Не стать зверем (СИ)
Она находилась посреди просторного коридора, ничуть не похожего на катакомбы. Стены, выложенные крупными, гладко отполированными блоками, были, похоже, из все того же карранского бело-золотого камня. Юлька попыталась найти завал, через который проваливалась сюда, но его нигде не оказалось. Как она здесь очутилась? Что ж, если это какое то подземное строение или бункер, тем лучше для нее — есть шанс выбраться отсюда живой.
Она отряхнулась от земли и песка и еще раз попыталась осмотреться. Куда, в какую сторону двигаться? Она сделала несколько шагов влево, прислушиваясь и принюхиваясь, но ничего особенного не уловила. Потом двинулась вправо — и тоже не заметила разницы. Поглядев на ожерелье, она попробовала понаблюдать за реакцией камней, вдруг они как-то укажут ей верное направление, но и тут ничего не вышло. Подавив волну отчаяния, она закрыла глаза и сосредоточилась. Зря, что ли, она учится в школе Джмар? Мир наверху полон сил и стихий, надо лишь почувствовать ту, что близка тебе по природе.
Юлька настраивалась на джив, свою базовую силу. Там, наверху, должно быть много джив… но джив она не ощущала, видимо, каменный слой над нею был слишком велик. Зато неожиданно, где-то очень далеко, но ярко ощутимо, она учуяла чужеродно-обжигающий, но уже знакомый и понятный по практическим занятиям эрги. Много эгри где-то там, в отдалении. По крайней мере, это хоть что-то, решила она, хоть слабая, но путеводная звезда. Настроившись на горящее огненной энергией пятно, она тихонько, экономя силы, побрела ему навстречу, останавливаясь на каждой развилке и прислушиваясь к чувствам. Два раза она сворачивала не туда, но к счастью, быстро понимала свою ошибку.
Идти пришлось долго. Она дважды присаживалась, отдыхая и пытаясь осмотреться. Дышалось в коридорах легко, воздух казался сухим и немного затхлым. Тело изнывало от усталости, но страх запутаться и остаться здесь навсегда гнал ее дальше; когда истерика подкатывала к горлу, она заставляла себя глубоко дышать и жестко изгоняла из головы все мысли об оставшихся где-то там друзьях. Сейчас не время. Сейчас надо выбраться.
Меж тем лабиринт менялся: появились аэры, расположенные на далеком, но одинаковом расстоянии друг от друга и хорошо рассеивающие тьму, воздух стал менее душным и более влажным. Помещения облагородились — появились дверные проемы в виде арок, украшенных каменной резьбой. Огненное пятно эгри неуклонно приближалось. Уже совсем рядом с ним она наткнулась на небольшой зал с тремя креслами и двумя кожаными диванами, парой низких столиков на гнутых ножках, стойку с посудой и, что самое важное, с закопченным каминным местом. С любопытством все это осмотрев, Юлька обнаружила на стойке непочатую бутылку вина. Пить ей хотелось мучительно, и она решила, что если не найдет воду, то придется отколоть у бутылки горлышко.
Вода, к счастью, нашлась. По соседству с залом обнаружился хорошо оборудованный и чистый туалет. Она напилась, умылась и привела себя в порядок, глядя в большое старинное зеркало. Если уж совсем ноги откажут, тут можно и отлежаться… А пока лучше продолжить поиски выхода.
Пройдя еще немного, она уткнулась в запертую бронированную дверь. Там, за дверью, пылал эгри, очень, очень много эрги. Юлька обошла выступающую с трех сторон часть помещения, которая натолкнула ее на мысль об огромном каменном сейфе. На противоположной стене неожиданно обнаружились два шеадари. На одном была изображена лаконичная пепельно-серая крепость с плоской крышей, над которой реяла большая летучая мышь, на втором — золотая ящерица в перевернутом треугольнике на фоне изящного восточного дворца. Персональные пути Вечных — Ширин и Реваля… Юлька похлопала по одному из них ладошкой — нет, не реагирует. Персональными путями Вечных могут пройти только сами Вечные, обычно они ведут в святая святых, в их домены и даже личные покои.
А жаль. Но выход тут все равно должен быть.
И она принялась искать, опять же, настраиваясь с помощью своего личного чувства сил и стихий. Джив оказалась совсем рядом. Юлька торопливо, чуть ли не бегом бросилась туда, где колыхалось теплое, светящееся зеленым марево, но очень быстро опять уперлась в бронированную дверь. Еще бы… Кто ж сомневался, что вход в это загадочное место надежно заперт!
