Его звали Тони. Книга 3 (СИ)

— Больше ко мне можете не обращаться, — чуть повысил я тон голоса. — Эту беседу я тоже забуду. И вам советую. Не стоит беспокоить злого и обиженного дарга.
Ясов по-моему хотел что-то сказать. Но не успел — я уже распахнул дверь и оказался в коридоре. И похреначил по коридору.
Может графу Тодорову написать? Реально денег стребовать? Обратился я к нему вынужденно, но в итоге они упрятали одного из главных конкурентов за решётку. Из прокуратуры-то министр обороны так и не вышел. В камере кукует, сидит. Конечно, если не «самоубился» ещё.
  
А мне что? Избавление от ареста. Тоже круто. Но не совсем равноценно. Хотя, не очень красиво получится. Мы заранее ничего не обговаривали. С хрена ли им мне что-то платить? Шантажировать болгарских ариков — тоже такое себе. Сомнительная затея.
Не. Вдруг мне ещё этот контакт понадобится. Лучше оставить рычаг давления на будущее, чем прямо сейчас прыгать обеими ногами в болото, рискуя не выбраться.
Злость то подкатывала, то отступала. Грёбанные бюрократы. Пусть и в форме. Упустил я основное правило — всегда требовать бумагу. Будь лист с подписью этого полковника — всё могло бы сложиться иначе. Хотя… Бодаться с такой машиной? Ну его нахер. Пусть забудут о моём существовании лучше. Не станут мешаться под ногами — уже неплохо. Собственно, ключевой навык любого, хотя бы как-то условного эффективного бюрократа — не мешать тем, кто делает дело.
Ладно. Выдохнув, я притормозил перед воротам. Гнев всё ещё бурлит, но его ведь можно направить в верное русло, верно?
— Уже вернулись? — глянул я на застывшего Йорика. — Так быстро?
— Вашей единственной и истинно любимой леди потребовалось зайти всего в два магазина, наставник, — проскрипел кобольд. — Она весьма стремительна в своих решениях. Пронизывает горизонты, как болид.
Вот что значит — дважды сказал падавану, что не стоит использовать сомнительные формулировки. Как у него резко тональность сменилась.
— Хорошо, — кивнув, я прошёлся взглядом по двору и террасам. — Гоша, Кэп, Фот — сбор совета. Через минуту. Помещение только подберите. И стулья расставьте.
— Чего? — высунулся с террасы Гоша. — Какой ещё совет?
— «Щенков косуль», — перевёл я взгляд на ушастика. — Управляющий. И военный. Два в одном.
Тот на момент завис, почёсывая затылок. Аж фуражка чуть на лоб сползла.
— Япнуться и проморозиться, — наконец изрёк коротышка. — Эт чё? Мы теперь как эти… Ну, как их? На двойном пафосе, в общем!
— На тройном, Гоша, — улыбнулся я, чувствуя как внутри продолжает вибрировать злость, постепенно трансформируясь в желание поставить этот мир раком. — Помещение и стулья. Если там будет стол — совсем отлично.
Тот тут же отпрянул от перил террасы, рванув назад. Но уже через секунду вернулся.
— А Фоти-тап там нахрена? — поинтересовался зеленокожий карлик. — Он то чё?
— Читает много, — честно ответил я. — И мозги соображают.
— А-а-а… — протянул Гоша. — Ну… Тогда ладно. Пусть будет.
И снова умчал. Оставив меня объясняться с недовольной Ориной, которая появилась на крыльце. В новенькой белой майке, которая обтягивала её грудь куда лучше старой. И коротких шортах.
Правда, орчанку пришлось снова разочаровать. А вот нечего было меня утром подкалывать. Теперь придётся ждать вечера. И да — мне тоже печально. Но что делать?
Помещение гоблины и правда подобрали быстро. Не за одну минуту, конечно — у них ушло больше семи. Зато сносное — даже стол поставили. Вместо двух ножек засунули пустые бочки, правда. Тем не менее, столешница была вполне приличной.
— Ну что. Объявляю первое заседание совета открытым, — обвёл я взглядом соратников. — Во-первых, нам срочно нужен адвокат. И хорошие идеи. О сиськах Румянцевой должен узнать весь мир. А во-вторых, личные карты для всех, уже в работе. Время до первого выпуска газеты ограничено — семь дней. Требуется план действий, техника и темы статей.
Несколько мгновений я помолчал, смотря на озадаченных гоблинов и как всегда невозмутимого Йорика.
— Буду рад услышать идеи, — улыбнулся я. — Кто выскажется первым?
* * *
Национальная кобольдская мудрость
  
