Ведьмак с Марса (СИ)

Вот женится, оставит кучу детишек — тогда пусть хоть сам из меха выскакивает в открытый космос.
— Да я… — единственный испанец в свите Реала закусил удила.
— Ты. Меня. Понял, — сузил глаза Винсент, давя авторитетом и властью альфы компании, и парень испуганно поджал хвост.
— Да ладно, Винс, мы же шутим, — поднял он ладони в знак капитуляции.
— Вернёмся к теме. Наёмники? — Винсент обвёл взглядом свиту.
  
— Может, кто из пехоты? — предложил Яго.
— После того, как новенький надрал зад… без обид, босс… «Монарху» в голом пехотном доспехе? — возразил благоразумный Гоззо. — Да я не удивлюсь, если они организовали фан-клуб, или возвели алтарь и молятся на нового кумира.
«Идиоты, — вздохнул про себя Винсент. — Когда родители Сантьяго давали ему четвёртым именем Иаго, они явно имели в виду, что уничтожать он будет врагов, а не собственный Дом…»
— Ладно, — он подавил тяжёлый вздох. — «Псы» берут дорого и с гарантиями. Тяжёлая пехота отпадает, они действительно не станут помогать побить того, кто побил меха в их снаряжении. Так кого вы собираетесь нанимать?
— Может, среди механиков… — задумался Гоззо. — У этой горячей тёлки должно быть много поклонников. Конкурента они с охотой поколотят.
— Я бы от такой цыпочки тоже не отказался, — вздохнул Алвизо, — но она всем отказывает… А этот нахал сходу уговорил её заниматься своим хламом. На какой только помойке нашёл?
На лице Пьера обозначилось вдохновение.
— Есть у меня одна идея, — начал он.
Винсент мысленно с размаху приложил ладонь ко лбу.
Не успел я выйти вперёд, заслоняя Снежану от угрозы, как моя разумная и мудрая сама сделала шаг вперёд и брезгливо уставилась на толпу, словно увидела перед собой кучку отвратительных существ вроде крыс или пауков.
— И что это значит? — требовательно спросила она.
В толпе раздались смешки.
— Отойди в сторону, Медведева, — произнёс кто-то. Голоса я не узнал. Она тоже, судя по недоумению на личике. Вокодеры, которые искажают голоса? Ребятки хорошо подготовились. Но не учли кое-чего… — Наша цель не ты.
— Серьёзно? — недоверчиво подняла бровь она. — Ни вызовов на поединок, ни дуэлей, ни хотя бы спарринга? Банальная засада с мордобоем? Вам настолько плевать на правила Академии?
— А кто и что докажет? — под маской не было видно лица, но даже вокодер не мог скрыть издевательскую ухмылку в голосе. — Лиц не видно, камера… Камера не работает, сюрприз, правда?
Снежка не видела моей улыбки — я стоял у неё за плечом. Но они — увидели. На мгновение стало тихо. Вот только до них не дошло, что отключённая камера развязывает мне руки… Мне, а не им.
— Не, вы только поглядите! Он ещё и лыбится! Ты, ссыкло трусливое, думаешь, спрятался за девушку, и мы её послушаем и разбежимся? — нестройно понеслось на разные голоса. Очень противные, кстати, голоса. Вокодер — это вам не тренажёр для оперного пения… — Медведева, отойди, а? Дай врезать! Руки чешутся уже эту ухмылочку ему в глотку вбить вместе с зубами!
— Идиоты, — вздохнула Снежка, отходя назад.
— Ну что, герой, не спасла тебя невеста? — тут же съехидничал тот, что стоял ближе всех.
Снежана оглянулась.
— Идиоты… я защищала не его, а вас.
Она защищала не меня…
«Ну, а чего ты ждал-то?»
Она-то знала, что я устроил в порту. На себе испытала быстроту моей реакции и скорость движений. Видела, что я сделал с Мигелем-как-его-там в кабинете у Люциуса. И если я прав, и основное направление её обучения — это стратегия, она прекрасно понимала, что для меня подобные противники не представляли никакой угрозы.
Что ж, у меня ещё много в запасе такого, чем её можно удивить.
Я достал из кармана перчатки и неторопливо натянул, тщательно расправляя их на каждом пальце. Подчёркнуто неторопливые, уверенные движения перед лицом целой своры — да, это должно было посеять в них неуверенность.
