Ведьмак с Марса (СИ)

Принц не в первый раз подумал, что зря влез во всё это. Пьер создавал массу проблем в последнее время, не говоря уже о выходке перед дуэлью. Следовало отказаться поддерживать его уже после первой оплошности. Тогда не пришлось бы проходить через все эти унижения…
И его красавец «Монарх» сейчас не ковылял бы, словно пьяный. Лучше бы он сказал Пьеру, что не даст ему свой мех…
  
Да, это сочли бы мелкой грязной местью за оскорбление, недостойной королевского великодушия. Но какое ему дело до того, что подумают те, кто ниже происхождением? Даже мышка имеет право судить о кошке, но когда кошку интересовало мнение мышки?
Да победа Пьера даже над трупом будет выглядеть чудом при таком управлении!
«Палач» являл собой полную противоположность «Монарху», уступая ему и ростом, и массивностью — лёгкий, изящный, красивый. Он выглядел рядом с величественным противником, словно фехтовальщик, который вышел против закованного в доспехи рыцаря… Или королевская борзая, рискнувшая выйти против волкодава, пришло в голову Винсу неожиданное сравнение.
Умели всё-таки Романовы делать мехи. Увы, этот род сгинул в пучине корпоративной войны вместе с технологиями создания своего кланового мобильного доспеха. Хотя многие пытались, Реалы в том числе, воссоздать эту совершенную машину, но увы… Некоторые потери бывают действительно невосполнимы, и даже кропотливый анализ материалов не способен раскрыть все секреты их создания.
Конечно, Романовы не были единственными производителями мехов. Практически в каждом знатном семействе был хотя бы один пилот — и ему требовался собственный клановый мех, который издалека говорил бы о принадлежности своего владельца к тому или иному аристократическому роду. Изощрялись кто как мог, но подавляющее большинство моделей оказались не слишком удачными, и история не сохранила даже их названий.
В итоге гонку поколения выиграл «Шевалье», примерный аналог «Палача», созданный для аристократов. Но его торжество было совсем недолгим: технический прогресс ушёл дальше, новые технологии потребовали новых конструктивных решений…
На смену «Палачу» и «Шевалье» пришёл «Ратник»…
«Монарх» разошёлся и теперь шагал грузно, но уверенно. Его постоянному пилоту, знавшему, как он движется, было очевидно, что Пьер подключил систему коррекции движения. Она превращала управление мехом в простую игру с управлением боевой марионеткой. Этот режим подходил для совсем неопытных пилотов или тех, кто не хотел тратить лишнюю энергию на марше, но совершенно не годился в боевых условиях.
— Не забудь переключиться на расширенный режим, — раздался в наушнике голос Сантьяго — единственного, кто имел право подсказывать или давать советы своему дуэлянту.
Винсент отстранённо подумал, что Юлий в советах Комарова уже не нуждается.
— Ой, да буду я ещё напрягаться, — ворчливо отозвался Пьер. — Вы же сами всё слышали. Если бы там ещё кто-то трепыхаться мог, куда ни шло. А так… Разве примитивный бот может тягаться в бою с настоящим пилотом?
Этот идиот был излишне самоуверен, но в чём-то он прав, подумал Винсент. Даже у самого идиотского плана должна быть своя логика, пусть даже исходящая из таких предпосылок и мотивов, которые никогда не придут в голову нормальному человеку.
Если только… не мог ли Пьер с самого начала вести именно к такому исходу?
Свита Винсента додумалась до такого варианта, как попытка занять место лидера, только в последний момент — а он не стал даже задумываться об этом, потому что было невозможно даже представить Пьера наверху топа.
А сегодня тот заявил о своих намерениях открыто…
И ведь ещё оставались ставки. Благодаря искусному нагреву с обеих сторон суммы там получились немаленькие. Наёмники сработали чисто — остановка сердца, несчастный случай, не подкопаешься. Когда дойдёт до медблока, будет уже невозможно установить, что послужило настоящей причиной гибели пилота.
