"Фантастика 2024-184". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Как же у тебя всё сложно… — Глядя на уплетающую пюрэху, богиню, проговорил я. — Теперь о стекле, как мне его получить?
— Песок известняк и щелочь… Вот твоё стекло. — Не утратив элегантности, продолжая кушать, выдала Эсфея.
— И… а дальше что? Как печь построить, температуры нужной добиться, форму получить… — От моих сыплющихся вопросов Эсфея отгородилась поднятой ладошкой.
— О печи можешь забыть сразу. Там температура под полоторы тысячи градусов нужна. Углём и древесиной такого добиться у тебя точно не получится. И не рассчитывай на силу той огненной блохи, она подобного тоже дать тебе не сможет.
— А ты? — Спросил я, и существо коварно ухмыльнулось. Естественно она могла, только вопрос в том, хотела ли.
— Храм…
— Отказано. — Тут же перебил её я. — Пара стёкол в обмен на храм? Издеваешься? У меня сейчас каждый день на счету, поселению нужны дома, еда, теплая одежда в конце-концов. Мне сейчас не до твоих заскоков…
— Ты не понял, Матвей. — Подперев голову рукой, глядя в пустую тарелку ответила Эсфея. — Я ведь ем не потому что голодна, а потому что в овощах содержится энергия, в твоём мире её называли маной. Не буду лукавить, мне отвратительны плоды, выросшие в этом мире, в них слишком много темной энергии, и в то же время я в восторге от тех, что сотворены при помощи твоей силы. Скажи, почему ты ешь не свои выращенные картофелины, а вот эти?
Странный вопрос.
— Мои безвкусны, словно вода.
— Это потому что, энергия создавшая их точно такая же, как и энергия, из которой состоит эта твоя телесная оболочка. То есть, употребляя их, тело твоё не получает чего-то нового. Исходя из этой логики, я, как исток твоей силы, съедая плод выращенный тобой, так же не должна чувствовать его вкуса, но… что удивительно, даже для меня, я чувствую. Ты, твоя душа и тело позаимствовали силу и ману сразу у двух миров, превратив тебя в некоего рода магического гомункула. Ты перенял силу света — силу Астаопы, а так же, каким-то образом, получил частичку силы тьмы, Силы Кровавого кузнеца. Как это произошло — я не знаю, но, если завладею твоим телом то…
— Даже не думай об этом. — Прервал богиню я. — В общем, оставь свои божественные бредни для кого-то другого, и скажи, как мне получить это ебаное стекло.
— Я богиня водных миров, огонь — это моя противоположная стихия. Создавая его, я трачу колоссальное количество энергии, а потому быстро слабею. Сейчас я в худшей форме, что когда-либо была, могу даже не успеть разогреть компоненты, а мана уже иссякнет. Потому-то мне и нужен храм. Освятив его стены, укрепив магическим барьером, я смогу запечатать отторгающие пламя энергетические потоки. Иными словами, все излишки маны, вышедшие из моего тела, останутся в храме, позволив мне подпитываться от циркулирующей по кругу энергии.
— Иными словами… если я построю тебе храм, в нём ты сможешь выплавить мне стекло?
— Именно. — Подтвердила мои слова Эсфея. — В мире Кровавой Кузни нет храмов в мою честь, нет алтарей, нет проповедников, нет культов, славящих водные миры. Потому и силы у меня нет. Помоги мне, Матвей, помоги вернуть утраченную силу и отомстить. А я, как Древняя, так и быть помогу тебе и твоей задрыпанной мечте стать королём, или… как ты там говорил… Кажется, не королём, а… Хокаге.
Что, бля… как? Сгорая от стыда, руками прикрываю наливающиеся краской щёки, перевожу взгляд на мурку и Хохо. Это моя детская мечта, я просто переживал за ГГ, так как сам прошёл почти тоже что и он… Боже, как стыдно, лишь бы они не услышали…
— Каге? — Наклонив голову, как могла повторила за богиней последнее слово Муррка.
Глава 7
На следующий день.
— Это что за собачья будка? — Именно такой реакцией наградила меня за труды и старания Эсфея. Деревянный одноэтажный домик, за пределами «Садового кольца», то есть моей стены и рва, был создан исключительно-специально для богини и её дальнейшего, отдельного от нас, проживания.
— Почему сразу будка… Храм. — Глядя на неровно поставленный, деревянный крест, торчащий из крыши, чуть постыдившись сотворённого, ответил я.
