"Фантастика 2023-185". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
Огромный зал молчал, огромный зал впитывал слова своего короля и был полностью согласен с ним. Зловещая тень Роха с самого рождения гнетущим призраком витала над сознанием людей.
— Изменение должно произойти, — продолжал король Ангурд. — Ибо не для того создан человек, чтобы бесславно погибнуть. И изменение начнется с нас самих. С наших голов. С нашей победы над собой. Над своим страхом… Тварь Роха — это враг. Сильный враг. Но мы ведь не падаем на колени перед стадом взбесившихся буйволов?
Зал молчал, зал не возражал, зал соглашался — нет, конечно, не падаем.
— Я хочу, чтобы сегодня вы увидели не зрелище. Не ловкость и силу. Не страх и лютость. Не геройство, отвагу и мощь. Я хочу, чтобы вы увидели смертность. Смертность твари из Роха, как смертны любые твари, живущие на земле. И тогда геройство и отвага будут в нас самих. И это будет первый шаг. Первый шаг на длинном пути, который ведет туда, где чистые земли и никакого Роха. Как и должно быть на свете. Тихо! Не надо, я не артист. — Он поднял руку, прекращая появившиеся было хлопки. — Я ваш король. И для того живу.
Король Ангурд опустился на место и кивнул в сторону — в воздухе поплыл восходящий по тональности звук сигнального горна. Следом вступили огромные тамтамы, постепенно по нарастающей увеличивая частоту, громкость и напряжение ожидания…
По боковым проходам побежали длинные цепи вооруженных гвардейцев — через минуту арена с внешней стороны была окружена тройным кольцом живой защиты. Через высокий, острый как бритва металлический забор, окружающий арену, и вверх поднялись отточенные жала сверхдлинных пик. Толпа притихла, замерла в ожидании.
Дробный бой тамтамов продолжал нарастать. Лязгнули, поднимаясь вверх, ворота боковых выходов на арене, и на утрамбованный речной песок ступили, закутанные в белые плащи, фигуры. Боевые рыцари Белого ордена — двенадцать человек, опытных, каждый из которых в разных составах команд не раз побывал за пределами белесого тумана. Толпа пожирала глазами фигуры в плащах — легенды, о которых обычно рассказывали вечерами у каминов, двигались перед глазами во плоти. Цепь фигур распределилась равномерно по кругу, на светлом песке пролегли длинные вечерние тени.
И тогда одним звуком стих дробный бой барабанов, и в резко наступившей тишине до самых удаленных уголков огромного цирка долетело легкое шуршание — двенадцать человек одним движением скинули белые плащи и отбросили их далеко назад. На солнце сверкнули длинные отточенные лезвия нестандартных мечей и легкие прочные доспехи, сделанные из хитина рохерских тварей…
Напряжение ожидания достигло наивысшего предела. Все взгляды опять устремились к королевской ложе.
Король оглянулся назад. Илл Гушар находился здесь, он не ушел, хотя и мог бы — с его авторитетом и уважением, которым пользовался, в том числе и у короля. Он просто откинул голову назад и закрыл глаза. Непонятно почему, но грозный, непоколебимый, всезнающий Ангурд почувствовал облегчение — старый эдитор не оставил его сейчас, он здесь, рядом… Король повернулся к залу и кивнул головой.
Посреди арены дрогнула земля, приспустились и начали расползаться в стороны огромные створки — в разверзающуюся щель посыпался песок. Створки расползлись и остановились, растворив зев на четверть арены. Тысячи глаз уставились в ожидании на широкую черноту подземного выхода.
Заскрипели туго натянутые цепи ручных подъемников, и наверх медленно поднялась большая платформа — по песку поползли быстро растворяющиеся полосы белесого тумана.
— Туман? Почему туман? Откуда он взялся? — Король быстро обернулся назад. Вся его свита в ложе непонимающе уставилась вниз, они знали и понимали еще меньше, чем сам король. Ангурд перевел взгляд на эдитора.
— Оттуда же, откуда и сама тварь… — сказал Гушар и, хмуро вздохнув, повернул голову в сторону арены.
Туман быстро растворялся в воздухе, открыв на платформе восемь гигантских членистых ног. Весь зал амфитеатра вздрогнул, единым порывом вздохнуло бесчисленное множество людей. Где-то от испуга закричала женщина, чуть дальше заплакал чей-то ребенок.
