Новая угроза (СИ)

— Если на вскидку, выходит около двадцати дней полёта, — задумчиво произнёс руководитель страны.
— Если только тело не ускорится, — ответил премьер.
— Хорошо. Идите, — приказал президент полковнику.
Офицер спрятал бумажку обратно в карман и удалился из кабинета.
— Похоже, что наши инопланетные союзники успевают как раз к началу вторжения, — сказал серьёзным тоном глава государства барабаня пальцами по столешнице.
— Не исключено, — кивнул министр. — Скорее всего у них давно всё рассчитано в разных вариантах действий и сейчас пришельцы используют один из сценариев.
  
Глава 15. Переброска
 
Через пол часа в столовой начали собираться руководители и ведущие специалисты подразделений базы. Техники принесли селектор и водрузили его на сдвинутые столы. Последним в столовую зашёл Дроздов. Все расселись по местам. На повестке дня стоял один вопрос, о срочной эвакуации со станции Полярная звезда. Слово держал руководитель проекта Химера, Дмитрий Сергеевич.
— Сегодня со мной связался начальник карантинных штабов и приказал в срочном порядке всем научным сотрудникам и гражданским в связи с изменением тора покинуть территорию Полярной звезды. С собой так же забрать самое нужное и ценное оборудование, плюс сырьё, которое нам доставили из аномалии находящейся под Колпашево.
Начальник станции Игнатьев Фёдор Михайлович приподнял руку и произнёс. — По моему мнению для такой перевозки потребуется семь самолётов и это на вскидку. Ведь людей и аппаратуры много. А у нас нет в наличии столько транспорта.
— Полетят не все, — ответил ему профессор. — На базе останется обслуживающий персонал из числа ваших военных и один человек из наблюдателей группы Скрипки, Евгений Верещагин. Он решил остаться.
— Я тоже остаюсь, — поднял руку один из сотрудников мониторинговой группы тора.
— И я, — подтвердил другой наблюдатель.
— Мы все работающие в башне, остаёмся, — ответил за всех старший группы Вадим Мельников.
Дроздов на мгновение задумался, затем тихим тоном произнёс. — Я не имею права ни вам, мониторинговой группе, ни тем более военным приказывать, — профессор оглядел присутствовавших и уже громче продолжил. — Но я настоятельно требую всем без исключения покинуть станцию. даже военным. Оставаться здесь крайне опасно. Требовать я же могу?
— Требовать можете, — ответил Вадим. — Но, есть один аргумент в наше оправдание. Судя по мониторингу, наблюдаемый тор пока не представляет для нас никакой опасности и скоро должен исчезнуть совсем. Я не могу ручатся на сто процентов, что здесь ничего не произойдёт. На данном этапе тор ведёт себя спокойно. Его активность в связи с уменьшением в размерах снижается. Без энергетических всплесков и аномалий он стабильно затухает. Судя по более ранним наблюдениям тор после сбрасывания энергетических полей снова набирал мощность. Нарастание происходило на определённом этапе. Но сейчас этот этап пройден и после его прохождения тор начал сжиматься. Пока что сохраняется барьер и он без изменений. Аналогичное происходит на южном полюсе. В Антарктиде ведут наблюдения американские коллеги и тоже не собираются эвакуироваться. А вот учёным задействованным в программе Химера и гражданским, конечно лучше улететь.
— Если летят не все, то по моим прикидкам получается пять самолётов, — сказал Игнатьев. — Все равно много. Даже столько свободных машин лётного парка на данный момент у нас нет.
— И куда мы полетим? — поинтересовался вирусолог Виктор Николаевич Большаков.
— На самый ближайший аэродром, — серьёзным тоном ответил Дроздов.
— В Ледовск?! — воскликнула Людия Михайловна Гришина, руководитель токсикологической лаборатории.
— Да, — кивнул руководитель проекта.
— Так ведь это карантинная зона заражения! — удивлённо произнёс Большаков.
— Сейчас там относительно спокойно, — спокойно ответил ему Дмитрий Сергеевич. — Холодное время года замедлило заражённых, да и многие бешеные ушли из тех мест за беженцами. В Москву нас не пускают, есть вероятность прорыва зомби со стороны Европы и в других местах подходящих для посадки самолётов тоже пока неспокойно. Так что только Ледовск. Совсем скоро на связь выйдет следователь Скрипка, вот с ним и обсудим назревшие вопросы.
 
