"Фантастика 2024-184". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Матвеем, убери их с глаз моих, пока я из их черепушек подсвечников не наделал. — Додо помнил мою просьбу обучать своему ремеслу всех желающих, потому и не мог отказаться, прогнать их сам. Но всему ведь есть предел. Сейчас в его кузнице работало четверо женщин, две му, одна кролли и одна толстенькая, прям с волнами на боках, выдра. Даже эти пятеро имели сложности разминуться между собой, не говоря уже про сующих свои головы со всех сторон эльфов.
— Так, новое правило специально для Додо и кузни. — Похлопав в руки, мысленно подзываю на помощь к себе моего ангела хранителя Зуриэль, и та, вместе со своими инквизиторами, за пару минут оттесняет толпу от мастерской. — Пока мастер работает, трое могут смотреть, ничего не трогать и молча запоминать, что он делает. Если хоть кто-то что-то уронит, заставит того испытать неудобство, Додо имеет полное право выгнать провинившегося из мастерской, понятно?
Гном вздохнул с облегчением. Эльфы, в свою очередь, расстроенные моими словами, не смея спорить с хозяином этого места и той, кто находился рядом с ним, стали разбредаться кто куда.
— Как же велика твоя власть над этим поселением… — В очередной раз удивившись послушанию местных, а так же прибывших Хранителей, проговорила Цветок.
— Велика? Она безгранична. — Ответила за меня Зуриэль. Цветок с опаской перевела взгляд на ангела. В голове феи зрел какой-то очень и очень неприятный вопрос.
— Хочешь сказать, даже жизни этих несчастных принадлежат Матвеему? Что лишь по одному своему желанию, он может взять и всех убить? — Чего-то подобного я и ждал. Разумеется, нет, я никогда не сделал бы чего-то подобного. Не навредил бы своим, а быть может даже жизнью собственной за них рискнул!
Цветок болезненно ударила по моему самолюбию. Мне захотелось оспорить её слова, но, та что стояла за моей спиной первой взяла слово.
— Он нет, а я да. — С извечной, спокойной и серьезной миной, без задних мыслей ответила Ангел Кровопролития. Фея замерла, я, робко усмехнувшись, поправил воротник впившейся мне в горло рубашки. Слова не лезли из моего горла.
Зуриэль, ну скажет бля, хоть ссы хоть падай. Она ведь была представителем света, сущностью, оберегавшей добро и справедливость, ангелом, в конце концов. Ну не могла же она говорить всерьёз, наверняка же неудачно пошутила… Хотя, ранее, я не помнил, чтоб она хоть когда-то пыталась шутить.
  
Глава 16
 
Переплавка эльфийской стали оказалась для нас с Додо, Цветком и Зарёй первым шагом в достижении более высоких температур плавления. Обычными способами растопить осколки брони не удалось. У остроухих кузнецов на службе эльфийского короля были свои секреты, таинства в работе с металлами. Я надеялся, что фея окажет нам любезность, поделится ими, но, увы, она всего на всего главный охранник гробницы, а не ремесленник. Так же дела обстояли и с другими мастерами их рода. Работа с железом, коего у Хранителей не много, высшая из возможных ремесленных наук, а вместе с тем привилегия, дарована избранным. К несчастью, все избранные кузнецы верой и правдой служили их властителю.
За работой нашей в кузне наблюдала гордая Эсфея. Всем своим высокомерным видом она показывала, что будет только рада, если у нас ничего не выйдет. Так же, она презрительно глядела на Цветок. Её облик, внешний вид и имеющаяся у феи сила раздражали божество. Эсфея сильнее Цветка в добрый десяток раз. Благодаря отдыху, спокойному, не особо затратному по мане образу жизни и постоянно растущему числу последователей, повелительница водных миров становилась всё сильнее и сильнее. Она, как бездонный колодец, поглощала ману и ревниво относилась к тому, что я сливаю остатки своей силы в Зуриэль. Эсфея боялась что я, ей на зло, начну передавать силу кому-нибудь ещё. Божество по своему ревновала, злилась, тогда когда я преследовал личные выгоды. Я верил ангелу, доверял больше, чем её хозяйке, знал, что, в отличии от Эсфеи, послушная Зуриэль жизнью рискнёт ради меня, потому и делал сильнее именно её.
  
