"Фантастика 2023-185". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Алексей отчего-то ожидал, что Ваня смутится, замямлит, опустит глаза… Или, наоборот, коньяк взыграет, и студент понесет хвастливую чушь. Но ни того ни другого: Ваня заговорил, негромко и вежливо, но совершенно свободно, не смущаясь:
— Дело вот как было: мы составляли план подземных коммуникаций. То есть лазали по ним, сопоставляли с поверхностью, а потом на карту города наносили. Разделились на группы: одна на юге, другая на севере… Потом встретились, сопоставили: все сходится! Где-то остались белые пятна, но видно, что если протянуть линии… ну, схемы коммуникаций, то все сойдется. И тут кто-то замечает на юго-востоке странное пятно…
4
Странное! Странное случилось с Алексеем Меркурьевым: слова юноши словно сдернули невидимый курок в душе. Что-то включилось в мозгу — знакомое и незнакомое, — пространство-время изменилось, сдвинулось, даже исказилось… но Алексей не успел угадать, как и зачем. Мгновенье промелькнуло и пропало, оставив неясно-тревожный след.
А Ваня увлекся, говорил быстро, сверкая глазами:
— Удивительно! Вроде бы там никаких совпадающих линий нет, тоннели или идут в обход, или заканчиваются тупиками. То есть схема все просветила, как рентген: в этом месте нет никаких подземных коммуникаций. Почему?! Мы — нас трое было — почуяли, что напали на что-то. Показалось: вот наконец-то она, настоящая тайна! Вот он — крутняк диггерский!
— Почему — показалось? — хохотнул старший Сачков. Он свое замечание счел очень остроумным.
— Ну да, не показалось, это точно. Это уж я так… Короче, не стали мы ничего никому говорить, решили втроем исследовать. Выбрали один ход, спустились, пошли. Шли, шли, вроде все как всегда… вдруг — бац! Хрен вам — тупик. Ход в решетку упирается. Такая мощная решетка из толстых прутьев. А вот замок на ней — плевый. Короче, повозились малехо и вскрыли мы его. Прошли по коридору. Глухая бетонная стена, и похоже, что уходит вниз, а коммуникации туда же, параллельно этой стене. И люк в полу. Стали ковырять — куда там, и пуля отскочит, как мячик. Так вот и стояли, думали, ну и додумались… Вдруг свет вспыхнул, всех ослепил, сирена завыла, и голос как из бочки: «Стоять! Лицом к стене! Руки за голову!» Ну, мы и не рыпнулись, все, как они велели, и вопросов никаких. А нам: «Кто такие? Чего делаем?» Ну, мы им: «Диггеры, все такое…» А они: «Счас, мать вашу, покажем вам диггеров! Лежать!» Пришлось лечь, мордой в землю. А они давай совещаться: «Ну, что делать с ними будем?» Кто-то говорит: «Да что, в расход, и все дела. Пройдут потом по сводкам как без вести пропавшие…» Здесь кое-кто из наших струхнул, а я, наоборот, понял, что пугают. Успокоился. Ну, они нас еще пошугали малость, потом говорят: «Валите отсюда, чтобы духу вашего не было!» Мы поскорее ходу оттуда, на поверхность выбрались, тут вроде как-то даже забавно стало, посмеялись. Ладно, думаем, подождем немного…
И опять оба мутанта поняли невысказанное: ребята в жизни еще пороху не нюхали и потому петушились, подзадоривали друг друга. Произошедшее казалось им теперь пустяком: ну, попугали да отпустили, велика беда…
Легкомыслие всегда бывает наказуемо.
А Ваня продолжал:
— Это самой ранней осенью было, в начале сентября. Обсудили мы ситуацию, ладно, думаем, переждем какое-то время… Ну, нам и показали какое-то время. — Молодой человек поежился, заново переживая то, что с ним случилось почти год назад. — Дня через три иду я домой, поднимаюсь в лифте. Последний этаж, и прямо рядом с лифтом лестница на чердак, там люк такой. Поднимаюсь, короче. Открывается дверь — там двое. Стоят, ждут. Вежливые такие: «Здравствуйте!» — говорят. Ну, и я, типа, не в лесу рос, среди пеньков, — тоже здрасьте вам… И тут вдруг такая дикая боль в паху! Так и скрючило всего. Но это ладно! Скрючило-то скрючило, а тут еще веселее: подхватывает меня кто-то, и я… взлетаю точно в люк, на чердак. Там еще раз по тем же причиндалам, извините за выражение. И, главное, не пойму чем! Ногами точняк никто не размахивал. Шокер у них, что ли, такой дистанционный…
 
Ваня сглотнул невольно — переживая все это снова, словно наяву…
От этого второго угощения по яйцам диггер света белого не взвидел, рот сам собой открылся в крике, но крика никакого не было — в хлебальник очень ловко сунули кляп.