Пришлось вернуться в зал с диванами, прилечь и задуматься. Тут, конечно, явно кто-то бывает, но вот насколько часто? Не хотелось бы застрять… Имея воду, она долго продержится, но шанс сойти с ума у нее гораздо больше, чем умереть от голода. Закрыв глаза, она стала проваливаться в мутную, тяжелую дрему, но перед глазами мелькали рубившиеся воины, кровь и рушащиеся камни, и она с криком очнулась. Дрожа от ужаса пережитого, она поняла, что спать ей категорически не хочется.
Что ж, тогда надо снова попробовать. Здесь должна быть хорошая вентиляция, воздух кажется почти чистым, хоть и сыроватым. Что если настроиться не на джив, а на фэйр, стихию воздуха? Она неплохо научилась ее чувствовать благодаря концентраторам. Сжав в руках нижнюю синюю подвеску, она долго и настороженно прислушивалась к чувствам, и в конце концов уловила на большом отдалении что-то похожее на смесь фэйра и джив. Обрадовавшись, она направилась по их следам и в итоге зашла в тупик, вверху которого находился узкий круглый колодец с врезанными в камень скобами. Сверху, высоко-высоко, лился яркий естественный свет.
Что ж, попробуем, решила она. Спускаться будет ужасно тяжело и обидно…
Лезть вверх по узкой круглой шахте оказалось неожиданно легко. Юлька отдыхала, прислонившись спиной к камню, через каждые десять скоб. Светлое пятно становилось все ближе, вскоре она разобрала, что свет льется сквозь узорчатую решетку, а в воздухе отчетливо пахнет цветами. Розами… Уже догадываясь, что каменный стакан выходит куда-то в сад, она готовилась кричать и звать на помощь, если решетка окажется вмурованной, но ей несказанно повезло. Упершись в решетку затылком, она почувствовала, как та приподнимается. Осторожно, стараясь не свалиться уже на самом финише, она подняла ее головой и плечом и потом резко толкнула. Решетка сдвинулась, она с трудом подтянулась и улеглась на живот, кое-как выкарабкавшись наружу, и сразу же угодила в колючие заросли розовых кустов, мгновенно вонзившихся ей в ноги. Медленно поднявшись, Юлька обнаружила, что находится посредине огромной розовой клумбы, огороженной ажурной кованой решеткой высотою чуть выше колен. Она неожиданно вспомнила этот дворик — они проходили мимо него в самом начале, на пути от самандангского шеадари в центр города. Вокруг было светло, высокое прозрачное небо, чуть подсвеченное розовым и золотым, говорило ей, что над Карраной только-только встало солнце…
Юлька огляделась. По сторонам лежали тела… Мухарибы в красно-белых одеждах и воины Серджента в бело-золотых, простые горожане, сжимающие в руках оружие, разнообразно и пестро одетые гости города, ассары и Двуликие — все, кого застал этот неожиданный и безжалостный налет. Почти на краю клумбы лежал остов разбившейся виммы, утыканной тяжелыми бронебойными стрелами, еще дальше валялось несколько порванных крыльев. Она осторожно выбралась из розовых кустов, цепляющихся за ее шелковые сиреневые шаровары, и пошатываясь, переступила через лежащее на земле тело. Потом через еще одно. Сколько их, господи, убитых и раненых… Не все из них мертвы, возможно, кого-то еще можно спасти…
Выйдя на открытое пространство, она снова посмотрела на небо. Бой был окончен. Где-то вдалеке над городом заходил на посадку плоский серый блин с трилистником на борту — эмблемой целителей-Повелевающих жизнью. Сделав следующий шаг, она споткнулась о Крылатого, судя по одежде, мухариба, утыканного арбалетными болтами. Так тебе и надо, мразь, с отвращением подумала она, а еще крылья надел. Крылья, кстати, показались ей целыми, за исключением двух маленьких дырочек недалеко от спинных креплений. Расстегнув крепления, она яростно принялась стаскивать с него крылья, бесцеремонно и без малейшего уважения к смерти пиная тяжелое, почти негнущееся тело. Отойдя подальше, она еще раз внимательно их осмотрела и проверила гравидиск, работает ли. Движок был цел. Держа крылья под мышкой, она побрела к дальнему краю дворика, ища, куда бы подняться и взлететь. Старт с низкой поверхности, в прыжке, ей сейчас ни за что не выполнить.