— Дорогая, пожалуйста, отвернись и закрой уши, — попросил я, не оборачиваясь.
— Зачем? — удивление в голосе Снежаны было неподдельным.
— Тогда ты с чистой совестью можешь сказать, что ничего не видела и не слышала, и откуда тут взялась куча трупов — понятия не имеешь, — спокойно, словно речь шла о прошлогодней погоде, пояснил я.
Кажется, от моего заявления опешили все. И Снежка тоже.
— К-какие ещё трупы? — о, а вот и заикание появилось. Вокодер такие вещи не сглаживает.
— Я Ведьмак, — я покончил с перчатками, и несколько раз сжал и разжал пальцы, проверяя, насколько хорошо прилегает к коже ткань, и не мешает ли какая-нибудь незаметная складочка правильно складывать кулаки. — Моя работа — убивать тварей.
«Даже если они в обличье человека…»
— По-моему, это перебор, — оценила Снежана. — Они, конечно, идиоты все поголовно, но тупость — не то, за что следует уничтожать.
— А как по мне — самое то, — возразил я. Перчатки оказались в полном порядке. — Умрут — не смогут размножаться — не оставят тупое потомство…
Но не успел я сделать следующий шаг, как ухо защекотало дыханием, и мне нашептали план получше.
— Эй, ты не заговаривайся, — рыкнул кто-то на Снежку из задних рядов. — А то не посмотрим, чья ты дочка…
— И что вы мне сделаете? — принцесса задрала носик.
— Уши надерём, — буркнули из толпы.
— Совсем оборзели, — пробурчала она под нос и добавила уже громче: — Сломай им что-нибудь ненужное.
— А волшебное слово? — я уже шагнул было вперёд, но притормозил.
— Пожалуйста, — очень медленно и выразительно проговорила девушка.
— Вы слышали даму, — улыбнулся я, хрустнув костяшками.
— Да ты… — рванул ко мне самый нетерпеливый, замахиваясь гаечным ключом.
Что я сделал, никто не успел разглядеть, зато результат выглядел эффектно — здоровый парень на середине движения застыл статуей и свалился мешком мне под ноги. Те, кто подался за ним, замерли.
— Что-нибудь ненужное… — протянул я. — Яйца или мозги? Мозги ещё пригодятся, а вот размножаться ему точно ни к чему…
Короткий замах и футбольный пинок по яйцам. Всегда удивляло, насколько компактно может сложиться парень, получив такой удар по самому драгоценному. Как будто все кости разом становятся резиновыми.
Получился отличный момент устрашения. У них могло бы появиться преимущество, рискни они без разговоров навалиться разом, всей толпой, пока я не успел собраться и войти в боевой режим. Кучей и зайцы льва могут придушить.
Но у кучки самовлюблённых индивидуалистов не было плана и времени договориться, не нашлось явного лидера, и теперь они медлили, не желая рисковать и попасть под следующий удар.
Они ожидали, что я испугаюсь — их же много, но не рискну отступить — показать себя трусом на глазах у невесты, как можно?! И они без труда меня отвалтузят от всей аристократической души.
Я тоже много чего ожидал. Только не того, что сделала Снежка.
Я не видел, что произошло, но даже маски не могли скрыть массового падения челюстей.
— Эй, у неё кровь, — выдавил кто-то севшим голосом.
В смысле кровь? Я не видел, чтобы с их стороны что-нибудь пролетело. Я не слышал позади звука, с которым какой-нибудь предмет втыкается в тело. Ни с чем не перепутаешь, очень уж специфический звук. Да и дыхание у Снежки не изменилось… Пытаются купить на выдумку, чтобы я поверил и оглянулся?
— Медведева, ты что творишь?! — вырвалось у другого. — Мы же тебя и пальцем не трогали!
— Отберите у неё планшет! — заорал кто-то.
Нет, не обманывают. Что она там такое вытворила? Любопытно, но это могло подождать окончания расправы, оглядываться было уже просто некогда: вся толпа, забыв о своих планах подправить мне внешность, напролом ринулась к ней.
И не добежала.
Я прыгнул им навстречу.
Я даже успел подумать, что мне нельзя так палиться, Снежка же снимает, судя по их воплям, и постарался сбавить скорость, но даже так они двигались, словно беременные черепахи. Я мог бы ещё ускориться, но в этом не было никакой нужды.