"Фантастика 2024-184". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Спрятав лица за масками, рыцари жестами договариваются, а после становятся в боевую формацию, переходя на бег. Мне безмерно любопытно, что будет дальше, но угнаться за ними я не могу. Буквально запрыгнув на спину одного из рыцарей, руками и ногами оплетаюсь вокруг него. Ты уж извини, мужичок…
Не заметив прибавки в весе, воин всё так же несёт меня вслед за собой, демонстрируя всё новые и новые постапокалиптические средневековые пейзажи. Разрушенные и сожжённые дома, гнилые овощи, покусанные, словно порванные дикими зверьми люди без голов либо с проломленными черепушками. Казалось, будто меня запихнули в очередное кино про зомби. Только не современное, а средневековое: с дроу и… Божечки, а это что за нахуй?
Посередине площади с копьём, вогнанным в глаз, лежал слон. Да не обыкновенный, а с руками, пальцами, ногами и ростом, как два с половиной Кобаго. Здоровенная пузатая туша, обёрнутая кожаными тряпками, покусанная и местами выпотрошенная. На мгновение мне даже захотелось остановиться, получше изучить этого исполина, но приказ нашего командира: «Не останавливаться!» — я решил исполнить так же, как и мой дроу-таксист.
Человек-слон… Твою мать! Был бы у меня такой в поселении, я б любого рыкуна, любого волколака за пояс запихнул! Вот те на… Интересно, а мамонты у них где-нибудь на севере существуют?
Мы быстро и уверенно приближались к конечной точке маршрута. То была высокая башня с деревянным частоколом, кольями, множеством напоровшихся на них зомбарей и стражи. Разношёрстной, не такой, как эти рыцари.
На стенах и крышах домов я видел непривычно маленьких лисиц, вооружённых луками. Рядом с теми, держа в руках длинные четырёхметровые копья, стояли рогатые бараны. У самих ворот дежурил одинокий, с ног до головы закованный в сталь единоро… Носорог, я хотел сказать носорог. До крупных размеров слона ему так же далеко, как кролли до размеров волколаков. Вооружённый булавой, тот жестом поприветствовал дроу.
— Где остальные? — промычал носорог.
— Мертвы. Трупы, что при жизни владели магией, сохраняют её частичку и…
— Уже знаем, — перебил дроу здоровяк, рогом своим кивнув в сторону заделанной в баррикаде дыры. — Укусы, царапины, ранения?
— Нет, — ответил кеп.
Когда отряд впустили, их всё равно раздели, после чего какая-то скрюченная бабка, заставив воду левитировать, омыла их тела, досмотрела, а после, отделив песок и грязь, вновь вернула чистую воду в чан у себя за спиной. Удобно, блять!
Отряд переодели в новое, в этот раз никакой брони, никакого оружия и спешки. Дорогие знатные костюмы с родовыми гербами, разными украшениями и кажущимися мне магическими пентаграммами, высеченными на одеждах и аксессуарах.
— Тэо, ты впервые предстанешь перед Королевой Матерью, не смей поднимать головы и говори лишь тогда, когда спросят, — произнёс мужик с сосудом, и тот, кого ещё недавно наградили ударом кулака, кивнул.
У центрального входа в каменную башню нас встречает целая толпа. Беженцы, нищие и богатые, старики, женщины и дети. Все они выглядят ужасно измученными, слабыми и голодными.
— Еды, пожалуйста… мой ребёнок, он не ел уже трое суток… — Кинулась в ноги к новоприбывшим дроу какая-то сероглазая женщина с зубками, как у хищника.
Дроу, не обратив на неё внимания, равнодушно проходят мимо, переступая через множественные обессиленные тела. Печальное зрелище задевает меня. За столь циничное и жестокое поведение хочется кому-нибудь переебать да посильнее!
Второй этаж тоже заполнен людьми. Третий, четвёртый, пятый в решётках и… и трупах. Их собирали в кучи, вытаскивали из кандалов, после чего куда-то тащили. Следов укусов я не видел, скорее всего, преступники или какие-то казнённые пленные. Седьмой этаж был полностью закрыт, лишь крики, доносившиеся из-за его дверей, могли намекать на происходящее там. Восьмой оказался предпоследним. Такой же тёмный и мрачный, но слегка украшенный. У прочных, толстых дверей лежал узорчатый ковёр, а вход охраняла пара воинов в золотых, начищенных до блеска доспехах.
