"Фантастика 2023-185". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
— За что угодно. — Капитан резко выпрямился, усталость как рукой сняло и во взгляде полыхнул огонь. — Вы не пожалеете.
Он начинал все больше и больше нравиться Сергею, как всегда радуют искренняя забота и отсутствие равнодушия к людям. Особенно — у власть имущих.
— Ничего не надо, — сказала Эния. — Как мы будем спать, если начнем брать деньги с детей.
— Спасибо. — В глазах капитана заплясал веселый огонек. — Огромное и искреннее спасибо…
Совершенно неожиданно огонек сменился на что-то не до конца понятное, его брови нахмурились:
— Я прошу прощения… Что это? — Ладонь протянулась и подняла руку Сергея, где тот машинально вертел в пальцах кольцо. — Вы не позволите?
Сергей молча и с интересом опустил перстень на раскрытую ладонь — ладонь поднялась и приблизилась к внимательным глазам. Солнце заиграло яркими бликами, отсвечиваясь в глазах, — на полированных гранях изломанными линиями тянулась замысловатая вязь…
В воздухе начала затягиваться пауза — что-то почувствовала и группа людей неподалеку, некоторые шеи заметно вытянулись из воротников. Наконец лорд-капитан выпрямился.
— Откуда это у вас? — Внимательный взгляд карих глаз долго смотрел куда-то в пустоту, затем как-то непонятно ощупал лицо Сергея, потом Энии. Голос немного дрогнул. Или показалось?
— Это дал мне один человек в Рохе, — с готовностью сказал Сергей. — Сказав при этом, что в Нипороге отныне у меня будет дом.
— Дом… — задумчиво повторил лорд Маиер. — Дом. Человек в Рохе… Как это может быть?
— Мой муж — рохер, — спокойно сказала принцесса. — Он там бывает. Иногда.
— Час от часу не легче. — Прищуренные глаза скользнули по лицу Сергея.
— Надеюсь, — голос Энии стал ледяным, — вы не подвергаете мои слова сомнению.
— Да нет, что вы. — Капитан искренне улыбнулся, в уголках глаз собрались доброжелательные морщинки — он протянул кольцо обратно. — Этот перстень может существовать только у законного владельца. Скажите, вы его давно видели, этого человека? Он жив?
— Как вас, — удивленно ответил Сергей, рассматривая странную вещь на ладони. — Был в полном здравии… А что? Вы с ним знакомы?
— Лично — нет, но… — Лорд Маиер о чем-то размышлял. — Так. Давайте встретимся вечером… Или нет, лучше завтра. У меня. Тут необходим председатель — лорд-капитан Уолл Вар.
— Что в нем особенного? — нахмурился Сергей. — В этом кольце. Почему вы так… удивились? В чем дело?
— Все завтра, — извинительно поднял руку капитан. — Я сам очень многого не знаю. И многое надо освежить в памяти. Договорились?
— Хорошо, но… — медленно произнес Сергей. — Ладно. Пускай так.
— И спасибо за эмацею, — добавил лорд Маиер. — Простите за спешку — я пошлю с вами человека. Может… у вас есть какие-нибудь свои просьбы?
— Нет, — ответил Сергей и повернулся к лошадям. — Всего доброго, лорд-капитан, до завтра.
— Только одна, — сказала Эния.
— Да? — Лорд Маиер обернулся — где-то глубоко на дне уставших глаз мелькнул тревожный огонек.
Сергей удивленно остановился.
— Позвольте поговорить с этим узником… Который только что был здесь. Из Ассаны.
— А, понятно. — Капитан улыбнулся, Сергею показалось — даже как-то с облегчением. — С родной стороны, так далеко от дома… Конечно.
— …Осторожно. — Охранник пригнулся и завернул в узкий боковой проход. — Здесь низкие потолки, господин лорд.
Сергей пропустил вперед Энию и оглянулся — каменный коридор, подсвеченный неровным светом факелов, железные цепи со скобами ручных кандалов, кованые решетки заграждений, в углах — паутина и пыль… Мрачные стены оставляли за собой особое, гнетущее впечатление.
— Я не могу иначе, извини, Сережа, — шепнула рядом Эния. — Он наш подданный, я просто не имею права не выяснить все про него. Это моя обязанность.