Белесые сгустки растворились и взгляды тысяч людей скрестились на огромном, величиной с дом, порождении ненормального мира, как будто прямо перешедшем из ночного кошмарного сна. Циклопический черный паук резким контрастом выделялся на светлом фоне песка, притягивая к себе наполненные страхом глаза, вызывая отвращение и желание бежать. Неподвижные фигуры воинов ордена казались букашками, специально приготовленными на обед растопыренной хищной нечисти.
Над залом повисла тяжелая тишина. Немногие мамы прижали к себе непонятно зачем взятых сюда детей. Многие и очень многие отцы смущенно опустили головы, не желая смотреть друг другу в глаза, потому что никто не мог остаться спокойным и равнодушным. Рох пришел воочию. Пришел в огромный зал и прикоснулся к душам людей, и остановился в нескольких десятках метрах от каждого. Люди боялись шевельнуться, чтобы лишним движением не привлечь внимание чудища…
Паук дернулся и, мягко переставляя длинные выгнутые ноги, продвинулся вперед — на песок опустились длинные тонкие усы, четыре пары немигающих глаз уставились на неподвижные фигуры. Монахи не шевелились.
— Не подведите, родимые, выдержите, — сквозь сжатые от напряжения зубы сказал король.
— Они не прошли полный курс концентрации. Но это лучшие из рохеров, — тихо произнес кто-то рядом.
Он не стал поворачиваться, чтобы посмотреть кто. Эдитор Гушар молчал.
Некоторое время в зале ничего не менялось. Гигантский паук замер в неподвижности, всеми имеющимися чувствами и инстинктами анализируя обстановку. Воины ордена, наоборот, силою воли подавляли свои чувства и мысли.
Потом он поднял голову и посмотрел в зал. Восемь глаз, выделяющихся овальными кругами на невероятной головогруди, сконцентрировались на множестве людей с побелевшими от страха лицами. И тогда началась легкая паника — волна ужаса прошла по рядам вслед за взглядом снизу вверх, заставляя людей подаваться назад и закрывать глаза, дух перехватывало от голода и ненависти, ощутимо сквозивших от неживотных глаз. Женщины и дети закричали.
Чудовище повернулось, осматриваясь вокруг, и вслед за взглядом по зрительным ступеням неслась волна паники и ужаса, вздрагиваний, криков и плача. Многие бросились к выходу.
Обстановка готова была выйти из-под контроля.
Сергей вышел на площадь перед амфитеатром и остановился, удивленно разглядывая барельефы и лепные фигуры на высокой округлой стене. Ух ты. Впечатляюще. Прямо Колизей, театр Флавиев в Риме. Или почти как…
Слева, за ажурной витой решеткой, виднелись цветники, кусты и деревья дворцового парка — за ними вставали грандиозные арки, башни и шпили королевского замка. Справа небесной синевой убегало за горизонт бескрайнее море. Красиво. Умеет столица впечатлять.
Он вздохнул и двинулся через площадь к внушительному входу. Надеюсь, здесь не будет билетных касс… Вокруг никого не было, соседние кварталы как будто вымерли — оно и понятно. Все на турнире.
В воздухе, как ветер, прошелестел одновременный вздох тысяч глоток — Сергей даже пригнулся. Ух ты. Как у футбольного манежа, когда встречаются «Спартак» и какое-нибудь «Динамо»… Что там происходит? Он поднялся по длинной лестнице арочного входа наверх, на середине посторонился — вниз бежали испуганные люди, некоторые из них прижимали детей. Он посмотрел вслед — кто ж берет с собой на такое детей?
Огромная чаша внушительного цирка встретила вечерним солнцем и внезапным паническим гулом множества голосов. В центре арены, окруженной высоким металлическим забором и тройной цепью гвардейцев с пиками, ворочался чудовищный паук…
Сергей отскочил в сторону — вниз к выходу опять спешили люди. Он растерянно огляделся. Боже… Здесь же тысячи и тысячи людей… Глаза быстро выхватили среди волнующихся рядов красно-золотой балкон королевской ложи — она оказалась недалеко, меньше чем через четверть зала. Еще ближе на невысокой площадке виднелась походная пушка.