Судьба

– Позвольте вам сказать, это на редкость омерзительное состояние. Несколько часов гудит в ушах и перед глазами все плывет. И голова кружится. Неудивительно, что я говорил словно пьяный. – А это для адмирала Деплена и вообще для всех своих, кто надумает послушать запись. Самопожертвование тоже должно иметь пределы, все оно уже и так весьма паршиво – черт бы побрал этого Байерли!
  
Фано криво усмехнулся:
– И что же на вашей работе настолько важного, что вы сбежали с места преступления? Ведь если верить вашему рассказу, вы были жертвой?
Айвен приосанился, впервые показав себя высокородным фором, адъютантом адмирала. Он тоже умеет сообщать ледяным тоном неприятные вещи.
– Основная часть моей работы, сер Фано, строго секретна. И этого я с вами обсуждать не буду.
Комарриане дружно моргнули.
– Готовы ли вы, капитан, повторить свои свидетельские показания под суперпентоталом? – первой нашлась Салмона.
Айвен, скрестив руки, откинулся на спинку стула – это была его территория, и тут он чувствовал себя вполне уверенно.
– Это не в моей компетенции, – беззаботно ответил он. – Вам необходимо обратиться к моему командиру, адмиралу Деплену, шефу оперативного отдела, а затем, после этого, ваш запрос должны будут утвердить в штаб-квартире СБ в Форбарр-Султане. Вероятно, лично генерал Аллегре. – «На самом деле не «вероятно», а точно, черт бы их побрал». – При применении наркотика и антидота должен присутствовать сотрудник СБ, который будет вести протокол. Перед этим вы оба должны пройти персональную проверку со стороны СБ и получить допуск. – После короткой паузы Айвен любезно добавил: – Конечно, вы можете подать запрос. И недели через две, полагаю, получите ответ. – А сам он, надо думать, к тому времени будет уже на пути домой.
Детективы буравили его неприязненными взглядами. Все нормально. Айвену они тоже не сказать чтобы очень уж нравились.
– А вы что, даже не сообщали об этом инциденте вашей СБ, капитан? – спросил Фано.
На самом деле они ему очень и очень не нравились.
– Я кратко доложил о происшествии моему командиру. – В какой-то мере это правда, но – о Господи Боже! – Деплен его за это поджарит завтра утром на медленном огне. – Поскольку дело не закончилось больницей или моргом и меня не допрашивали, не пытали и даже не ограбили, я вынужден классифицировать это как несчастный случай, произошедший со мной в нерабочее время. Немного загадочный, да, но решать загадки – дело имперской СБ, – «а может, и задавать загадки», – а это, благодарение Богу, не мой отдел. Я оперативник и счастлив, что это так. Видите ли, все сотрудники СБ, с которыми я когда-либо имел дело, были дьявольски изворотливы. – «Особенно мои родственнички». – Но когда СБ решит, как, по их мнению, это следует трактовать, меня, несомненно, поставят в известность.
– А не захочет ли имперская СБ поделиться какими-нибудь результатами со службой безопасности купола Солстис? – поинтересовался Фано, явно ни на что не надеясь.
– Вы можете подать им запрос, – ответил Айвен и тут же прикусил губу, сдерживая торжествующую усмешку.
Салмона побарабанила пальцами по столу.
– У нас на руках по-прежнему остается пропавшая женщина. Или не у нас на руках. Мне это не нравится. Если тот, кто пытался ее похитить, потерпел неудачу, то где она тогда?
– Могу предположить, что она, вероятно, оттуда свалила и теперь скрывается где-то в другом месте, – сказал Айвен. – Если ее преследуют, это было бы самым разумным решением.
– Разумным решением было бы обратиться за помощью в службу безопасности купола, – чуть ли не с отчаянием проговорила Салмона. – Почему она этого не сделала?
Айвен почесал в затылке.
– Не знаю… Я у нее особого доверия не вызвал. Но если она переехала сюда совсем недавно, то не исключено, что ее тайны корнями уходят туда, откуда она родом. Напомните, пожалуйста, откуда она?
– Из купола Олбия, – автоматически ответил Фано.
– Тогда, может, вам, ребята, стоит обратить внимание на купол Олбия? – «А не на мою квартиру, трать-тарарать?»
– Это станет нашей следующей задачей, – вздохнул Фано. Он уперся ладонями в стол и рывком поднялся на ноги. Интересно, сколько ему удалось поспать прошлой ночью? «Все равно больше, чем мне».
Детектив развел ладони, нехотя отпуская Айвена.
– Благодарю за сотрудничество, капитан Форпатрил. – «Каким бы оно ни было», – Фано не произнес, но явно хотел, подумал Айвен.
– Похоже, мои личные неудобства в этом деле не самая главная проблема. Не сказал бы, что мне было очень приятно. Но и благодарить не за что. Искренне надеюсь, что с серой Бриндис не случилось ничего дурного.
Айвен почти демонстративно проводил своих гостей до поста охраны, где те должны были отметиться. Допрос с пристрастием остался позади, и он поспешно ретировался.
  
