"Фантастика 2024-184". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Прикрываясь каменными големами, огромными, поднятыми из мертвых воинами-носорогами Го, Война, по трупам сквозь пламя, добирается до Древа Жизни. Несколько зачарованных эльфийских стрел, огибая препятствия, живые камни и мертвую плоть, по дуге, достают Войну. Высекая искры, две стрелы чиркнули по ржавому, перепачканному сажей нагруднику. Хранители точны, умелы, но их стрелы малоэффективны. Приметив стрелка, искуссно пускавшего по нему две стрелы разом, Война, реагируя на атаку, рукой ловит одну из стрел. «Ваша магия слабеет…» — едва демон подумал об этом, как длинноухий стрелок, следующим выстрелом попадает Войне прямо в голову. Стрела вошла точно в прорезь для глаз, застряла в черепе. Будь темный гигант простым смертным, наверняка бы погиб, а так… Вырвав стрелу вместе с сгнившим, давно не видящим глазом, демон отбрасывает стрелу в сторонку, поднимает с тела убитого гоблина копье, целится. Ушастый почувствовал, за ним следят, его ждут, и решил сменить позицию, затеряться среди других стрелков.
«За спинами братьев прячутся только трусы». — Не став долго ждать появления снайпера, Война метнул свой снаряд ввысь на пятьдесят, а в длину на триста метров. Летя по прямой, будто пуля, копье пробивает самодельное укрытие Хранителей, подбрасывая в воздух и прибивая к стенке одного из стрелков. — «Я тоже слабею…» — глядя на свою руку, понимая, что бросок вышел хуже, чем ожидалось, Война, вместе со своей гвардией, продолжает путь прямо под древо.
Тасс Меллим Морел.
Едва сделав выстрел, точный, возможно, самый искусственный в моей жизни, чувствую, враг, который должен был умереть, обнаружил меня. На спине проступает холодный пот, из пламени, охватившего мою любимую улицу Мира, виднеется сапфировый блеск красного демонического глаза. Существо, которое я поразила прямо в голову, выжило!
Опасность, верещали инстинкты, которым я привыкла доверять, поэтому меняю позицию, решаюсь попытать удачи, взглянув на врага под другим углом. Должно ведь быть у этого чудовища слабое место!
Несколько ступеней вверх пробегая за мгновение. Внезапно слышится удар, мощный, глухой. Враг использовал какое-то осадное оружие? Выглянув из двери, ведущей на длинные балконы, замечаю разлетевшуюся в клочья баррикаду, а над дверью, в которую я заглянула, с копьем в груди висит мой старый знакомый. Его пробило насквозь, пронзило сердце, пригвоздив к стене нашего общего дома. Это был он… Чудовище, взявшее себе имя Война! Проклятье… если в голову бить бессмысленно, значит нужно бить по телу, искать питающее его ядро. Броню его я не пробью, тогда можно попытаться через стыки в латах, нужно подняться еще выше! Вернувшись к лестнице, вижу поднимающуюся вверх платформу. Грузовой лифт со стрелами, перевязочными материалами, водой и зельями маны — то, что нужно. В длинном прыжке цепляюсь руками за один из углов лифта. «Осторожно!» — кричат собратья, но их волнения беспочвенны, я уверена в себе и силе своих рук. Чуть раскачавшись, закидываю ногу, подтягиваюсь и забираюсь на платформу. Перед тем, как грузовой лифт поднимется, у меня есть время перевести дух, успокоить дрожь в руках и отдышаться. Нервозность, страх перед демоном, пытаюсь заглушить посторонними мыслями. Хорошая штука, этот «лифт». О их существовании наш народ узнал еще из писаний Матвеемовых, но создали их Хранители, не так уж и давно, лет триста назад… Эх, сколько бы сил, а быть может и жизней, мы бы сэкономили, если бы Сад был менее ревнив к Знаниям, письменам и картинам, занесённым в журнал Тайных знаний Его. А ведь когда-то, мы вместе расшифровывали их. Может, нет… наверняка Цветок Последней Зари и Божественных Ветров обнаружили и имеют оружие против этого чудовища, иначе, без этих секретных знаний, я никогда бы не смогла объяснить причину успеха этой треклятой страны, частью которой, с радостью и благодарностью, в темное тысячелетие, стали Хранители рощи. Матвеем, мы были плохо знакомы, почти что чужие друг другу, в какой-то степени, враги, но, вспоминая то, что ты после себя оставил, я испытываю грусть, тоску и страх о том, что ты бросил нас навсегда. Боженька… ты нужен нам.
Исполнить полный ритуал поклонения — нет времени. Языком коснувшись указательного пальца, на лбу, поверх пота и грязи, вывела букву «М», с молитвой и просьбой сохранить мою жизнь. Ощутив уверенность, прилив сил, делаю рывок, спрыгиваю с лифта и, перенося центр тяжести при приземлении, делаю кувырок.