Додо долго мучался. Истратил много угля, дров, да и Семечко серьёзно измотал. Цветок меньше других горела желанием тратить свои силы, которые могут понадобиться в бою на переплавку того, за что мы, в случае неудачи, и так заплатим. Лишь мои напоминания о стекле и важности данных опытов, хоть немного стимулировали фею помогать. Время летело быстро, только к наступлению вечера мы получили хоть какой-то прогресс. Сталь поддалась, расплавилась, став единым слитком, из которого уже завтра, после отдыха и пополнения запасов топлива в кузнице, мы попробуем что-нибудь сделать.
Отдохнуть нашей гостье я предложил в своём доме, так же, вместе с ней пригласил обсудить кое-что важное Эсфею. Ни первая, ни вторая отказываться не стали, и уже спустя пятнадцать минут за накрытым, подготовленным Мурркой столом сидела целая делегация. Вопросов у меня накопилось много, но, как радушный хозяин перед тем, как браться за решение проблем, сначала накормил гостей своими магическими творениями, от питательности коих Хранители были в восторге. Стол ломился от угощений. На первое был подан рыбный суп. На второе, вареная картошечка, к ней, украшая стол, жаренное мясо пик-пик и какой-то подстреленной охотниками птицы (может гуся или утки). Всё остальное свободное пространство на столе занимали сыры и свежесобранная зелень. Так же, для утоления жажды, присутствовал отвар на душистых травах, либо же, если гостям подобное не нравится, свежее молоко. Цветок Жизни съела абсолютно всё, что было ей предложено, свою порцию и ещё три добавочные. Эльф так же требуху свою набил под завязку. По глазам его горящим было видно, на подобных пирах тот редкий гость. Мы так-то обычно тоже не шикуем, но сегодня требовалось показать гостям всё, на что мы способны. Не только в деревне, но и за столом.
Заметив внимательно следящую за тем, чтобы тарелки наши не пустели Муррку, встречаюсь с ней взглядом, поднимая вверх большой палец. Молодец, красотка!
Словно солдат, встав по стойке смирно, она, гордо дернув носиком, так же вытянув руку, показала большой палец. Мы друг друга поняли.
Дождавшись, когда гости подкрепятся, начинаю свой ненавязчивый допрос. Сперва Цветок, ей я объяснил о нашей готовности сотрудничать, показал и рассказал практически все наши секреты, благодаря которым Хранители могут избежать голода. Наступал момент древней делиться тайнами, и первые из них — это оружие. Что именно охраняла древняя фея, почему одна из сильнейших среди всех живых сущностей была вынуждена вести отстранений образ жизни, и что же такого опасного хранилось в чертогах склепов старых эльфийских погребальных камер.
Первым секретным оружием, а, вернее, боеприпасом к нему являлись драконобойные стрелы для лука короля. В последней войне за выживание были созданы особые магические стрелы. Создавали их при помощи магии всех фей и силы души Хранителей. Около сотни эльфов пожертвовали своим бессмертием ради создания всего десяти магических, способных пробить чешую Короля драконов стрел. С падения последнего из драконов, уцелело лишь две из десяти стрел. Отравленные ненавистью бывших владык небес, стрелы превратились в источники злой энергии, способной свести с ума любое слабое духом существо. Во избежание подобного, дабы тьма, блуждающая в мире, не заполучила столь опасные предметы, жители Богорощи и создали великие склепы, в коих им и предстояло хранить все тайные, опасные для мира живых секреты. Так, лесной народ светлых эльфов стал народом Хранителем. А их собратья, желавшие не просто хранить, но и создавать, а вместе с этим ещё и использовать тёмные артефакты для выгоды, превратились в их врагов.
— Моя наставница как-то рассказывала о них, клане мятежных мастеров, прикоснувшихся к тёмным таинствам. Они были совершенной другими, не такими как мы. Они затаптывали Семена и резали Цветы, надеясь на крови нашей взрастить собственную силу. Творя злодеяния и бесчинства, они, подчиняясь правилам и законам Кровавого Кузнеца, несли хаос, порабощали и убивали слабых, проверяя чего, сумели достичь в своих тренировках. «Другие» или же, как мы позже начали их укороченно звать Дроу, стали заводить рабов, пытаясь сохранить ветхий, не успевший восстановиться после войны мир, мы были не против, терпели. Но шли годы, века, наступил момента, когда Дроу стали использовать Семена и слабых, попавших в сети их интриг, светлых братьев Хранителей в качестве своих домашних игрушек, тех же рабов. Подобное неуважение недопустимо, вспыхнул бунт, началась резня, в которой победили те, кто стерёг склепы с реликвиями — светлые Хранители.