Не играй с нами, девочка (СИ)

— Ты красива, — продолжил он, — чертовски красива...
Он легонько дотронулся до ее волос, убрав красную прядку от лица.
— Не бойся, малышка, ничего не бойся.
Малышка.
Марк спустился ниже по ее волосам и откинул их за спину, забыв свою ладонь на ее плече. Он улыбнулся и придвинулся еще ближе. На этот раз Бекки не шелохнулась.
— Я умею быть ласковым, когда хочу.
Еще чуть и она сама наклонится к нему. Анна могла в подробностях описать ощущения девушки. Она знала их наизусть. Дьявольское мужское обаяние и красивое волевое лицо. И в тоже время от него исходила угроза. Не легкая и возбуждающая, а настоящая, пронизывающая до самого нутра. Безотказная комбинация, да, он был именно таким, из больной женской фантазии. Насильником с позволения.
— Помоги мне, — надавил Марк.
Анна коснулась руки охранника и встала на носочки, чтобы дотянуться до его уха.
— После передай боссу, что я жду его в соседней комнате.
Она вышла, придержав дверь, и побрела назад по коридору. Она успела запомнить, что здесь и где, несмотря на стремительный шаг сопровождающего. Случайно названная комната располагалась за первым поворотом, и она вдруг оказалась самой неподходящей.
Хоть и безлюдной, к счастью.
Две стены от потолка до пола закрыли зеркалами, над ними же стояли продолговатые столы, заваленные косметикой и бижутерией. Напольные перекладины с россыпью вешалок занимали другую половину. Анна провела рукой по нарядам, которые царапнули кожу стразами и заклепками. Взгляд они царапали также зверски, от расцветок закружилась голова.
Она наткнулась на короткое платьице, которое само попросилось в руки. Анна со злой усмешкой выудила его и приложила к телу. Неясный импульс налился ударной силой. Она сняла с себя всю одежду без исключений и натянула леопардовую шкурку. Потом собрала волосы в высокий пучок, чтобы примерить белый парик. Самый белоснежный, уходящий в мертвецкую синеву и даже не притворяющийся хоть на каплю натуральным. И еще красная губная. Она придирчиво оглядела себя в зеркале. Отлично. Не хватало одной детали. Ценника.
Она успела расчистить столик, собрав палетки в сторону, и усесться на него, закинув ноги на красный пуф. Шаги Марка она угадала сразу. Именно его шаги. Он вошел в комнату и замер на мгновение, увидев ее. Затем закрыл дверь и облокотился на нее. Его взгляд смягчился и заблуждал по ее телу.
— И как ощущения? — спросил он с улыбкой, оставшись в другом конце комнаты.
— Никак не могу выбрать себе имя. Повычурней.
Он наклонил голову и едва удержался от усмешки.
— Виолетта.
— Виолетта, — повторила Анна, растягивая по слогам. — На него встает?
Марк кивнул.
— Ведь этот клуб давно у тебя?
— Да.
— Ты трахал кого-нибудь здесь?
— На столе — нет.
Он, наконец, шагнул к ней.
— Хочешь грязных разговоров? — спросил Марк.
— И не только разговоров.
Он подошел вплотную и ногой оттолкнул пуф, выбив его из-под ее туфель.
— А это не будет считаться изменой?
Крепкие руки Марка подхватили ее ноги, мягко очертя лодыжки.
— А ты назови меня малышкой, чтоб наверняка, — ответила Анна.
Он закусил нижнюю губу и вернулся глазами к ее лицу.
— Ты была там?
Она кивнула.
— Видела, как ты обхаживал красавицу.
— Я жестоко льстил.
Его пальцы добрели до коленей, и он надавил, скользнув между ног. Только Анна успела сомкнуть бедра.
— Дразнишь?
— Чуть-чуть.
Марк все же нашел лазейку, медленно собрав и так короткое платье. После приблизился и глубоко поцеловал в губы. Со словесной прелюдией было определенно покончено.
— Как ты хочешь? — выдохнул он над ухом.
— У Виолетт обычно спрашивают?
Он сжал рукой ее шею и с силой притянул к себе. К своим умелым губам.
— Никогда.
Анна нащупала его ремень и молнию. Платье уже скрутилось тугим жгутом стрейча где-то над грудью, а мужские пальцы настырно и жадно ласкали ее обнаженное тело.
— Сними его, — попросила Анна.
Марк подцепил ткань, потянув вверх и скрутив ее еще плотнее. Она подняла руки и ощутила жесткое прикосновение удавки на плечах, оно проскользнуло по локтям, выше... Марк перехватил ее ладони и грубо прижал к зеркалу, заставив оставить руки вытянутыми над головой. Свежая ссадина болезненно заныла, отвлекая. Всего на секунду. Он резко подтянул ее, впившись в талию. От неосторожного движения повалилась куча пластмассовых коробков, которые с глухим звуком рассыпались по полу.
Марк вновь оказался над ней, грозный, сильный... Его распаленное дыхание чертило дорожку вдоль щеки, и от этого жара голова кружилась не меньше, чем от его сминающих касаний. Слишком сильно, слишком душно, всё слишком... Он толкнулся, войдя в нее. И Анна плотнее обхватила его бедрами. Руки дернулись вниз, чтобы почувствовать его плоть, но он так и не отпустил. «Как ты хочешь?» Так? Анна послушно расслабила тело, когда его руки спустились к ягодицам. Он наталкивал ее на себя, заставляя двигаться быстро и жестко. Раз за разом, пока он не выплеснул все эмоции.
После Анна высвободила руки и перебросила их, запутавшиеся в ткани, через его голову. Он затих на мгновение, и Анна, чудом изогнув ладонь, смогла коснуться его жестких волос. Легкое касание вдруг обожгло его. Марк поднял лицо и посмотрел на нее. Его взгляд переменился, смягчился... И он осторожным движением стянул с нее парик. Отбросил его прочь.
  
