Тайна поместья Оффорд (СИ)

– Добрый, добрый, – ответил он, непередаваемо грассируя, что сразу выдавало в нём француза.
– Потрясающий запах!
– О, это мой знаменитый буль’он, – расплылся в улыбке шеф-повар. – Подаётся исключительно с пшеничными́ крутонами́.
– Скажите, у вас на кухне работают девушки? – лорд с искренним любопытством наблюдал за процессом приготовления.
– О, разумеется, – кивнул шеф-повар, качнув высоким колпаком. – Они подают блюда́ на стол и относят кофе́ и чай постояльцам в номера, моют посуду́.
  
– Отлично, – произнёс лорд. – А у вас есть среди них невысокая светловолосая мисс со светлой кожей, – лорд постарался припомнить как можно больше деталей, описывая девушку.
– Готов биться́ об заклад, что такую красотку я бы не пропустил, – шеф-повар подкрутил тонкие, но длинные чёрные усы.
– Во сколько ужин? – вежливо спросил лорд.
Француз взглянул на большие настенные часы:
– Через сорок пять минут и сорок семь секунд, месье, – сказал он, и обратился к своим подчинённым. – Поторапливайтесь, babouins paresseux!
мисс Вуд, мисс Уайлд, мисс Виктория, мисс Фламел, лорд Хаттон, сэр Уоррэнпоместье Оффорд, западное крыло, столоваясентябрь, 155 часов 18 минут после полудня 
Дверь в столовую открылась, и в помещение вошли двое джентльменов.
– Дамы, – поклонился сэр Уоррэн. – Не заходил ли к вам сэр Барлоу? Или дворецкий Чарльз?
– К сожалению, нет, – ответила за всех Агнесс. – Но пришли вы, – она целенаправленно улыбнулась суперинтенданту. Теперь, когда она заметила как неуютно себя чувствует в её обществе данный господин, мисс Уайлд предположила, что он тайно в неё влюблён. И она намеревалась поддержать своего поклонника.
– А герр Беркенштофф вам не встречался? – уточнил лорд Хаттон. Дамы переглянулись. Теперь и у них возникло впечатление, что гостей все просто покинули.
– В столовой его не было, – мисс Вуд сделала небольшой глоток чая из хрупкой фарфоровой чашки с цветочными орнаментом.
– Сэр Уоррэн, мне есть что сообщить вам, – мисс Фламел тоже решила принять участие в беседе. – Мы можем побеседовать?
– У вас есть какая-то тайна? – с вызовом произнесла Агнесс, рассматривая мисс Фламел: тёмно-русые волосы, сероватые глаза, простые черты лица – ничего привлекательного.
– Я считаю, что некоторые события первым делом нужно обсудить с представителем закона, – сухо ответила та, даже не повернувшись к мисс Уайлд.
– Конечно-конечно, что вы на меня так нападаете, – ретировалась Агнесс. Это заявление мисс Фламел проигнорировала.
– Моя компаньонка имела ввиду, что мы все связаны каким-то общим делом, и секреты едва ли пойдут нам на пользу, – заметила мисс Вуд, отложив записи.
Агнесс незаметно придвинулась ближе к своей защитнице.
– Сначала я сообщу всё суперинтенданту, – мисс Фламел поднялась со своего места. – И, если сочтёт это необходимым, он расскажет всё вам.
Возражений больше не возникло, и Мисс Фламел в сопровождении Виктории вместе с суперинтендантом вышли в коридор. Они прошли мимо гостиной, двери которой были плотно закрыты, и остановились.
– Я совершала осмотр одной из горничных, – негромко произнесла мисс Фламел. – На её спине я обнаружила следы когтей, хотя сама девушка заверила, что чувствует себя хорошо. Как и ранее садовник. Но в этом случае пациентка даже не знала о травме.
Виктория кивнула, подтверждая слова врача, и та продолжила.
– Но во время осмотра эти следы попросту исчезли, – врач выглядела несколько озадаченной. – Я не вижу здесь какого-то мистического подтекста, но сам факт выглядит подозрительным. Возможно, кто-то хочет сыграть с нами злую шутку. Или это признаки неизвестной ранее болезни.
– Стакан, – подсказала Виктория.
Сэр Уоррэн удивлённо посмотрел на ассистентку, которая в отличие от слуг или компаньонок не опустила взгляд, а прямо смотрела ему в глаза.