— Пусть войдут. — Басистый и одновременно звонкий голос заставляет двери полыхнуть мягким голубым светом. Магия отворяет двери, открывая виды на усеянную золотом комнату, трон и восседающую на нём б… богиню…
В троне, отлитом из чистого золота, сидела смуглая стройная женщина. Длинные чёрные волосы её, лежа поверх оголённой груди, прикрывали контуры сосков, прозрачная вуаль служила той одеянием, но не могла скрыть все магические знаки, исписывавшие её тело, а также единственный элемент одежды: чёрные тоненькие стринги, прикрывавшие её лобок.
Тёмно-фиолетовые глаза устало окатили нас своим взором. При рассмотрении того, кто и с чем к ней пришёл, на безразличном аристократичном лице появились нотки любопытства.
Это заметил и её верный слуга: плечистый высокий мужчина с длинными чёрными волосами и похожими глазами.
— Королева Мать, твои дети исполнили приказ, добыли… — дальше мужик стал рассказывать какую-то непонятную для меня чушь, восхваляя свою хозяйку и достижения прочих. Сам же я, спустившись с плеч принёсшего меня дроу, попытался поправить тому примятый плащ. Казалось, он приобрёл форму моей задницы, и мне как-то за это неудобно было. Как-то же я ведь взаимодействовал с мёдом, а значит… Нет. Ткань на нём мои пальцы проходили насквозь. Ну и хрен с ним.
С любопытством принялся разглядывать комнату, местные, украшавшие её символы и золотых рыцарей. Как ни странно, любые повествующие о чём-либо письмена, любые гравировки, несущие смысловой посыл на монетах, я мог с лёгкостью прочесть, хотя и было понятно, что они разных культур и видов. Так самой большой монетой с изображением ушастого дроу или эльфа, хер разберёшь, служил Дарий, а у зверолюдов Лерв. То есть теоретически к моему читу созидателя добавлялась возможность понимать другие разумные формы жизни. Кролли и хищники моего поселения хорошо друг друга понимали, это значило, что владели они одним языком. Но кто сказал, что в мире более нет никого другого разумного? Вон, как эта Королева…
Кстати о ней. Обернувшись, внезапно глаза в глаза столкнулся с её пристальным, гипнотизирующим меня взглядом. Пусть я и был во сне или вне своей плоти, но от этого моё желание сблизиться с ней никуда не исчезало.
Смуглая, гладковыбритая кожа блистает в тусклом свете двух свечей. Грудь грациозно, едва заметно вздымаете при вдохе, всё больше оголяя сосок, и вновь прячет его при выдохе.
— Миледи, вы же не на меня смотрите? – произнёс я, будто меня могли услышать, и оглянулся. Позади стоял красивый накаченный мачо Эглер. Пф… кому такие задроты, как я, нужны?
От возникшей внутри меня ненависти к несправедливости мира, давшего мне столь худое и невысокое тело, решил немного пошалить.
Подойдя к дроу, замечаю, как та замирает. Не, ну не может же она меня видеть? Наклонив голову в сторону, она так же глядит на своих детей. Чёрная диадема в форме тернового венка на её голове выглядит очень острой, сама дроу же напряжённой, измученной и уставшей… Так что я решаюсь ей помочь, сделав небольшой массаж плеч. Что может быть более безобидным, чем массаж от призрака?
Пальцы мои, как мне кажется, касаются гордо выпрямленной спины, шеи, затем, словно случайно соскользнув, опускаются чуть ниже, под волосы к соскам и…
Гусиная кожа проступает на плечах дроу, повернув голову, глядя мне прямо в глаза, Королева произносит:
— Кто ты такой?
Глава 12
Проснулся я не сказать чтобы в холодном поту, но с ощущением неприятным. Эта женщина… дроу, она глядела на меня так, словно яйца мои были в её руках, и она в любой момент могла их раздавить.
Рядом не было ни Пом, ни Муррки. Из-за завешенного шкурой окна доносились звуки утренней жизни нашей небольшой деревеньки. Ещё раз вспомнив тот погром и ужас, творившийся на улицах неизвестного мне пустынного города, с лёгкой дрожью по всему телу зарылся под одеяло. Сколько ещё разного рода существ бродит по этой земле? Все ли они нам враги? Сможем ли мы во время объявленной хищниками охоты найти для себя новых друзей или хотя бы договориться? Вопросов слишком много, и лёжа под одеялом их не решить… Нужно вставать.