"Фантастика 2024-184". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
На что Андрей Валентинович, высокий мужчина представительного вида, сурово посмотрел на подчиненного и рявкнул неожиданно высоким, едва ли не женским фальцетом:
- Прекратите Сидоров! Какой вам гроб?! Потрудитесь называть вещи своими именами.
На что техник не растерявшись, бесстрашно ответил:
- Дык, Андрей Валентинович это для всех прочих зэков с ограниченным сроком отсидки – капсула, а для этого парня – самый настоящий гроб, ибо пожизненный срок. Интересно, что такое он умудрился сотворить, чтобы его заработать?
- И не узнаем, Сидоров, ибо судебную тайну никто не отменял. – Сказал начальник уже более мягким тоном и, посмотрев в лицо укрытого простыней до самой шеи молодого парня, продолжил с явным сожалением в голосе: - Отныне у него ни имени, ни фамилии, ни отчества, лишь лагерный пятизначный номер, а в последствии какая-нибудь обидная кликуха, которой его наградят более тертые и продвинутые в лагерной жизни коллеги. – Переведя взгляд на медика, он спросил: - Виталий Александрович, как обстоят дела у вас?
- Система жизнеобеспечения работает нормально. Стартовая концентрация нанитов соответствует оптимальной. Так что со своей стороны даю добро на помещение клиента в капсулу.
- В таком случае, господа, медлить не будем, - и, переведя взгляд на двух здоровенных медбратьев, приказал: - Кузнецов, Молоков, хватайте его, только не уроните, как прошлый раз! И вообще, еще раз на работе нетрезвыми либо с бодуна появитесь, вылетите из Центра как пробки из бутылок с новогодним шампанским.
- Андрей Валентиныч, - взмолился один из бугаев, - таки крестины у моейной дочурки были! Как не отпраздновать такое дело достойным образом?! А с тем телом, кто ж знал, что его электропроводящей пастой медики перед общим сканированием изгваздали с ног до головы, а вытереть забыли, ну мы с Николаем его не удержали, уж больно склизкий оказался.
- Ну всё, прекратить болтовню! – пропищало начальство. – Приступаем к погрузке в гроб… - и, смутившись, тут же поправился: - то есть в капсулу ВиАр.
Вскоре лежащее на тележке тело было помещено на мягкое дно вирткапсулы и надежно зафиксировано специальными механическими захватами. На что техник задумчиво произнес:
- Вот нафига кандалы, спрашивается? Боятся, побег устроит? Так оттуда… - он замысловато покрутил пальцами около своего нехилого носа, - еще никто и никогда не сбегал.
- А ты откель знаешь? – наехал на техника Сидорова, мающийся с лёгкого бодунца медбрат Молоков, - может и были эти самые… ну как их?.. Преценденты.
- Прецеденты, - на автомате поправил подчиненного старший группы.
Далее все пошло по установленному разработчиками данной модели вирткапсул регламенту. Прозрачная крышка под действием сервоприводов закрылась и внутренняя часть начала постепенно заполняться мутной жидкостью, через которую, впрочем, обнаженное человеческое тело можно было рассмотреть во всех подробностях. После того как тело очередного заключенного на пожизненный срок россиянина полностью погрузилось в жидкость, которая, в свою очередь, минут через десять трансформировалась в студнеобразную массу, поступил доклад от Искина капсулы в виде замысловатых загогулин и цифирей транслируемых посредством специальных нейроконнекторов напрямую в мозг руководителю группы, а также технику и медику. Впрочем, для специалистов, эта «китайская грамота» была вполне информативна и свидетельствовала о том, что отправка в виртуальную реальность очередного зэка прошла вполне успешно.
- Все свободны, больше заключенных на сегодня не планируется, - пропищал Андрей Валентинович. После чего направился в свой персональный кабинет принять внутрь для повышения бодрости духа стопочку-другую чудесного кубинского рома, присланного по старой дружбе одним своим приятелем еще со студенческой скамьи, работающего системным администратором какого-то жутко секретного проекта в Гаване.
В свою очередь довольные досрочным освобождением от трудовой повинности техник, медик и парочка медбратьев тут же договорились посетить чик-пок «Медведева» где пивас всегда свежий и холодный, а обалденные на вкус вяленые корюшка с камбалой ёрш пренепременно в наличии.
