Судьба

– Зато так мы не наследим в базах данных, – возразила Жемчуг.
Так они препирались до тех пор, пока Тедж не обнаружила, что, стоя на дне полуметровой ямы, выковыривает последние камни, уже из грунта. Бабушка наклонилась над ямой, посветила вниз:
– Достаточно вроде бы.
Амири хотя бы помог Тедж вылезти, протянув руку. Она сняла маску и обиженно уставилась на сломанный ноготь.
  
Амири выложил длинный ящик на край ямы, затаил дыхание, опустился на колени и открыл.
– Что ты так трясешься, будто это бомба? – укорила бабушка. – Без активации оно абсолютно инертно.
– Если эта штуковина ест грязь, чего бы ей и нас не слопать? – огрызнулся Амири.
– Только если ты окажешься таким дураком, что в процессе работы поместишь ее на себя, – сказала бабушка. – Я надеюсь, ничего такого мой внук не натворит, иначе зачем было тратить столько денег и учить тебя на биомедика на Эскобаре?
Амири вздохнул и снова натянул перчатки. Тедж рискнула подобраться поближе: интересно ведь, что там такое внутри.
На ящике имелся ярлык: «Микобур, экспериментальный образец, патент выдан по заявке Управления служб общего назначения. Не выносить из помещений компании «ГалакТек» без разрешения, под страхом незамедлительного увольнения и уголовного преследования». Внутри ящика лежали контейнеры с тонкими темными стержнями, каждый около пятидесяти сантиметров длиной.
– На какую глубину будем бурить? – спросил Амири.
– Поскольку этот подземный гараж уже дает нам два этажа вниз, полагаю, для начала восьми метров хватит, – сказала бабушка рассудительно. – В случае надобности можно будет прокопать дополнительный ход, но этот шахтный ствол должен вывести нас приблизительно на уровень верхнего этажа моего старого лабораторного бункера.
– А диаметр какой? Метровая шахта не очень-то удобна, если придется вытаскивать много всякой всячины.
– Ну-у… мы сможем потом пробурить параллельный или диагональный ствол. Сейчас надо как можно быстрее проникнуть в лабораторию и посмотреть, что там сохранилось.
«Если вообще что-нибудь сохранилось», – мысленно продолжила Тедж.
– Верно. – Амири осторожно взял кусачки, отмерил восемь сантиметров от края стержня и перекусил его. Затем подхватил полуметровый щуп, спустился на дно ямы и принялся вкручивать его в утрамбованную землю. Все это – не снимая перчаток.
– Но если мы выбрали такой способ, – сказала Тедж, – зачем мне завтра тратить целый день, катая Звезду по разным местам на предмет прокладки труб и технического оборудования?
– Чтобы твоим драгоценным эсбэшникам было чем заняться, милая, – пояснила бабушка. – Их это наверняка осчастливит.
– Они будут думать, что мы только готовимся приступить к делу, а мы тем временем уже все закончим, – добавила Жемчуг. – Как ты вообще узнала про это… как его, – она наклонилась прочесть этикетку: – изделие «Микобур»?
– Несколько лет назад я консультировала «ГалакТек биоинжиниринг» и познакомилась с одним из разработчиков.
– Неужели украла из лаборатории? – ахнула Жемчуг, восхищаясь таким геройством.
– Ничего подобного! – Бабушка фыркнула – она явно презирала такие грубые методы работы. – Просто мы с вашей матерью и Шивом прикидывали, какие у нас ресурсы, и тут я вспомнила про Карло и назначила ему встречу. Он без проблем снабдил меня этими «Микобурами» в достаточном количестве. Я подумала, что нам это может пригодиться, – заявила она с некоторым самодовольством.
Амири аккуратно вставил стержень в вертикальное отверстие, выбрался наверх, извлек из чемодана литровую бутыль нашатырного спирта, приобретенную в местной бакалейной лавке. Затем снова спустился вниз и аккуратно полил землю вокруг стержня, израсходовав примерно полбутыли. Нашатырный спирт с бульканьем впитался в грунт, из ямы пошел резкий запах, и Тедж быстро натянула маску.
Тедж, Амири, Жемчуг и бабушка стояли вокруг ямы и внимательно смотрели. Прошла уже целая минута.