— Ммм!.. — взвыл исследователь, вылупив глаза.
А тихий спокойный голос произнес над правым ухом:
— Я надеюсь, Иван Андреевич, вы нас правильно понимаете? Мы знаем, что вы человек разумный, и все же сочли за благо по-приятельски поговорить с вами, предупредить. Такие же дружеские встречи наши коллеги сейчас проводят с вашими друзьями. Один раз — всего один, больше не стану! — я настоятельно порекомендую вам больше никогда в жизни не приближаться к тому объекту. А главное — забыть о том, что он вообще существует. И помните, — голос, прежде мягкий, даже деликатный, стал вдруг жестким и холодным, — вы живете и будете жить только потому, что мы вам это пока разрешаем. Не забывайте об этом. Никогда! Ни на минуту! Ни наяву, ни во сне!.. Ну, и на этом, — голос вновь стал дружелюбным, — позвольте пожелать вам всего хорошего. Надеюсь, больше не увидимся. Прощайте!
Затуманенный слезами боли взор студента худо различил, как несколько мужских фигур исчезли в люке — как призраки сгинули. Ваня с усилием вырвал изо рта кляп. Преодолевая боль и сдерживая стоны, кое-как начал слезать по лестнице… Дома постарался виду не подать, хотя было трудно. Заперся в своей комнате под предлогом «полазать в Интернете», а сам завалился на тахту и лежал не шевелясь… Вроде бы стало полегче.
Где-то через час позвонил один из дружков-диггеров:
— Здорово, старик!.. — простонал он, и Ваня понял, что и с этим парнем уже потолковали по душам. — Как дела?
— Думаю, так же, как у тебя, — через силу усмехнулся Ваня.
— А-а… Ну, понятно. Слушай, надо бы завтра поговорить…
— Поговорим.
5
— Поговорили? — улыбнулся Алексей.
Поговорили, конечно. Все трое. С теми двумя воспитательную работу провели примерно таким же образом. Ребята сразу повзрослели. Конечно, тайна свербила душу, да и самолюбие слегка страдало… но здравый смысл все же взял верх. Исследование загадочного объекта решено было отложить — Ванин изобретательный ум отыскал такую благородную формулировку.
— Ну, и вообще-то, — Сачков-младший позволил себе язвительную ухмылку, — мы оказались правы. Радости, правда, от этого немного, но принцип… Этот тип мне что сказал? Никогда в жизни! Ну, вот и хрен ему. Я здесь, и я иду к объекту. Правда, ребята мои не идут, но и они уцелели. Мы, как только бодяга эта началась, в коллектор нырнули, пока его перекрыть не успели — и за городом вынырнули. Там сейчас пустошь выжженная.
— Ну и молодцы, — сказал Меркурьев и поднялся. — Ладно, господа хорошие, пора нам закругляться, долго мы уже разговоры трем. А это подозрительно… Вы, Герман Львович, как я понял, своим не очень доверяете?
— Мы не знаем, кто там есть кто, — со вздохом отвечал Нахимов.
— Ну, Валера узнает, — пообещал Алексей. — Итак, вкратце подобьем итоги: наша основная цель — секретный бункер и руины института. Предположительно там может быть матка Роя. Это задача-минимум. Согласны?
Возражений не было.
— Но тут надо иметь в виду одно обстоятельство, — заметил Алексей. — У нас есть подозрения, что Рой может проникать в человеческое сознание. Точнее, в психику. Возможно, в подсознание…
— Или не может, — упрямо возразил Валера и изложил свою версию.
Все внимательно слушали.
— Вот это больше похоже на правду, — важно заявил профессор, когда Подольский закончил свою речь. — Рой все же не Боженька, чтоб мысли читать каждого встречного-поперечного. А вот радиодиапазон сканировать вполне может. Вы же сами, Алексей Владимирович, как-то предположили, что нановиты эти обмениваются какими-то частотами. Связь-то между ними существует — это стопроцентно. То ли электромагнитная, то ли еще какая…
Проводник пожал плечами — все может быть. Я, мол, не настаиваю на своей версии.