Молот империи 3 (СИ)
Заодно выучил расположение всех главных узлов Ужаса Глубин. Хотя ужас из него сейчас так себе. Грозим только рыбам, которых всё равно не видно в перископ. На дне темно, как я и думал.
— Двигатель на винт отремонтирован, — доложил мне стармех. — Мы проверили, смогли его выдвинуть, он даже крутится. Запитали от батарей на самую низкую скорость. Пока заглушили, запитаем потом от генератора.
— Отличная новость. Что с компрессорами?
— Подготовлен к старту. Оба в норме.
Команда проводила последние приготовления. Двигатели уже сухие, ждут запуска. Вода удалена отовсюду, где можно было, кроме ног. Вопрос — пойдут ли они дальше?
Много вопросов, но ответы на них мы могли узнать, только проверив всё на практике.
* * *
Мы осмотрели компрессоры. Два жёлтых воздушных компрессора казались новенькими. Вода их отмыла, пока заливала. Они оба исправны, это хорошо.
После осмотра вернулись в топливный отсек, где всё ещё тепло. Я отдал Марку свои подсушенные зимние перчатки, потому что он свои пальцы заморозил и несколько раз порезал.
— Команда, — объявил я сиплым голосом. — Если мы выйдем отсюда живыми, я каждого награжу Орденом Золотого Орла. Императрица лично вручит их вам. А это деньги, это уважение, это звания. Выше этой награды нет ничего.
— Да мы тут не ради наград, — робко сказал один из механиков.
— Неважно. Мы должны выжить и победить. Вы все занимались своим делом, и вышло отлично. Враг думает, что мы мертвы. Он думает, что мы кормим рыб на дне, он думает, что он победил в войне. Но ещё нет! Мы поднимемся со дна. Мы возьмём пушку главного калибра, — я сжал кулак. — И всадим её в задницу Печати Огня!
Механики дружно засмеялись.
— Мы им такое устроим. Мы вернёмся из мёртвых и покажем им. Только наша команда, одна, изменит ход этой войны! А теперь, за работу, парни! Всё зависит от вас. Стармех, какой порядок?
— Сейчас будет тяжело, — он вышел вперёд. — До утра ещё несколько часов. Сейчас мы запускаем компрессор и продуваем цистерны от воды. Потом смотрим, удалось ли нам подняться хоть немного, и запускаем один двигатель, чтобы заработал главный генератор. Когда начнёт работать главный генератор, мы запускаем винт в обратную сторону. А потом ждём, когда ступни упрутся в землю.
Если на каком-то этапе у нас не получится, мы обречены. Мой револьвер залило водой, но оружие Марка исправно. Я не хотел этого говорить, но в самом тяжёлом случае… никто не задохнётся и не утонет. Сделаю, как их командир, чтобы никто не мучался.
Но это самый крайний случай. Должно получиться.
— Если у нас всё выйдет, — сказал я. — У нас будет мало времени на земле. Нам нужно будет слить воду из ног и закачать воздух в орудийные платформы. И потом мы атакуем. Если линия держится, мы помогаем им в обороне. Если линия прорвана, мы преследуем врага. А теперь… да помогут нам предки.
Вспомнил об амулете, который мне давала Катерина Громова, с её духом предка. Интересно, смог бы он помочь. Но я вернул его. Правда, три духа предка есть в электрокамере, там стояли их свечи. Говорят, если их хорошо попросить, они обязаны выполнить просьбу.
Хотя поднять со дна многотонную машину они не смогут. Этим должны заняться мы.
— Присмотрите за ранеными, чтобы они не выпали, когда нас наклонит, — приказал я. — И запускайте компрессоры.
Механик с ссадиной на скуле дёрнул рычаг.
Ничего не произошло. Мы просто ждали.
— Давай же, малышка, — едва слышно шептал Марк. — На тебя вся надежда.
Не было слышно гула работы механизмов, никакой вибрации, ничего. Тишина. Кто-то громко и судорожно дышал. Кажется, я слышал, как бьётся моё собственное сердце.
Потом раздалось шипение.
— Работает, — прошептал один из механиков. — Компрессор работает.
— Тихо! — стармех вытер вспотевшее несмотря на холод лицо. — Пока он выдует воду, мы…
Ригга дёрнулась. Раздался громкий гул. Шипение становилось громче. Исполин содрогнулся ещё раз.