— Ледовск на связи, — прозвучал голос радиста из динамиков селектора стоящего на столе.
— Переключайте, — попросил Дроздов.
— Здравствуйте, — поприветствовал следователь присутстовавших.
— Здравствуйте, — ответил Дмитрий Сергеевич.
— Что-то случилось? — взволнованным голосом поинтересовался Скрипка.
— Почему сразу что-то случилось? — удивился Дроздов.
— Вышли на связь в неурочное время. Если бы это было связано с тором, мне бы мои люди уже сообщили. Значит что-то важное.
— Да. Москва нас переправляет к вам.
— К нам?! — засвистели динамики от возгласа следователя.
— К вам, к вам. Причём почти всех. А это пять самолётов, плюс один московского направления, и того шесть. Сможете столько принять.
— Мне надо переговорить с Хмурым. Подождёте несколько минут?
— Хорошо. Подождём. Конец связи.
Пока Сергей Иванович ходил за Хмурым собравшиеся продолжили обсуждение.
— Сколько у нас в наличии самолётов? — поинтересовался Дроздов у командира лётного отряда Старикова Юрия Николаевича.
— На данный момент пять и есть, — ответил Стариков. — Один из них нельзя трогать, он для экстренных случаев. Ещё заправщик Ил-78. Остаётся три пассажирских Ту-154.
— Может ещё пришлют борта, — с надеждой в голосе произнесла Лидия Михайловна.
— Может и пришлют, — ответил ей Юрий Николаевич. — Но пока наши диспетчеры молчат.
— Про отправляющиеся сюда рейсы никакой информации не поступало, — подтвердил старший диспетчер Иванов.
— Так что будем рассчитывать на то, что есть, — произнёс командир лётного отряда доставая из нагрудного кармана кителя блокнот. Он положил его перед собой, нервно открыл и начал что-то высчитывать быстро чиркая ручкой по бумаге.
— А как же оборудование? — поинтересовался вирусолог.
Стариков оторвался от вычислений. — Я здесь прикинул количество улетающих, — произнёс он. — Посадочных мест как раз хватит и ещё места останется, которое можно заполнить оборудованием. Самолеты будем заполнять пассажирами не полностью. Остальное пространство укомплектуем приборами. Так же можем задействовать Ил как транспортник. Скрипка как-то говорил, что у него с топливом аврал, так что предлагаю Ил использовать по прямому назначению как танкер, взять дополнительно топлива заполнив танки.
— А вдруг всё не поместиться, можно же будет направить самолёты из Ледовска обратно сюда, — внесла предложение Лидия Михайловна. — Сделать дополнительные рейсы.
— Не получится. Это полёт в один конец, — ответил Юрий Николаевич.
— Почему? — удивилась Гришина.
— По техническим причинам, — произнёс Стариков пряча блокнот обратно в карман. — Для подготовки самолёта к полёту в зимнее время требуются работы по очистке систем от льда специальными машинами. Из них проливают анти замерзающими составами подвижные узлы, которые находятся на крыльях и хвостовом оперении. Подготовка шасси, да много чего. Представляете, что будет если мы начнём проводить такие мероприятия на аэродроме, где неподалёку бродят зомби. Скорее всего по этой причине Скрипка не смог вылететь к нам сюда.
— Но ведь он нам сообщал, что у него не хватит топлива для перелёта, — возразил Дмитрий Сергеевич. — Про подготовку к полёту он ни чего не сказал.
— Возможно он не знал тогда о всех нюансах предполётной подготовки. Хотя я наверняка сказать не могу, что у них за аппарат. Ведь их Тушка не совсем Ту-154 в классическом понимании и возможно именно на их самолёте стоят супер секретные наработки позволяющие взлетать в морозное время без подготовки, — ответил Стариков.
— Так для чего же нам туда перегонять полный заправщик? — спросил Большаков. — Ведь воспользоваться горючим мы не сможем.