Глава четвертая
 
И солнце, и отражатель уже давно зашли, на улице было темно, а капитан Форпатрил все не возвращался, и это здорово нервировало. Но когда он наконец вошел, держа в руках большущие тяжелые пакеты, от которых исходили дразняще вкусные ароматы, Тедж мгновенно простила ему все.
– Нам необходимо поговорить, – едва отдышавшись, просипел он, но две голодные женщины его переубедили (а впрочем, он и сам не особо сопротивлялся).
– Нам необходимо поесть. Вы понимаете, что оставили нам только эти кошмарные армейские пайки? – возмутилась Тедж. – И это все, что у нас было на обед. Ну, и вино, – честно добавила она. – Вино оказалось весьма неплохим.
– А у меня эти самые пайки были и на обед, и на завтрак, а вина не было вообще, – парировал он.
Риш, чей метаболизм постоянно был на максимуме, поспешно разложила приборы на круглом стеклянном столике напротив кухни. Из сумок были извлечены три вида пасты, овощи с гриля, соте из шпината с чесноком и кедровыми орешками, нарезанная ломтиками синтезированная говядина, синтезированный цыпленок, обжаренный с розмарином, салаты – и из зелени, и фруктовые, сыры, чизкейк, три вида мороженого, два сорбета и еще вино. «Мне нравится мужчина, который держит слово», – только и могла подумать Тедж.
– Я не знал, что вы едите, – может, у вас какая-то особая диета или вы соблюдаете определенные традиции, – объяснил Форпатрил. – Поэтому постарался охватить весь диапазон. Это все комаррианские блюда – тут, чуть дальше по нашей улице, имеется одно неплохое заведение.
– Я ем все, что не было прежде живым существом, – призналась Риш и тут же приступила к демонстрации.
– А я начинаю подумывать, не пойти ли на компромисс относительно бывших живых существ, – добавила Тедж.
Ей было приятно, что Форпатрил – мужчина, способный оценить хорошую еду. После этих плиток армейского рациона она уже было вообразила, что в нем кроется такой уровень барраярского варварства, который и не снился авторам головидео. Но его выбор продемонстрировал неожиданную изысканность и взвешенность. Конечно, его чувства не так чтобы совсем уж созвучны их настрою, конечно, никакого сравнения с теми врожденными способностями, да еще и усиленными соответствующим обучением, как у нее или Риш, но это отнюдь не безнадежно. И он, похоже, не собирался нарушать застольную атмосферу разговорами на всякие неприятные темы, что более чем устраивало Тедж.
После ужина он уже было решился сообщить им то, что хотел, но для начала пошел умыться и снять китель и ботинки, а вернувшись, сел на диван и почти тут же улегся.
– Я только на минутку прикрою глаза…
Глаза так и остались закрытыми, зато через некоторое время открылся рот. Форпатрил не храпел – скорее издавал какое-то убаюкивающее мурлыканье, приглушенное подушкой, к которой он прижимался щекой.
  
Риш смотрела на него, скрестив руки на груди.
– Ну надо же, эти барраярцы – просто лапушки, когда спят. Главное – они при этом молчат. – Она наклонила голову. – Он даже слюни пускает с шармом.
– Он не пускает слюни! – невольно улыбнулась Тедж.