Мы все уставились на прибор, который показывал наклон корпуса. И ждали. Мы всё ещё лежали на брюхе.
Шипение стало ещё громче. Манометры давления, стоящие на жёлтых трубах пневмомагистрали крутились, как бешеные, стрелки болтались в красных зонах.
— Сейчас труба лопнет, — прошептал кто-то. — Предки, спасите…
Корпус Ужаса Глубин заскрипел. Стармех дёрнулся от неожиданности и чуть не сбил с ног Марка.
Металлический пол, который в вертикальном положении был стеной, резко наклонился.
И всё, Исполин замер, чуть привстав. Прибор, показывающий наклон, изменил положение.
Снова стало тихо. Только где-то вдали слышалось шипение сжатого воздуха.
— Нас приподняло, совсем немного, — пробормотал старший механик. — Совсем чуть-чуть.
— Сможем запустить винт? — спросил я.
— Нет, нужно подождать ещё…
Пол подняло ещё круче, я едва удержался, а механик с ссадиной на скуле упал. Товарищи его подняли. Корпус заскрипел снова.
— Теперь можно запускать, — шепнул стармех.
— Выполняйте.
— Запустить четвёртый двигатель! — крикнул он.
— Есть! — раздалось из машинного отсека.
Я услышал, как переключили рычаг.
Двигатель загудел, зашипел и начал стучать. Всё быстрее и громче. Звук, слаще любой музыки. Та-та-татататата. Корпус Исполина вибрировал сильнее, чем нужно, я слышал стук и скрежет внутри, но этом потом, это мелочи. Главное, что он работает.
Лишь бы не взорвался.
— Винт выдвинулся! — доложил лысеющий механик со свежей царапиной на лбу. — Вы слышите?
— Да! — все закивали, хотя я не слышал ничего.
Пол наклонился ещё сильнее. Я взялся за поручень двумя руками.
— Слушать меня! — я говорил громче, хотя горло болело. — Если всё пойдёт по плану и нас приподнимет, балансиры и противовесы в корпусе выровняют положение. Сразу займите…
Внизу и с боков раздался громкий стук, это начали проворачиваться массивные, тяжёлые противовесы.
Это было быстро. Пол снова стал стеной. Я чуть не ударился затылком о трубу, но удержался. Один из механиков, тот, который с царапиной на лбу, едва не улетел в шахту, внутри которой лежал, но Марк успел его схватить.
Ригга снова застонала от нагрузки, но прибор положения менялся.
Мы все смотрели на него. Неужели?
— Мы стоим! — завопил старший механик. — Мы встали на ноги! Балансиры сработали!
Заорал кто-то ещё громче. Корпус снова заскрипел. Двигатель стал работать тише.
— Утечка воды в пятом отсеке!
— Уже устраняем!
— Готовим к запуску все двигатели!
— Удалось? — спросил Марк спокойным голосом. — Всё хорошо?
— Ещё нет, старина, — сказал я. — Теперь самое сложное. В кабину!
Мы забрались по шахте, снова пользуясь лестницей. В кабине холодно, изо рта шёл пар. Дышать уже сложно, воздуха уже меньше. Я бросил взгляд на приборы.
Двадцать метров глубины, потому что мы стоим, а измеритель давления находится где-то вверху кабины. В оптику не видно ничего.
— Марк, сейчас я твой второй пилот, — я сел в кресле и посмотрел на забрызганный кровью пульт. — Выводи нас, ты умеешь. Лучше тебя с этим никто не справится.
— Принято. Что с рацией?
— Не работает! — доложил Сергей, который только что забрался в кабину. — Пока не работает.
Не работало и освещение, ведь главный генератор вращал винт. Но теперь винт не нужен, он свою работу сделал. Механики сами восстанавливали старую цепь запуска.
— Кричи вниз, Сергей, — сказал я. — И слушай, что кричат они.
— Есть!
— Жду рапорт о готовности всех систем, — объявил Марк. — Десять минут до старта.
Я взглянул на манометры. В других условиях в бой с такими показателями я бы не вступил. Ну, выхода нет.
— Двигатели готовы к запуску!
— Главный генератор готов к запуску!
— Цепи восстановлены!
Кричали ещё. Но мы ждали главного отчёта.
— Все системы в норме!
Марк уселся в кресло, ставя ноги на педали. Потом вздохнул и посмотрел на меня печальным взглядом.