Не стать зверем (СИ)
А дальше опять были крики, лязг стали, дрожащая земля, скрежет, пыль, клубящаяся над провалами. До западных ворот оставался один квартал, издалека похожий на муравейник, а на самом деле это было сплошь поле боя: одни теснили других, прижимая к дверям, к стенам домов, втаптывая в мостовую или сбрасывая в ямы от просевших катакомб. На открытом пространстве улиц схлестывались защитники и губители Карраны, с крыш все еще палили баллисты и арл-стрелки, теперь уже вниз, а не вверх, выцеливая черно-золотых нагов, которые, как крохотные стальные смерчи, неслись через город; за ними группами поддержки шли мухарибы, и если наги аккуратно и тщательно выцеливали воинов эмира, то эти не разбирали, кто попадал под удар их сабли. Наиль впихнул Юльку в нишу стены, закрывая собой и давая волне прокатиться мимо, но вскоре под ногами что-то опять вздрогнуло и поехало вниз, рассыпаясь, словно трухлявые доски, и они кинулись прочь, отшатываясь от яростно рубящихся воинов и вздрагивая от свиста стрел. Одна из них по касательной скользнула Наилю по ребрам, ободрав их в кровь, но он лишь выругался и поволок ее дальше. Земля продолжала содрогаться и стена стоявшего спереди дома медленно, будто в кино, осела вниз, придавливая камнями невезучих беглецов и окончательно перегораживая улицу.
— Назад, — крикнул Наиль, ища, куда бы свернуть. К счастью, рядом был переулок, они успели заскочить в него и неожиданно оказались на крохотном участке тишины и покоя. На заметной издалека параллельной улице шел бой — по ней уже неслась ворвавшаяся в город конница, а здесь было тихо, темно и пустынно. Они остановились передохнуть, отчаянно озираясь по сторонам.
— Катакомбы рушатся, — размазывая по лицу пот и кровь от случайных царапин, выдохнул Наиль. — Не понимаю, что происходит, они же тут тысячелетиями стояли, они же укрепленные…
— Их взорвали, — сказала Юлька.
— Как?
— Взрывчаткой. У вас же есть взрывчатые вещества для горнодобычи и строительства тоннелей, — устало продолжила она. — В Ирнане я видела немало тоннелей, они горные долины соединяют. Они рядами идут, на уровне полета вимм, очень удобно. Тот, кто хотел захватить Каррану, предусмотрительно заложил в катакомбы взрывчатку, точечно, чтобы не весь город разрушить, а только посеять хаос.
И я даже знаю, кто это, подумала она с горечью. Не будем показывать пальцем.
— Смотри, — охнул Наиль, поднимая голову вверх. Зрачки его расширились от ужаса и восторга, в них отражалось невесть откуда взявшееся в черноте неба золото. Гигантский змей падал на них сверху. Золотое его тело светилось в темноте, разбрасывая блеск зеркально сияющих чешуек, голова, длинная и узкая, щерилась золотистыми костяными пластинами, из-за которых причудливыми завитками, словно усы, топорщились роговые ленты. Глаза темного золота, миндалевидные, почти без белков, приковывали взгляд, парализовывали и внушали неконтролируемый, апокалиптический ужас. Крылья, перепончатые, золотые с зеленым оттенком, заканчивались шипастыми когтями на каждом сегменте, и на правом из них сверкал длинный, алмазный меч-коготь. Упав на город, он стремительно пронесся над улицей, чуть выше городских крыш, и Юлька с Наилем почувствовали, как сквозь них прокатилась удушающая, тошнотворная волна ужаса и паники, их ударило концентрированной смесью смрадного, невыносимого страха, от которого подогнулись ноги и помутилось зрение.
Когда кошмарное наваждение отошло, они обнаружили, что оба, мелко дрожа и в холодном поту, сидят у стены. С трудом поднявшись на ноги, Наиль помог Юльке подняться и потянул ее к выходу из переулка, где вроде бы стало пусто, но она все еще смотрела в небо, в котором иногда, на высоте, мелькали золотые крылья. Это — Саша? Это он, он стал вот этим вот чудовищем? Ошеломленная, она покорно потащилась за Наилем, плохо соображая, куда они идут.
Почти у самых ворот на них налетели всадники в красно-белых одеждах — это еще один отряд эльашрской конницы ворвался в город. Наиль с трудом успел парировать сабельный удар пронесшегося мимо всадника, и подставился под следующего, успев толкнуть Юльку на землю — сабля просвистела у нее над головой. Ему распороло грудь косым ударом на излете, но к счастью, задело только мышцы. Кровь заливала одежду, ему было больно, но жизни этот глубокая и болезненная рана не угрожала. Чтобы стянуть ему грудь хоть какой-то повязкой, Юлька раздела и раскромсала на полосы рубашку мертвого мухариба, не испытывая при этом ничего, кроме ненависти — страх, жалость, даже отвращение — все ушло куда-то вглубь, оставив на поверхности только холод, усталость и злость. Наиль мужественно пережил ее неумелую перевязку, а потом они снова поднялись и потащились к воротам, чтобы влиться в толпу беженцев, среди которых было много раненых.