– Ничего не происходит, – разочарованно сказала Тедж.
– Ты вроде бы говорила, что оно работает быстро, – засомневалась Жемчуг.
– Но не мгновенно, – уточнила бабушка. – Макробиологические процессы редко протекают мгновенно.
Ничего примечательного по-прежнему не происходило, и она добавила:
– «Микобур» был разработан для прокладки труб без земляных работ; генетик, который его создал, надеется, что в дальнейшем эту штуку можно будет обучать пробуривать самые разные конфигурации. Но пока они довольны и тем, что она прокладывает прямые трубы строго заданного диаметра.
– Трубы. – Тедж задумалась. – Достаточно широкие, чтобы там пролез человек?
– Трубы бывают немалого размера, – пояснила бабушка. – Водоотводные, к примеру, или для подземных трасс монорельса.
– А! Но если эта штука в самом деле живая, то почему она не развивается бесконечно?
– Стены труб формируются из отходов жизнедеятельности «Микобура», становятся для него непреодолимой преградой и душат. Если этого вдруг окажется недостаточно, то предусмотрен встроенный ген, запускающий программу самоуничтожения после заданного числа делений, а если что пойдет не так, он все равно сам умрет, когда закончится жизненный цикл. А уж если не сработает ничего из перечисленного, то его обезвреживают высокой температурой. Так что я полностью согласна с Карло, давно пора было переходить к тестированию продукта, но они постоянно откладывали. Ох уж эти земные проверочные комиссии, с их вечными придирками и проволочками!
Амири заморгал:
– Эй, это что же получается! Эта штука ни разу не тестировалась?
– В реальных условиях – ни разу. Но у себя в лаборатории Карло много раз тестировал «Микобур». Он должен довольно быстро проникать сквозь почву, подпочвенный слой и глину. Сквозь песок проходит не очень хорошо, сквозь известняк – с трудом, а гранит и другие вулканические породы – как и почти все синтетические материалы – его стопорят. Может, нам придется еще корректировать направление бурения, если там окажутся включения твердых пород.
Амири занервничал, переминаясь с ноги на ногу.
– Значит, эта штука ни разу не тестировалась… и от нее зависит будущее нашего Дома?
– Вот мы сейчас и протестируем, – заявила бабушка без тени сомнений. – И полностью автономно от компании-разработчика, находящейся на Земле. Я, впрочем, обещала выслать Карло отчет о тестировании – конфиденциально, конечно. Как бы сказал Шив, в этом и состояла наша сделка.
Бабушка взяла у Жемчуг люминофор и заглянула в яму.
– Ага! – радостно воскликнула она. – Вот теперь вы можете кое-что разглядеть.
Тедж разглядела только пузырящуюся черную грязь по краю узкого отверстия, но на Амири увиденное вроде бы произвело впечатление.
– Ни шума, ни вибрации, ни каких-либо мощных излучений, – провозгласила бабушка. – Тихо и скрытно, как растет нить грибницы. Нет ничего такого, что могли бы обнаружить сенсоры – во всяком случае, пока мы не ходим там, внизу. Полагаю, вы сумеете помалкивать, когда мы там окажемся.
– Что ж, если все идет как надо, мы, пожалуй, отправимся обедать, – заявила Жемчуг.
– Конечно, милая, так и сделаем, – одобрила бабушка.
– А это не опасно? Оставлять эту штуку без присмотра? – засомневался Амири.
Бабушка пожала плечами:
– Если небезопасно оставлять, то небезопасно и здесь оставаться, так ведь?
– В том-то все и дело… – пробурчал Амири. Но пояснять не стал.
Тедж помогла поставить на место вырезанный кусок бетона, задвинуть обратно стеллажи и убрать мусор. Когда они закончили, не осталось ни малейших следов их незаконного вторжения в кладовку – разве что трещина в бетоне, но пол и без того был весь в трещинах, так что это вряд ли вызвало бы у кого-то подозрения. Из гаража они вышли уже сильно за полдень, на улице лил холодный дождь, а дороги Форбарр-Султана были забиты машинами. Тедж думала лишь о том, как бы довезти всех целыми и невредимыми – опыта у нее, надо сказать, было маловато.
  
* * *