Глава 25
 
Марк молча повел ее к машине. На улице успело стемнеть, яркие гирлянды из разноцветных огней обрисовывали фасад двухэтажного здания и отбрасывали кислотные отблески на парковку. Вокруг трех джипов толпились мужчины, которым досталась ночная смена.
— Сядешь за руль? — спросил Марк.
Следом он повернулся к охраннику и жестом отослал его в машину сопровождения.
— Хорошо, — кивнула Анна, забираясь в салон.
Она увидела вывеску с названием клуба. «Пиранья» зажглась ало-красным.
— Домой?
— Ты устала? — Марк заметил ее мучения и приблизился, чтобы помочь с ремнем. — Он заедает.
У него всё получилось с первой же попытки. Замок щелкнул, и отпущенный ремень жестко натянулся, обняв ее тело.
— Так куда?
— Тут недалеко торгушка, за мостом.
Анна без лишних вопросов завела мотор и вывернула на заданный маршрут. Марк по извечной привычке скатился по спинке и вытянул ноги, пытаясь обмануть уставший организм имитацией почти горизонтального положения.
— Тебе бы выспаться...
— Я спал этой ночью.
— Пьяный сон — довольно паршивый отдых, Марк.
Он наклонил голову в ее сторону и посмотрел исподлобья.
— Я отдыхаю, когда ты рядом, — сказал он тихо.
И следом умолк, будто собрался последовать ее совету и отключиться. Правда, дорога оказалась слишком короткой, разукрашенный рекламой город промчался широким проспектом и проводил к стекляшке, которая нависала вытянутой свечкой. Огромные вывески мировых брендов намертво приковывали внимание и заставляли прочитывать строчку за строчкой.
— На парковку, — Марк указал на въезд, что огибал здание и издалека хвастался красным шлагбаумом, — и на самый верх.
Они въехали в закольцованную бесконечность, поднимаясь на верхний уровень. Тут он выпрямился и позабыл об отдыхе. Марк тянулся к рулю, недовольный углом поворота, и по его напряженному дыханию можно было подумать, что педаль тормоза в их комплектации отсутствует.
— Расслабься, — выдохнула Анна, поймав его ладонь на третий раз, — я вижу бетонную стену.
— Проблема в том, что я тоже.
Ведь ему плевать на машину. И скорости совсем нет.
— Ты не умеешь быть пассажиром, — сказала Анна.
Последний пролет вывел на крышу. Дышащее простором место, разбавленное лишь редкими машинами, встретило горизонтом прямо по курсу и жилыми многоэтажками по бокам, которые светились хаотичными огоньками. Анна придирчиво огляделась в поисках других гостей.
— Никого не будет, — подал голос Марк, заметивший ее сосредоточение.