– Во время осмотра со стола случайно смахнули стакан, что навело горничную на мысль о подобном событии в комнате сэра Барлоу, – пояснила мисс Фламел. – Он утверждал, что стакан в его спальне упал сам по себе. Потому я и пришла к выводу, что это чья-то шутка.
Виктория отрицательно качала головой во время этого монолога. Сэр Уоррэн слушал врача, но смотрел на ассистентку.
– Мне позволили осмотреть комнату пропавшей Элизабет, – добавила врач. – Старшая горничная утверждает, что дверь была заперта изнутри – комнату вскрыли при мне. Я всё осмотрела: вещи разложены так, словно Лиззи готовилась ко сну. Больше ничего сообщить не могу.
Виктория беззвучно фыркнула. Она-то уже поговорила с мисс Фламел и знала, как «вскрывали» комнату Лиззи.
– Что вы думаете о психическом состоянии осмотренных? – суперинтендант, не смотря на серьёзность ситуации, ощутил непреодолимое желание улыбнуться. Он подавил этот странный порыв.
– Состояние их рассудка не вызывает у меня опасений, – сообщила мисс Фламел.
– А какие-то труднообъяснимые явления ещё были? – сэр Уоррэн взглянул, наконец, на собеседницу. Та покачала головой.
Виктория не выдержала и поделилась своими мыслями:
– Я полагаю, что это дурманящие вещества и скрытые механизмы! – выпалила она.
– Я думал об этом, – сэр Уоррэн снова поборол желание улыбнуться: эта молодая мисс была очень энергичной и явно обладала пытливым умом. – Учитывая, что львиная доля странных событий происходила в вечернее время, я связывал это с топливом, которое используют в лампах. Но здесь в ходу обычный керосин и порой свечи или масло.
– А если в керосин добавить какое-то вещество? – загорелась Виктория. – Что-то, что будет постепенно растворяться, действуя, как ароматические масла.
– Думаю, можно попробовать в этом разобраться, – кивнул суперинтендант, глядя на девушку.
Мисс Фламел переводила взгляд с ассистентки на полицейского. Потом вспомнила о разговоре с хозяином поместья и рассказала о странном поведении того.
– Что вы думаете о психическом состоянии сэра Барлоу? – поинтересовался сэр Уоррэн.
– Это было похоже на истерию. Я дала ему успокоительное, и его поведение стало более осмысленным. Но всё же некоторая тревожность у него сохранилась, – мисс Фламел мысленно вернулась к разговору с хозяином поместья.
– А его отец не страдал от подобных приступов? – уточнил суперинтендант.
– Нет, – сразу ответила мисс Фламел, прекрасно изучавшая историю болезни не только своего пациента, но и его ближайших родственников. – Его мать страдала от мигреней, но это не приводит к таким изменениям в поведении.
Прерывая их беседу, послышался голос лорда Хаттона.
– Предлагаю проследовать в гостиную, – сказал он громко. – Самое время подавать ужин.
– Будем надеяться, что господа не будут больше исчезать где-то в доме, и мы сможем отужинать вместе с сэром Барлоу, – мисс Вуд поднялась со своего места. За ней последовали и остальные дамы, а следом – и джентльмены.
– Я был бы рад отужинать в компании сэра Барлоу, – со значением произнёс лорд Хаттон и переглянулся с полицейским.
леди Макабрпоместье Оффорд, центральное зданиесентябрь, 156 часов 37 минут после полудня 
Леди Макабр неторопливо миновала лестничный пролёт и вышла на площадку между третьим и вторым этажом, чтобы к приятному удивлению встретиться там с хозяином поместья. Сэр Барлоу был одет в синий камзол с серебряными пуговицами и белоснежные брюки. Цвет его наряда удивительно гармонировал со светлыми волосами и перекликался с оттенком платья прекрасной гостьи.
  
– Леди Макабр, очень счастлив, – хозяин поместья поклонился и предложил руку.
– Сэр Барлоу, – леди присела и чуть склонила голову.
– Герр Беркенштофф сообщил, что вы прибыли. Чем обязан такому неожиданному и приятному визиту? – с улыбкой произнёс хозяин дома, спускаясь в сопровождении прекрасной дамы по лестнице.
– Письму, которое вы мне прислали, – в лёгком недоумении ответила леди Макабр.