Судьба

Айвен Ксав не солгал: его матушка устроила ужин по высшему разряду. По мере того как прислуга бесшумно вносила новые перемены блюд – к каждой свой сорт вина, – беседа делалась все более непринужденной. Риш не подавала никаких сигналов о ядах, коварно подмешанных в супы и салаты, рыбу и синтезированное мясо; вместо этого она лучилась блаженной улыбкой вышколенного эстета, решившего, разнообразия ради, не мучить себя во имя хороших манер. Ужин был срежиссирован виртуозно, словно балет. Если Айвенова мама каждый день кормит так своего возлюбленного, то неудивительно, что он никуда не уходит.
  
– Вы давно здесь живете, сэр? – спросила Тедж Иллиана, когда общий разговор ненадолго затих.
– Я бы скорее сказал, что часто здесь гощу. Свою старую квартиру я пока сохранил ради официального адреса – и нередко остаюсь там для пущей убедительности. И еще ради моей почты: заминированной корреспонденции и прочего в том же духе – хоть официально я и в отставке, но СБ до сих пор любезно предоставляет мне спецкоманду, которая все это вскрывает. – И улыбнулся так, будто ничего шокирующего в его словах не было. А затем с легким сожалением добавил: – Сам я многих прежних врагов позабыл, однако из этого вовсе не следует, что и они забыли меня. Чтобы их успокоить, мы распространяем слухи, будто я повредился умом куда как крепче, чем на самом деле. Пожалуйста, не постесняйтесь внести сюда свою лепту, если вдруг зайдет речь.
– Я не нахожу, что вы вообще повредились умом, сэр, – с полной искренностью проговорила Тедж.
– Ах, вам надо было бы встретиться со мной до того… хотя нет, возможно, не надо. Уверяю вас, так все сложилось намного лучше.
При этих словах Айвен обменялся со своей матерью не поддающимися расшифровке взглядами, но когда Иллиан поднял голову от тарелки, у обоих вновь было самое невинное выражение лица. При всей его неразговорчивости этот человек был незаметен, как нейтронная звезда; даже свет, казалось, обходит его стороной.
После обеда леди Элис любезно провела Тедж и Риш по своей супер-квартире – по крайней мере по верхнему ее этажу. Айвен Ксав плелся в хвосте, руки в карманах. Этаж ниже занимали частные квартиры, выделенные прислуге, – леди Элис держала четырех слуг: повара, помощницу повара и уборщицу в одном лице (ее гости уже видели, когда та подавала к столу), стилиста-секретаря и личного шофера, Кристоса. Две комнаты во время этого тура она миновала так, будто их вообще нету, – Айвен шепотом объяснил, что это спальня и рабочий кабинет Иллиана. Они выглянули на минутку в иззябший садик на крыше, спроектированный, как с гордостью сообщила леди Элис, леди Катрионой Форкосиган – похоже, она была в этой области знаменитостью. Задерживаться там они не стали – время года явно было неподходящее, хотя несколько поздних осенних цветов еще источали изысканные ароматы. Впрочем, Тедж вполне могла себе представить, как чудесно бывает здесь в теплые дни и вечера. А вид из сада открывался даже лучше, чем из гостиной этажом ниже.
Они остановились у парапета, чтобы в последний раз полюбоваться на мерцающую огоньками речную долину. Тедж повернулась к хозяйке дома.
– Я глубоко признательна вам за гостеприимство, – проговорила она. – Теперь я чувствую себя здесь гораздо лучше. Я не знала, чего ожидать и что делать с… ну, вообще со всем. Я никогда не планировала лететь на Барраяр.
Леди Элис улыбнулась, глядя в темноту:
– Сначала я думала предоставить Айвену возможность самому решить, где и когда нас друг другу представить, – это был бы своего рода тест. Но потом вообразила себе великое множество вариантов, по которым все могло пойти не так, и передумала.
– Эй, – сказал Айвен Ксав, но не слишком уверенно.
– Обсуждались две основные возможности. – Леди Элис повернулась к Тедж лицом. «Сейчас она наконец-то раскроет карты?» – Первая – что вы авантюристка, которая каким-то образом преуспела в том, чтобы завлечь Айвена, и тогда его срочно надо от вас спасать. Возможно. Но для начала выяснить, как вы это сделали, чтобы использовать в дальнейшем. А может быть, лучше позволить ему самому избавиться от последствий собственного безумия, чтобы учился жить. Мне довольно трудно было решить, что правильнее…
Ее сын снова попытался вставить какое-то невнятное возражение.
