"Фантастика 2024-184". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Там что, «Стратакастеры»? — изумился Семцов и, широко раскрыв глаза, посмотрел на меня.
Я кивнул.
— У всех будут одинаковые инструменты причёски и костюмы. Вы должны будете заменить выбывшего товарища так, чтобы никто не заметил подмены.
— А зачем? — спросил новенький, по имени Михаил.
— Так забавнее. Вы будете играть лучшие песни и возможно, станете лучшими музыкантами. Если будете работать, так как и скажу и покажу. Причём, работать и здесь и дома. Месяца три будут очень тяжёлыми. Я дам вам упражнения. И гитаристам, и бассистам, и клавишникам, и ударникам. Уже пришла множительная техника. Распечатаю и дам вам уроки.
— А что мы будем играть? — спросил Славик.
— Музыку, Славик, музыку. Играл когда-нибудь на электро-гитаре?
Тот покрутил головой.
— А на такой гитаре хорошо играешь?
— Школа классической гитары с отличием.
— На железе играешь, смотрю. Освоишь тогда и электро. Пальцы уже привыкли к железу?
— Давно играю.
— Хорошо. Бери фендер, настраивай. А ты, Михаил, играл на электричке? Что, тоже нет? Ну ничего-ничего. Освоите. Попробуете сегодня. Всё, ребятки, я переодеваюсь, а вы пока налаживайтесь. Саша, покажи ребятам.
Семцов стоял перед открытым ящиком, где как карабины в пирамидах, стояли пять гитар.
— Это же «Стратакастеры», Коля!
— А тут пять басовых «Фендеров», — показал, идеотически улыбаясь, на другой чёрный ящик Попков.
— Серьёзный дядечка, — услышал я, находясь за задником.
— Бабла у него, во! — сказал Семцов. — И играет он, как Бог! Так что, держитесь нас, пацаны, не прогадаете. Видишь, оказывается, он не одну группу хочет организовать, а несколько.
— Так одинаковых! — воскликнул Попков. — Зачем одинаковых?
— Не понятно для чего? Он же сказал: «выступать одновременно с концертами с одним и тем же репертуаром». И чтобы подмены были в любой момент. У него слышал песни какие русские? Ни у кого таких нет. Думаешь, не пойдут на его концерты. То есть, на наши концерты.
— Не думаю, уверен, что пойдут. Тексты, конечно, немного странные, но прикольнве.
— Представляешь, если у нас будет штук пять одинаковых групп и они поедут по всем городам. Пи*дец всем «Песнярам» и «Добрым молодцам». Да и «Весёлым ребятам». Смоет их, нахер, его музыка.
— Да-а-а… За*бали эти старики с их говёнными репертуарами.
— Вот Пьер с нашей помощью эти конюшни и зачистит! — послышался голос Славы Арбузова.
— Ну-ну, — подумал я и усмехнулся. — Нашли, бля, Геракла! Пришёл чистить «Авгиевы конюшни». Не-е-е ребята. Всё будет совсем не так. Я вас просто научу играть нормальный, правильный рок. Не могу же я разорваться на тысячу частей.
Я придумал вести «мастер класс», после встречи в минкульте. Они почему-то зацепились за прописанную в постановлении совета министров возможность ведения мной концертной деятельности. Минкульт интересовала валюта, а значит гастроли моей рокгруппы за рубежом. Но я-то хотел вести пропаганду тут в Союзе. И вот я подумал, что почему бы не гастролировать и зарубежом и по СССР? Не устроить ли, подумал тогда я, что-то типа интервенции. И если поначалу я хотел сделать отбор, то потом понял, что нужен масштаб.
И пришла мне в голову идея открыть на базе нашего рок-клуба мастеркласс?
Когда я вышел на сцену, гитаристы кучковались отдельно, барабанщик настраивал по тюнеру барабаны, бас-гитарист вместе с клавишником что-то ковыряли в синтезаторе, добывая из него забавные звуки, и тихо этому радуясь.
— Так, ребята… Объявление первое. В эту субботу играем танцы.
— Как в эту?! Это же послезавтра! — воскликнул Семцов.
— А что тебя смущает? — пожал плечами я. — Битлов вы знаете. Только на них можно отыграть танцы.
— Да, какой там знаете?! — воскликнул Арбузов. — Я пришёл домой, попробовал поиграть на фоно, что играли мы… Я и половины не смог воспроизвести, а тут наяривал…
— Вот и будешь тут наяривать, — перебил его я, чтобы не углубляться в мистику. — Мы танцы тут играть будем, а не у тебя дома.