— Тасс Меллим! — воскликнул Лафендрил. В кармане его нагрудном, повиснув на ткани, обессиленной лежала едва живое Семечко Росы.
— Что случилось? — Поднимаясь на ноги, тут же достаю из колчана две стрелы.
— Чудовище уже под древом, они раздувают пламя! — Испуганно кричит Лафендрил.
— Под Древом Жизни Неиссякаемый источник. Нет смысла бояться пламени. — Мой воин знал это не хуже меня, и все же…
— Это пламя неестественное… взгляните, туда, Тасс. — С трудом подняв свою крохотную ручку, пальчиком указала на охваченный пламенем лес Семечко Росы.
Огонь, он становился все больше, все злее, распространяясь, перебрасывался от травинки до куста, а от куста до дерева, охватывая дома, всю рощу. Мои собратья, близкие друзья, соседи, с которыми мы прожили не одну тысячу лет плечом к плечу, оказались запертыми в своих древесных крепостях, не каждая из которых имела под собой свой собственный водный ключ. Пламя гасили, но стоило защитникам приняться тушить другой очаг, оно разгоралось вновь, поднимаясь по стволу все выше, выше и выше. Вдали, где-то у главной стены, я видела, слышала, как с горящего словно факел дома, вниз, с криками от боли, отчаяния и ужаса, с самой вершины кидались крошечные, размером чуть больше ногтя силуэты. Нас сжигали заживо, захватив власть над землей, заперли, сделав заложниками собственных домов. Мой взгляд упал на близкое, соседствующее с нами древо, которое также не имело под собой ключа. Воины, напуганные, первые десятки этажей, используя куртки из кожи и ткани, пытались сбивать пламя, высовываясь из окон, тушить, получая в ответ стрелы, копья и магические заклинания с земли. Они горели, пламя поднималось вверх, и не было того, что могло бы спасти их.
— Ясно. — Семья сероглазого Лафендрила, что только-только поступила на службу Божественному древу, как раз находилась в том не имеющем источника древе. Видя ужас в его глазах, ощущая страх и панику не только воина, но и его верного Семечка, хватаю парня за плечо, встряхнула. — Отправляйся вниз, сообщи о пламени моему отцу, а мы пока организуем спасение соседей.
— Но как? — Чуть оживившись, воскликнул воин.
— Исполняй приказ! — Отпустив плечо и ударив того по щеке, воскликнула я. Он пришел в себя, кивнул, затем тут же кинулся вниз по лестнице. Прости, собрат, пока еще мне не известно, как защититься от этого магического, Лесного пожара. Выглянув из очередного балкона, замечаю несколько объединившихся в одну массу големов. Они завернули за толстый корень, спрятались, став навесом и защитой тому уроду. Попасть будет сложно. Сев на парапет, правой стопой цепляюсь за перила, откидываюсь назад. Под мной больше восьмидесяти метров пустоты, под которой объятые огнем травы, и те, кто изо всех сил старается нас убить. Несколько арбалетных болтов пролетели в паре метрах от меня, прежде чем удалось сделать зачарованный магический залп. Первая стрела под действием магии закручивается, зайти во врага с непредсказуемой траектории помогает вторая, врезавшаяся в оперение первой стрелы. По дуге в девяносто градусов, Точно в цель, прямиком под каменные глыбы. Сегодня я как никогда хороша, вот только все бессмысленно. Теперь ни то что слабых мест не разглядеть, но и Вожака демонов не увидеть.
Барьер Цветка Божественного Древа, защитный, являвшийся сильнейшим из когда либо созданных оборонительных заклинаний, зеленой, полупрозрачной стеной начинает покрывать наш дом. Вернувшись в укрытие, вижу, как огненные заклинания нападавших разбиваются о магическую преграду. Цветок Древа превзошла сама себя. Даже пламя, то, что бесновалось снаружи, не могло ухватиться за структуру её магии. Зная о внутренней силе и запасах маны Цветка, в ближайшие недели можно не беспокоиться о проникновении врага в древо, или о пожаре, так же как и о голоде — все необходимое имелось в избытке. Только… в Древе Жизни проживало меньше половины процента от числа всех Хранителей. Все остальные находились за пределами барьера, в ожидании скорой и неминуемой, мучительной гибели. Вдали, с треском, истошными криками стало заваливаться на сторону еще одно древо. Ветви его, как и жители, были охвачены огнем, горели заживо. Если ничего не изменить, весь древний народ ждала та же участь, а с ней и забвение. Проклятье, мы должны выжить, выстоять, помочь нашим близким и родным!