Не обращая на него ни малейшего внимания, леди Элис продолжила:
– Но, как бы то ни было, и Морозов, и Саймон – оба оценивали такую возможность как маловероятную. Вторая основная гипотеза состояла в том, что вы именно та, кем кажетесь, – невольная жертва очередного Айвенова непродуманного поступка по вдохновению, и спасать следует не его от вас, а вас от него. Оба моих консультанта из СБ были согласны в том, что эта гипотеза верна с высокой долей вероятности. – И после минутной задумчивости добавила: – Боюсь, что эсбэшники вечно перестраховываются. Это-то и раздражает больше всего, когда приходится принимать решения на основании их докладов.
– Если здесь кто-нибудь и нуждается в спасении, маман, я вполне способен помочь, – с досадой заметил Айвен.
– Надеюсь, милый, надеюсь.
Они попрощались с хозяевами в зеркальной прихожей. Кристос уже ждал там, чтобы отвезти их на лимузине. Айвен Ксав наклонился к маман и довольно чопорно поцеловал ее в щеку. Леди Элис невольно расцвела в улыбке. А ведь на самом-то деле Айвен гораздо выше ее ростом, вдруг осознала Тедж.
Леди Элис повернулась к невестке и задумчиво на нее посмотрела.
– Айвен, возможно, вам говорил – а может быть, и нет, – но на следующей неделе у него день рождения. Мы всегда начинаем этот день с небольшой частной церемонии, очень рано утром. Я надеюсь, он вас туда пригласит.
Айвен Ксав и Иллиан разом вздрогнули и ошеломленно воззрились на леди Элис. Эта их реакция озадачила Тедж больше всего.
– М-м… несомненно, – с каким-то странным сомнением в голосе ответил Айвен. – Спок ночи, маман. Саймон, сэр. – Он кивнул Иллиану и проводил Тедж и Риш в холл.
Тедж в последний раз оглянулась и только тут поняла, что инкрустация из натурального дерева на закрывшихся позади нее дверях – вовсе никакая не абстракция, а мозаичная картина. Сквозь лесную чащу пробирались, скрываясь за деревьями, конные всадники. Когда она проходила через эти двери в первый раз, глаза вообще ничего не различали.
* * *
Устроившись в лимузине, Айвен нервно пробежался пальцами по волосам и простонал:
– Она меня с ума сведет.
Однако Тедж и Риш, похоже, все-таки сумели выдержать этот ужасающий визит, да и он тоже. Хорошо, что все уже позади… или радоваться пока рано?
– Ты это про леди Форпатрил? – уточнила Тедж, раздраженно отталкивая его локоть. – Она совсем не такая, как ты ее пытался изобразить. Ты так о ней говорил, что я уже думала, что будут в лучшем случае слезы, вопли и прочие нелепые выходки. Но она очень практичная. – И, чуть-чуть помолчав, добавила: – И душевная. Я не ожидала, что она такая душевная.
– О да, – сказал Айвен. – После тридцати лет высшей форской дипломатии и нескольких войн она, разумеется, свое дело знает. Это женщина, которая умеет добиваться своего.
– Похоже, что не всегда, – насмешливо глянула на него Тедж.
Риш оторвалась от созерцания проносившихся за окном лимузина пейзажей и, повернувшись к ним, заметила:
– Она напоминает мне баронессу.
– Да, немного. – Тедж нахмурилась, погрузившись в воспоминания. – Нет такой напряженной сосредоточенности.
– С тех пор как в ее жизнь вошел Саймон, она очень смягчилась, – признал Айвен. – Обратное тоже верно, хотя на него скорее повлияла его… э-э… травма головного мозга. – Айвен с тревогой вспоминал, как отреагировала Тедж на первые приветственные слова его матери. Тедж почти всегда казалась ему такой солнечной и жизнерадостной, и эти сполохи тьмы – будто гром среди ясного неба – были пугающими и неправильными. Они напоминали о том, что дневной свет – всего лишь иллюзия, возникающая за счет рассеивания лучей в атмосфере, за гранью которой царит вечная и бесконечная ночь. Господи, что за странные нездоровые мысли, но мать действительно сводила его с ума.