Ребята рассмеялись.
— Да. Кхе-кхе… Честно говоря, и я так никогда не играл, как тот раз. Ты колдун какой-то, — пряча глаза, выразился Попков.
  
— Всё-всё-всё, — замахал руками я. — Это называется «харизма» и лидерские качества. Они у меня есть. И на этом давайте закончим обсуждение моей персоны. Я бы сюда не приехал, если бы не был уверен, что у меня, то есть у нас с вами, всё получится. Я просто знаю некоторые секреты игры на музыкальных инструментах, которым вас обучу. Закрыли тему?
— Закрыли, — согласился Семцов. — Что во-вторых?
— Во-вторых, покажу вам несколько новых песен на русском языке, которые сегодня будем разучивать. И не бойтесь облажаться. Запомните раз и на всегда. Зритель не должен страдать от того, есть у вас насторение играть или его нет. Есть голос у лидера, или он его вчера потерял. Раз они пришли слушать музыку, они должны её услышать. А для этого, что нужно?
Ребята молча вытаращились на меня.
— А для этого нужна хорошая фонограмма, — закончил я свою мысль. — Я показывал вам, что могу сам сыграть и спеть практически любую песню, если я знаю слова, хе-хе, конечно. А если не знаю, то пусть играет фонограмма, а я буду открывать рот под чужой вокал. Но это совсем крайность. Поэтому, выберем те песни, фонограммы которых у меня уже есть. И их, откровенно говоря, дофига. Даже русских. Поэтому, если что вдруг пойдёт не так, включим фонограмму вашего инструмента и всё. Сейчас покажу.
Я достал из сегодня растаможенного ящика восьмидорожечный магнитофон, поставил на него бобину, включил воспроизведение. На ней я перепевал песни Любэ.
— Вот сейчас отключу одну дорожку с партией баса.
Звук бас-гитары пропал.
— Включу.
Появился.
— Минус ритм гитара.
Гитара смолкла.
— Минус барабаны.
Остался бас, голос и клавиши.
— Убираю бас-гитару и клавиши.
Мой голос исполнял песню про коня в поле.
— Мы запускаем фонограмму только с барабанами и играем, но знаем, что в любой момент можем включить любую партию. Понятно.
— Понятно, — сказал барабанщик. — Так я, что вобще не нужен?
— Почему? Я могу оставить только «бочку». Барабаны я обычно на две дорожки пишу. Басовый всегда отдельно. Он забивает остальное.
Пока разъяснял, песня закончилась.
— Хорошая песня, — сказал новенький Миша. — Но под неё танцевать как-то стрёмно. Выводишь так девчонку на танец, а звучит: «Выйду ночью в поле с конём…»
Все заржали. Я тоже.
— Действительно. Её просто на концерте испоолним. Потом разучим. Слушаем вот эту.
Заиграла песня «Атас» [139]. Постепенно лица у ребят вытягивались, они стали переглядываться, хмуриться.
— Что скажете? — спросил я по окончании.
— Почему это нет хлеба? — спросил Попков, пряча глаза. — Есть хлеб.
— Ты о чём? — невинно спросил я.
— Ну, ты поёшь, что хлеба нет, но полно гуталина. Ещё какого-то горбатого главаря приплетаешь.
— Кхе-кхе, — кашлянул и нахмурился я. — а что фильм «Место встречи изменить нельзя» на экраны ещё не вышел?
— Какой-какой?
— «Место встречи изменить нельзя». С Высоцким и Конкиным в главных ролях.
— Не-е-е-т, — удивлённо вытянули лица ещё больше ребята.
— Тьфу, ты! — сплюнул я. — Снимают ещё, наверное. Я сценарий читал и вот навеяло. Там милиционеры в сороковых — сразу после войны — ловят банду «Чёрная кошка», а у неё гловарь по кличке «Горбатый». Вот…
Семцов покрутил головой.
— Не поймут нас. Вот фильм выйдет, тогда, может быть.
— Да-а-а… Ну давайте следующую слушаем. «Дуся-спортсменка» [140] называется.
Начало вроде ребятам понравилось, потом они снова стали переминаться и переглядываться.
— Что опять не так? — нахмурился я.
— Ты, Пьер, только не обижайся… Грубая она какая-то, — сказал Семцов. — Девчонки могут обидиться. Я такую играть не буду.