Глава 1
Очнулся на чем-то жестком под колючим одеялом. Носопыркой почувствовал витающий в помещении кислый запах пота, нестиранных носков и иных газообразных выделений свойственных homo sapiens. А еще ощущение царящего жуткого холода от которого не спасали тонкое одеяло из грубой шерсти в совокупности с трусами семейного образца и майкой-алкоголичкой. Лежу, ничего не понимаю, голову терзают разного рода мысли: «Где я?» и вообще, «Кто я?». В ответ на мои тревожные думы перед глазами тут же вспыхнула ярким неоном в царящем мраке надпись:
- №52345, заключенный на пожизненный срок по статье 205 УК РФ, добро пожаловать в частную исправительно-трудовую колонию строгого режима «Локация 346»! Выражаем надежду, что вам здесь понравится.
Администрация ИТК «Локация 346».
Ну нихренасе, я в виртуальной тюрьме! Интересно, за какие грехи был осужден? Насколько мне известно, статья 205 означает, что в реальной жизни я не просто общался с откровенными террористами. Ну там винишко на кухне распивал, рассуждал на тему правильности узаконенной Госдумой и Сенатом власти Вечного Президента, или анекдот какой про Величайшего и Безупречнейшего траванул где не следовало. За это пожизненный срок не назначают и вообще в тюрьму не сажают, поскольку демократию никто в России не отменял, во всяком случае, её видимость. Получается, именно моя телесная оболочка принимала самое активное и непосредственное участие в каком-то террористическом акте.
В таком случае, возникает закономерный вопрос: «Почему я практически ничего не помню из своей прошлой жизни?». Разве целью наказания не является осознание осужденным степени его вины перед обществом, с последующим её искуплением? Странные, какие-то непонятки на мою тупую башку.
Про «тупую башку» это я так, в качестве самокритики. На самом деле голова моя светлая. Наполнена кучей самых разнообразных знаний в сфере технологических достижений человечества разных эпох. Этот факт я осознаю четко. А вот для чего мне был нужен этот богатый, но абсолютно ныне бесполезный багаж знаний, неясно. Может, гидом в каком историко-технологическом музее трудился, или в свободное от основной работы время мастерил чемоданы, как один великий химик? Ну или примуса всякие для любителей древней экзотики починял? Так или иначе, но моя прошлая жизнь, за исключением моих профессиональных навыков и нехилого интеллектуального багажа, полностью сокрыта во мраке неведения от моего сознания. М-дя, ситуёвина.
Присел на кровати, осмотрелся. Темно, лишь откуда-то со стороны падает тусклый отблеск света. Постепенно зрение адаптировалось даже к столь скудному освещению, и мне удалось рассмотреть приличное по площади помещение, ровные ряды кроватей в количестве двух дюжин и спящих на них людей. Мельком отметил отсутствие у каждого волосяного покрова на голове. Провел ладошкой по своей тыковке и по лицу, результат тот же самый – гладкая как коленка младенца кожа, также никаких признаков зачатков бороды и усов. А еще меня поразила царящая в бараке тишина, как будто все прочие заключенные вовсе и не были живы. Но лишь стоило прислушаться, мерные звуки вдыхаемого и выдыхаемого лёгкими воздуха все-таки донеслись до моего чуткого слуха. Ну да, тюрьма же виртуальная, так что подцепить чахотку или еще какую суровую инфекцию зэкам не грозит .
И тут-то наконец на меня навалилось полное осознание того, что в настоящий момент я осужденный на пожизненный срок и нахожусь в какой-то там «Локации 346». Судя по царящей в помещении низкой температуре, здесь отнюдь не Пхукет, Гавайи, или Канарские острова.
Ощущение вопиющей несправедливости острой болью пронзило мой мозг. Я не помню, кем я был в своей реальной жизни – юношей в молодом сильном теле, или немощным стариком, но я точно знаю, что не мог бы совершить что-нибудь противозаконное, тем более, такое, за что был осужден на вечное пребывание в стенах вонючего ледяного Ада. Почему я был в этом абсолютно убежден? Тут мои рассуждения натыкаются на непроницаемую пелену, скрывающую факты моей реальной жизни. Но все-таки, несмотря на сокрытое от моего сознание прошлое, я был уверен, что оказался за решеткой по какой-то дикой необъяснимой ошибке.