались пойти с ними на контакт – и ты знаешь, что из этого вышло…
– Тогда все было иначе, – нетерпеливо возразила она. – Триста лет прошло, Тим! Это ведь дико – столько времени жить бок о бок с другой разумной расой и не поддерживать с ней никаких отношений!
– Они сами так решили, – холодно напомнил ей Тим. – Возможно, они не так разумны, как тебе хотелось бы верить, Ди.
Дафна, кипя от бессильной злости, лишь молча отмахнулась – продолжать спор было бессмысленно. Бросив последний тоскливый взгляд на папоротниковые заросли, в которых так стремительно скрылся самый удивительный из всех обитателей Леса, она поправила на плечах свой рюкзак и двинулась вперед по тропинке, даже не проверив, следует ли за ней Тим. Впрочем, сердитое сопение за ее спиной подсказывало, что напарник не отстает – и она готова была поклясться, что по пути он то и дело нервно озирает окрестности, опасаясь схлопотать дейнарскую стрелу в свой тощий трусливый зад. Да, у встретившегося им дейнара она никакого оружия при себе не заметила – но ведь поблизости могли находиться и его соплеменники, которым вряд ли пришлось по нраву проявленное Тимом «дружелюбие».
«И он бы это вполне заслужил», – мрачно подумала Дафна.
Через пару минут плотный ряд деревьев перед ними расступился, и они вышли прямиком к маленькому двухместному флаеру, при виде которого у Тима непроизвольно вырвался громкий вздох облегчения. Обогнав девушку, он без промедления забрался в кабину; Дафна же остановилась и повернулась к Лесу, чтобы напоследок окинуть его долгим прощальным взглядом. Еще один жаркий солнечный день – каких на Неоле было большинство – близился к концу, и вместе с закатом на мир опускалась недвижная преддождевая духота, ощущавшаяся даже здесь, в тени вековых деревьев, сплетших над землей раскидистые ветви. Похоже, дождь разразится уже к ночи, со вздохом подумала Дафна. Она уже было двинулась к флаеру вслед за напарником, но что-то заставило ее снова оглянуться на тропинку, по которой они пришли. Теплый оранжевый свет заходящего солнца заливал узкий уютный пролесок, слепя ей глаза, и она не могла толком рассмотреть, что прячется в глубине чащи – но всем своим существом чувствовала устремленный на нее оттуда пристальный взгляд.
 
Или хотела чувствовать?..
– Ди! Ты чего там застряла? – раздраженно окликнул ее Тим.
– Иду, – буркнула она, с неохотой отворачиваясь от леса.
Флаер плавно взмыл в воздух, едва она забралась внутрь, и, набрав высоту, стремительно помчался навстречу пылающему горизонту. Дафна стянула с плеч рюкзак и устало откинулась на спинку сиденья, чувствуя, как липнет к коже влажная от пота одежда. Тим, похожий на мокрого встрепанного воробья, молча включил кондиционер, и в повисшей тишине оба пассажира погрузились в свои мысли, наблюдая за проносящимися далеко внизу фантастическими пейзажами. Изумрудные полосы леса сменялись искристо-синими лентами рек и голубыми блюдцами озер, в которых плавилось закатное солнце – и, любуясь ими, Дафна думала о Неоле и ее коренных жителях, одного из которых так нежданно повстречала.
Они называли себя «Дей’н’Ар», «Народ Леса». То были высокие – не менее двух метров ростом – стройные и гибкие, но при этом крепкого сложения гуманоидные существа с раскосыми глазами всех оттенков янтарного цвета, роскошными гривами каштановых волос и кожей, покрытой, точно бархатом, короткой светлой шерстью. Несмотря на развитый интеллект, они вели довольно примитивный образ жизни, возводя жилища у основания и на ветвях гигантских деревьев – мегроев, обходясь минимумом одежды, сплетенной из волокон тмикки1, и питаясь исключительно растительной едой. Дей’н’Ар (или, на человеческий лад, дейнары) были удивительно миролюбивой расой, чуждой межплеменных войн и конфликтов – ведь богатых ресурсов Неолы с лихвой хватало на всех ее обитателей. И, тем не менее, отношения с людьми – чужеземцами, прилетевшими с далеких звезд – у них не сложились сразу и бесповоротно.
Начав вырубать под строительство города священный для аборигенов Лес и истреблять населявших его животных, люди лишили себя всякой возможности наладить с разгневанными дейнарами какой-либо контакт. В конце концов, люди и дейнары стали сосуществовать совершенно обособленно друг от друга; одни – в стремительно разрастающемся высокотехнологичном городе, Антроповилле, другие – глубоко в лесах, подальше от разрушительной силы существ, так бесцеремонно вторгшихся в их мир. Однако не все коренные неольцы восприняли пришельцев враждебно: часть их, привлеченная благами человеческой цивилизации, пожелала остаться с ними. От союза этих дейнаров и людей (странного, но биологически вполне возможного) произошли «полукровки» – гибриды, совместившие в себе черты представителей обеих рас. Они и поныне жили в Антроповилле, селясь преимущественно в специально отведенном для них районе и оставаясь чужаками для большинства людей. И дело тут было не только в своеобразной, а для многих – и отталкивающей внешности полукровок: гибридов, как и дейнаров, слухи наделяли целым набором чуть ли не сверхъестественных способностей, отпугивавших людей. Часть этих «суперспособностей», а именно, впечатляющее долгожительство, невероятная по человеческим меркам физическая сила и скорость, а также быстрая регенерация была правдой; другие же, такие как телепатия и телекинез, явно относились к разряду ничем не подкрепленных домыслов. Все эти годы, прошедшие с момента обоснования на Неоле беженцев с погибшей Земли, люди тайно наблюдали за дейнарами при помощи миниатюрных разведывательных дронов – и эти наблюдения подтверждали наличие у аборигенов некоторых удивительных качеств. Тем не менее, действительно феноменальные способности фиксировались очень редко, и лишь у единиц, тех, кого дейнары называли «амавари» – «одаренными».
 
Как бы то ни было, полукровки так и не стали «своими» в Антроповилле. Люди по большей части старались их избегать, а браки с ними, как и любые личные отношения, негласно порицались обществом, главной задачей которого было сохранить и продлить человеческий род на новой планете. Впрочем, находились и те, кто открыто симпатизировал гибридам – и Дафна (а когда-то – и ее муж) была в их числе.