Земля раскачивалась у них под ногами, мир казался безумным и пьяным. Выйдя за городские стены и пройдя часть дороги в сторону шеадра, Юлька еще раз обернулась на город. И опять увидела Змея в небе. Он взмывал вверх, и Юлька различала у него в когтях фигурки людей; он падал вниз, исчезая на улицах, и снова подымался, с невероятной скоростью проносясь чуть выше крыш и снова подымаясь в черное небо. Золото на черном и над белым. До чего же прекрасным и страшным казалось это зрелище…
Вдоль дороги к шеадру тоже тянулись провалы — очередные пустоты под городом, только более глубокие. Дом, в котором размещалась камера хранения, небольшое кафе и несколько сувенирных лавок, стоял на краю посадочного поля для вимм и Крылатых, в стороне и от города, и от шеадра. Сейчас там творилось нечто невообразимое. Поле было переполнено беженцами, которым не хватило вимм, и которые сидели, стояли, лежали на каждом свободном клочке земли. В отдалении со стороны гор на посадку медленно заходил медицинский транспортник, мигая огнями и давая предупреждающие гудки, чтобы ему освободили место. Вокруг дома и в дверях толпились люди, огромная очередь выстроилась к двум боковым дверям, ведущим в туалет.
Дойдя до развилки, Наиль остановился.
— Подождем Ролли с Ильнарой? — спросил он.
— Не знаю, — вздохнула Юлька. — Мы понятия не имеем, что с ними случилось и куда они пошли.
— Я бы сейчас пошел через шеадр и вернулся в Саманданг, — сказал он. — Тут получится кружным путем, через Рузанну, наверно, быстрее всего, и пришел бы с отцом и с дядями, у меня их двое, и они очень крепкие ребята. Возможно даже на вимме, может даже лучше на медицинском транспорте прилететь, чтобы не стреляли. Воздушный бой в основном уже закончился, он весь на улицах. В небе, как ты видишь, только сам Змей.
Юлька задумалась. Предложение Наиля показалось ей очень правильным.
— Тогда пошли к шеадру, — сказала она.
И они торопливым шагом направились в сторону высокого пирамидального сооружения, к которому цепочкой подтягивалась толпа.
Где-то уже совсем близко к заветной цели Юлька неожиданно обнаружила, что ее ожерелье резко нагревается. Поспешно она ощупала камни — и концентратор фэйра, и в особенности красный камень — щит от наэра неприятно обжигали кожу. Наиль пожаловался, что у него кружится голова и двоится в глазах. Состояние становилось странным — ей почему то стало казаться, что ночное небо дрожит…
— Юля, туда нельзя, там, похоже, что-то с шеадром, — испуганно сказал Наиль. — Смотри, тут поблизости тоже были обрушения, возможно, там плиты тряхнуло.
— И что? — спросила она, борясь с подступающей дурнотой.
— Аномалия Грани, — прошептал он. — Опасно очень. Надо возвращаться вот за те столбики, — и он показал на оставшиеся позади каменные столбы с навершиями в виде небольшой статуэтки ворона. — Это зона безопасности.
— Ты уверен? А почему тогда они идут? — она кивнула на уже поднимающихся по лестнице людей.
— Или не чувствуют, или там вблизи все спокойно, — сказал Наиль. — Давай подождем хотя бы немного…
Но они не успели.
Глава 14. Каррана. Саша
Взять шеадр-порт без потерь не получилось. Эмир Серджента совместно с Ревалем были настороже, и при подлете к полям его встретил веерный огонь из баллист и туча тяжеловесных болтов. Много вимм получили повреждения, а первые высадившиеся на площадку над станцией были уничтожены. Саша предполагал, что охрана станции окажет сопротивление, поэтому бросил вперед особо отчаянных мухарибов, специально отобрав их — они и полегли, только ступив на землю воздушного порта. Наги шли второй волной, они то и прорвались на генераторную станцию. Бой велся до последнего защитника, гражданских сотрудников запирали в кабинетах и рабочих помещениях, чтобы сохранить живым персонал станции и не нарушить ее работы. Саша сделал пару устрашающих кругов над территорией, но быстро понял, что он нужнее на земле, чем в небе. Бой шел на каждом этаже, в каждом коридоре, за каждое помещение, всем, что было в распоряжении — иглопалами, хлыстами, арлами. В последний момент он учел совет Кольера погрузить с собой персональные металлопластовые раздвижные щиты, в которые было вмонтировано кольцо-щит от наэра, и как только увидел арлы в руках защитников станции, приказал взять их всем десантирующимся. Противник их тоже имел; к счастью, и наги, и часть мухарибов хорошо умела ими пользоваться. Плохо владел ими сам Саша, он и получил свое первое боевое ранение — арл-болт насквозь пробил мышцу на левом бедре.