Теперь мобильный доспех стоял на стартовой позиции, и Пьеру была гарантирована лёгкая победа. Пришёл убить, увидел, победил… У дуэли официальный статус, он одержит верх над первым номером рейтинга и станет женихом Снежаны Медведевой…
Принц заскрипел зубами, вспоминая надменное выражение лица возгордившегося наглеца. Мерзкий шакал забыл своё место. Ничего, он ему напомнит, где должны держаться шакалы…
— А, вот ты где, — раздался голос Пьера, и отвлёкшийся на свои мысли Винсент вновь обратил внимание на экран.
«Палач» неподвижной статуей застыл на обзорной точке неподалёку от стартовой позиции — стандартная тактика бота. Один точный залп плазменной пушки — и всё будет кончено. По крайней мере, Гарсия так бы и поступил. Незачем тянуть время, когда противник заведомо не сможет оказать сопротивление…
Разумеется, этот напыщенный идиот решил покрасоваться и устроить зрелище суровой драмы, сражаясь с трупом.
— Пьер, просто покончи с ним, я жрать хочу, — оказалось, у Яго были схожие мысли, и он молчать не стал.
— Кайфолом, — проворчал Пьер. — А как же изобразить битву? Иначе все поймут, что вся дуэль чистая фикция.
— Пофиг, пипл схавает. Давай быстрее, меня девчонки ждут.
— Ладно… — вздохнул Пьер, — уболтал… Девчонки — это святое… Сдохни!
«Монарх» ускорился, рывок — и он сделал выпад острием алебарды вперёд, точно в кабину пилота. Красивый и эффективный приём, которым фехтовальщик одним точным ударом пронзает сердце врага.
— А, точно, ты ведь уже мёртв, — вспомнил Пьер. — А?
— Идиот, — Винсенту стоило больших усилий не закрыть ладонью лицо, чтобы не видеть это позорное зрелище.
Пьер промазал!
«Монарх» застыл в красивой позе с вытянутым вперёд оружием, но кончик острия не дотягивался до корпуса «Палача» буквально на несколько сантиметров. Автоматика в режиме коррекции не смогла исправить ошибку пилота, который не чувствовал ни дистанцию, ни габариты машины-оружия.
«Палач» медленно, словно не веря своему везению, наклонил голову вниз, оглядел остриё алебарды, а потом посмотрел на «Монарха». Если бы мобильным доспехом сейчас управлял не бот, Винсент бы решил, что Юлий попросту издевается над противником.
Прежде, чем Пьер успел что-то предпринять или переключить режим, «Палач» лёгким, практически танцевальным движением взялся за древко алебарды и рванул его на себя, одновременно разворачиваясь на одной ноге и отставляя вторую назад.
Алебарда прошла вдоль белого с золотым и чёрным корпуса, даже не задев его. Без того находящийся в неустойчивой позе мех споткнулся об опорную ногу «Палача», потерял равновесие и пропахал покрытие полигона. Диадема соскочила с головы мобильного доспеха и покатилась, подпрыгивая на неровностях поверхности.
Винсент остолбенел.
Его мех, символ его величия, его «Монарх», вооружённый по последнему слову науки и техники, оснащённый мощным щитом, повержен без единого выстрела!
Даже самый непробиваемый щит оказался бессилен против простой подножки.
— Противник упал, зафиксировано поражение. Возвращаюсь на стартовую позицию, — прогудел синтезированный голос на весь полигон.
— Оу? — послышался нестройный хор со всех сторон. Винсент чуть не подавился коктейлем.
«Палач» просто развернулся и направился назад, туда, откуда пришёл!
— Да ты… — начал закипать Пьер.
«Монарх» неуклюже поднялся на ноги, подобрал упавшую алебарду и рванул за противником. Шаг, другой, третий… Замах!
Вот сейчас алебарда ударит в открытую спину «Палача», и уж теперь-то осечки не будет…
— Ахххх! — взвизгнули девицы.
Винсент затаил дыхание.
«Палач», не останавливаясь, опустился на колено, наклонился вперёд, алебарда просвистела над ним…
А следом за ней и «Монарх», который с грохотом налетел на коленопреклонённого танцора, и кубарем покатился через его голову вперёд, снова выронив оружие.
— Твою мааааать… — выдохнул Яго. — Дебил, режим переключи!
С диагнозом, поставленным Пьеру, Винсент был полностью согласен. Только полный дебил мог всухую сливать бой боту!