— Храм? Чей? Символ моей веры — вытянутая водяная капля, а не христианский крест. — Продолжала рычать на меня сердитая Эсфея. Она как и всегда бесилась, но, несмотря на это, первой вошла в свой будущий дом. — Полы деревянные, стола для подношений нет, резных фигур тоже… да и за пределами поселения… почему?
«Потому что мне осточертело каждое утро видеть твою недовольную рожу» — хотелось ответить мне, но перспектива ещё сильнее разозлить богиню и потерять доступ к стеклу вынудила придержать язык.
— Ну… сама посуди, в деревне место ведь не бесконечное, а тут лес, необъятные просторы, гоб… кхм-кхм. В общем, есть куда расти и расширяться. Всё же это твой первый храм в этом мире, он ведь должен будет стать самым большим и знаменитым, когда-нибудь, в далёком будущем, возможно…
Богиня задумалась. Я то лично хотел от неё просто отгородиться, и чтоб по возможности она ряды гоблинов-налётчиков проредила, наверняка же припрутся. Дом ведь обособленный, ничем не защищён, отличная цель.
Эсфея старательно сохраняла на лице невозмутимость, пыталась показать, мол, это место убого и её недостойно, но по тому, сколько внимания она уделяла каждой мелочи и как много двигалась, понимал, объект сдан успешно.
— Сойдёт… — Хлопнув в ладоши, на выдохе произнесла богиня. — А теперь прочь из моего храма, за стеклом пришли своих приспешников вечером.
Утруждать себя ответом не стал. Общение с этой напыщенной сучкой тот ещё гемор. К тому же, и без ругани с ней, у меня дел невпроворот. Вот-вот должен прибыть отряд из Озёрного, а с ним информация, рыба, новые, поправившиеся жители выр-выр. Прошло всего несколько дней с момента, когда из деревни выдвинулись разведчики, а я уже переживал за то, всё ли у них хорошо. Не нападали ли на группу, есть ли у защитников Озёрного еда и дрова для отопления своих бараков. Все они для меня любимые, полезные бестолочи, и случиться с ними без моего прямого контроля могло всё, что угодно.
Вернувшись в поселение, проверяю теплицу. Несмотря на дерьмовые условия, постоянно открытые окна, температура внутри держалась плюсовая. Ещё днём я заметил на одной из секций зелёные рожки лука, пробивающиеся из-под оставшейся от полива, ямочки в земле. Сейчас же я видел не только поднявшийся лук, но и укроп, а рядом с ним петрушку. Медленно, редкими рядами, давая мне надежду, первая зелень пробивалась сквозь грунт.
Пик-пик ебутся и плодятся, коровы доятся, теплица подаёт признаки жизни, а значит всё идёт по плану! Находясь в приподнятом настроении, закатав рукава, по залихватски берусь за строительство общаги для выдр. Дерево имелось в избытке, трудяги мои даже камней где-то наковыряли, ну и законным итогом, к ночи, староста выр-выр, со слезами на глазах жал мне руку, клялся в вечной дружбе и благодарил за то, что мы не отвернулись от них после случая на корабле. Вина за тот инцидент на галере мучала старика. Из-за его сородичей, побросавших щиты и бросившихся в воду, на утёк, многие погибли, но я не мог винить его одного в этом. Мои парни очень долго привыкали делать рисковые, не свойственные травоядным вещи, а тут, сразу, с ходу и в бой… Я понимал это, и кролли с му так же относились к произошедшему с пониманием. Только старая выдра всё продолжала и продолжала себя накручивать.
— Хочешь извиниться, исправиться? Излишками припасов поделись с нуждающимися, этого будет достаточно. — Пафосная речь, это всё что я смог из себя выдавить.
Пока в ночи бушевала непогода, всё так же, находясь у выр-выр, из остатков дерева настругал досок, скрафтил им двухъярусных и простых кроватей. Так же стол, стулья, даже шкафчик с полками в спальне старосты умудрился сделать. В общем, потрудился на славу, нацарапал себе на табличке число оставшихся в деревне выдр и…
Едва дверь открылась, я охуел. Снег только-только начинал идти, когда я брался за работу с мебелью, а сейчас сугробы доходили прям до колена. Если дело и дальше так пойдёт, нас к херам собачим завалит и со стенами сравняет. Мда… таких метелей я в своей стране отродясь не видел, разве что когда-то давно был такой циклон Хавьером назывался, да и то, не так больно он по нам ударил, как вот это.