Глава VIII
 
Видели, как несётся мощный и бурный поток, размывающий всё на своём пути? Поверьте — три гоблина, которые одновременно присутствуют на совещании, это почти то же самое.
Хорошая новость в том, что мне всё же удалось направить их энергию в нужное русло. Не сразу, конечно. Зато прямо сейчас Гоша добрил адвокатов и формировал их списки, Кэп погрузился в поиски подержанной техники и мебели, а Фот пробовал набросать темы статей для первого выпуска.
Его кстати, реально требовалось опубликовать через семь дней, после одобрения регистрации газеты. Был такой небольшой пункт в дополнениях Земского Кодекса. Гласящий, что если более половины сотрудников какого-то заведения являются резидентами зоны отчуждения, для них вводятся дополнительные правила. Там была масса всякого бреда, но в том числе имелся пункт для медиа — про тот самый выпуск в первые семь дней после запуска.
Грубо говоря, нам либо требовалось сделать печатный выпуск, минимум на шестнадцать полос формата А2, либо разместить материалы онлайн объёмом в двести сорок тысяч символов.
Оно, вроде и не так сложно. Но только не в том случае, когда впереди всего семь дней, у газеты нет ни сайта, ни договора с типографией, а весь твой штат — гоблины. Которые с текстом ни разу не работали. Да и других дел, помимо самой газеты тоже хватает.
Йорик тоже занимался делом — добрил технику для своей мастерской и подбирал направление работы. Её штат состоял только из кобольда и естественно там тоже имелось требование. Правда, в данном случае финансовое — компания должна была показать за первые десять дней оборот в десять тысяч рублей.
Не знаю, кто составлял текст этого дополнения, но заморачиваться с цифрами он явно не любил. А сумма, для настоящей мастерской, была запредельной. Тем более, это с учётом всего одного работника. Будь их больше — числа оказались бы совсем иными — для компании с более чем десятком работников, оборот должен был составить сто двадцать тысяч. Не любили тут резидентов ЦОТ. Старались сделать всё, что не выпускать тех из-за стены.
Если вы думаете, что сам я просто смотрел на это и ограничился координацией — зря. Себе я оставил самый сложный сегмент — переговоры. Непрерывно звонил и писал, выходя на связь с адвокатскими конторами.
Вернее, сначала только звонил, посчитав это более эффективным вариантом. Но убедившись, что на другом конце провода отвечают даже не секретари, а условные телефонисты, фиксирующие сообщения, оставил эту затею. Смысл тратить время, чтобы поговорить с биологическим записывающим устройством? Проще сэкономить ресурсы и всё отправить через мессенджер. Тем более, абсолютно у всех профильных компаний был способ связи через «Сову».
Поэтому, сейчас я активно рассылал сообщения, методично проходя тех, кто входил в топ-пятьдесят лучших адвокатов Константинополя. А Гоша искал новых, шарясь в сети.
— Нашёл! — восторженно воскликнул Кэп. — Щас прайс скинут. Но точно должно быть дёшево.
— Если шмагл говорит, что точно дёшево, он хочет нагреть твою бедную гоблинскую жопу, — не отрывая взгляда от экрана телефона, проговорил Гоша. — Приподорожжить его надо для ясности. Над башкой хотя б пальнуть.
  
— Так это наш, — повернулся к нему Кэп. — Через знакомых, с которыми на каторге вместе тусили, нашёл. Он утилизацией занимается.
Гоша отправил мне список из десятка новых адвокатов и всё-таки повернул голову, смотря на своего соплеменника.
— Тогда он с гарантией захочет тебя нагреть, — сумрачно изрёк коротышка, — Сбивай цены вдвое. Откажется — скажи мы его найдём и сломаем ноги.