— Что ты, Эния, конечно. — Он повернулся — в синих глазах виновато отсвечивали неровные всполохи факелов. — Обязательно. Всегда оставайся тем, кем ты должна быть. К тому же мне самому хочется еще раз на него взглянуть…
Охранник остановился возле тяжелой железной двери и завозился, звеня связкой длинных тюремных ключей, — под низким сводом раздался противный скрип тяжелых, давно не смазываемых петель.
— Я буду рядом. — Он отошел в сторону. — Позовите, когда понадоблюсь.
Сергей кивнул и, пригнувшись, шагнул внутрь — следом мягко прошуршала платьем принцесса.
Он сидел на полу, запрокинув голову затылком к стене и закрыв глаза, этот странный узник, арестант, разбойник, пират… Тогда почему странный? Сергей молча разглядывал его — что в нем было такого, что заставило тогда задержать взгляд? Спутанные волосы и щетина — больше напоминающая бороду, обветренное лицо и жилистые руки — безвольно свисающие с полусогнутых колен… Руки, возможно, видевшие много крови.
Человек открыл глаза и посмотрел на них — Сергей отвернулся. Он мог бы и не открывать глаза. Потому что взгляда — в привычном человеческом понимании — все равно не было. Была пустота, глубокая пустота, очень знакомая Сергею, когда все равно и безразлично — есть здесь кто-нибудь или нет, кто-то говорит или кто-то молчит, рушатся стены или горит потолок, или даже разверзается сама земля и трубит горн Страшного Суда…
— Здравствуйте, человек, — сказала принцесса.
Он опять закрыл глаза.
— Оставьте меня в покое. — Голос напоминал перемалывающие жернова мельницы. — Позовите, когда будет казнь.
— Казни может и не быть, — спокойно сказала Эния.
Это было сказано как-то холодно, спокойно и уверенно-безразлично, что даже у Сергея почему-то сразу пропали сомнения — так и будет, это не просто слова, это констатация факта. Это говорила принцесса.
Человек открыл глаза и посмотрел на нее, в них что-то прошло, что-то — но совсем не удивление и не надежда. Его глаза напоминали залитый водой и потушенный костер, костер былой боли — когда после жаркого пламени остается только зола, и ветер иногда поднимает оставшийся, никому не нужный пепел…
— В чем ваша вина? — опять спокойно сказала Эния.
Ей невозможно было не ответить.
— Я преступник, леди, — тихо и медленно произнес человек. — Я убийца. Мои руки по локоть в крови. Я ХОЧУ казни. Прощайте.
Так. Она все-таки заставила его говорить. Он ей ответил, этот обгоревший и почерневший гроб — опустившийся под землю глубокого безразличия… Значит, диалог будет.
— Вы сами пришли, — холодно констатировала принцесса. — И сами попросили смерти. Вы считаете, что заслужили избавления?
Человек оторвал голову от стены и повернулся — в его глазах впервые пробежало что-то человеческое. Никто еще не говорил такое, что смерть — это избавление, и это избавление надо заслуживать… Однако это соответствовало его состоянию. Похоже, он даже немного удивился.
— Не заслужил… — Он опять откинул голову на стену. — Можете сделать это медленно и мучительно. Мне все равно.
— Послушайте, — неожиданно очень мягко и тепло сказала Эния — совершенно неожиданно. Она подошла и опустилась рядом на корточки. — Только немного послушайте. Вы совершили много страшного и много злого. Пускай так — я не сомневаюсь в этом и не хочу вдаваться в подробности. Пускай так. Но… Но что-то произошло. Произошло то, что случается далеко не с каждым. Вас испепелила совесть… — Власть сменилась материнством — настоящим, и это была не подделка — теплоту, заботу и участие ощутил даже Сергей. — Совесть пришла — она пришла и заполнила все. Она вывернула вашу душу и заставила возненавидеть себя. Она пришла — и вы увидели все. Кто вы есть, кем были и кем стали. Все. И тогда захотелось умереть… Так?
Он молчал, однако его глаза не отрывались от принцессы, и в них уже не было безразличия — в них начала появляться боль. Это была правда. Такая правда не могла, просто не могла ТАК переплетаться с участием. Да кто она такая…
Сергей прислонился спиной к стене, восхищенно глядя на Энию. Она вывела его, это же надо — вывела из ступора, ступора равнодушия, и так быстро. Елки, как ему далеко до нее, до ее воспитания, интуиции и… И сердца.