"Фантастика 2023-185". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

— Слышь, спецназ, стрелки кончились, я пройду вперед еще метров двадцать — если нет их и дальше, то возвращаюсь. Ждите меня здесь.
Тот кивнул:
— Есть!
Ракитин вернулся через пару минут, на вопросительные взгляды товарищей помотал головой — нет. Указал рукой — назад. Он дошли до последней стрелки, огляделись — ничего. Двинулись обратно. Вскоре в поле зрения показались скобы лесенки, ведущие к люку.
Молча, не сговариваясь, полезли наверх. Подольский пошел первым. Осторожно приподнял уже немного сдвинутый кем-то люк, огляделся — вроде чисто. Махнул остальным — можно. Сдвинул люк в сторону, выпрыгнул, откатился, занял оборону, поводя стволом автомата в стороны. Пусто.
Вылезли остальные. Тут же залегли, ощетинившись стволами.
Они очутились во дворе-колодце, плотно окруженном со всех сторон девятиэтажками. Здесь было сумрачно, лучи восходящего солнца пока не достигали этого места. И тишина, давящая на барабанные перепонки, а вместе с ними — и на нервы. Снайпер Подольский, самый зоркий из них, прищурившись, всматривался в подозрительную темную кучу в дальнем углу. Мать твою! — до него дошло. — Это же…
Он привстал на колено, целясь из своего оружия. Все повернули головы в ту сторону. Затем поднялись и пошли.
Ближе, еще ближе, стволы нацелены в груду… груду тел. Боже, так их тут целая рота — не меньше! Зомби! Все мертвые — мертвее не бывает. Почти у всех разбиты черепа, прострелена грудь. И многие — черт, да они поломаны как куклы!
— Срань Господня! — по-киношному ругнулся Штепа. — Это кто же из них сделал? Оба?..
Слободчиков хмуро глянул в его сторону, что-то заметил прямо по курсу, подбежал. К машине подбежал — «шестерка», вся искорежена. Рядом — тоже трупы. И асфальт весь в бурых, уже подсохших пятнах…
Где же ребята? Твою мать, где Меркурьев и Зверев?! Если они стольких покрошили, то куда же сами-то делись?.. Капитан Слободчиков растерянно топтался на месте. Дальше не видно ничего и никого — ни трупов, ни следов, никого вообще. И врага не видно.
— Нужно прочесать округу, — глухо произнес подошедший Ракитин. — Может, еще найдем их.
Отвернулся, зачем-то отсоединил магазин, тупо глянул на блестящее тельце верхнего патрона, защелкнул обратно. Вот сука! Не надо было их отпускать — приказал и баста! Приказы командира не оспариваются и не обсуждаются. Развели демократию. Да нет — детский сад развели! Ясновидение, предчувствие… Предчувствие чего — смерти?.. Куда понесло вас, братишки?!. Горькая гримаса исказила лицо командира. Он повернулся к своим:
— За мной.
Все, включая формального командира группы Подольского, беспрекословно подчинились. Четыре фигуры в камуфляже, с оружием наперевес и с болтающимися противогазными сумками на поясе двинулись вперед.
4
Пропасть, гора. Падение, взлет. Вниз, вверх. Ух ты, круто! Только вот голова слегка кружится, оно и понятно — американские горки, блин!
Но — темно. Как у негра в ж… в брюхе. Ха! Он решил больше не ругаться, ведь он может скоро стать отцом. Какой пример даст дочери… А почему не сын. Нет, точняк, я уверен — дочка будет. Дочка?.. Так это…
Где?.. Где это? Что с ним такое? Где друзья, Леха, Тамара?..
— Где все?! — заорал он. Или подумал, что заорал.
Ох как плохо! Чертовы американские горки… гонки… Тошнит что-то. Хреново мне…
Это же…
Память урывками, толчками, багряными ошметками возвращала в прошлое. Что-то было, что-то такое… Был бой. Кровавая сеча… Да, он рвал врагов зубами и руками! Крошил их. А потом — потом он умирал. Весь поломанный, в кровище — своей и чужой, издыхая, на автомате полз к домам. Где когда-то жили люди.
Заполз в открытую дверь брошенной квартиры. Там зарылся в кучу тряпья. И — умер?
Нет! Не умер.
Не умер, не умер, не умер!..
— Я жив, суки! Жив! Ж-и-и-ив!..
Он раскидал тряпки вокруг себя. Извиваясь, попытался встать. Нету сил — вообще никаких. Как наколотая на иголку букашка. Только трепыхаться остается.
Багровые пятна перед глазами — мельтешат, тупой болью отдаваясь в голове. Мозги кипят — сейчас расплавятся. Треснет черепушка от избытка давления и вытекут мозги. Будет он ходить по белу свету пустоголовый. А будет ли ходить-то?..
 
Острая боль прострелила затылок, ушла к лобным пазухам и спустилась вниз, перехватывая горло спазмом. А потом спицей вонзилась в сердце.
Он закричал, и крик его постепенно перешел в рык, а после — в шипение. Тело выгнулось дугой, напряглось до предела — так, что затрещали позвонки. Затем рухнуло обратно. И тьма вновь поглотила его.
Но во тьме жили монстры. Они звали его к себе. Они… обещали — жизнь, силу, могущество. Нужно было только принять их в себя.
И он принял.
Вскоре с запыленного, захламленного пола поднялся тот, кто некогда был человеком. Лейтенантом городского ОМОНа Михаилом Зверевым. Но это было в прошлом. А сейчас на свет родился Монстр.
5
Когда-то у него была работа. И когда-то у него были друзья. А еще у него была любовь. Все это было — когда-то, не так давно. Это можно было вернуть — не все, но кое-что. Например, любимую и друзей — тех, кто еще остался жив. Но вот стоило ли оно того?..
Кем бы он вернулся к ним? Он уже не совсем человек, не только человек, а кто-то еще… В нем жил Рой, его частичка. Тысячи, сотни тысяч, а может, миллионы нановитов населяли его организм. Но они, эти крохотные и, как видно, обладающие разумом существа, теперь полностью подчинялись ему, они потеряли связь с Роем. Да, отныне они часть не Роя, а его часть. Его, Алексея Меркурьева — бывшего журналиста, научного обозревателя областного еженедельника. Ставшего бойцом и прошедшего если не все, то многие круги ада.
И сам он отныне уже не человек, но и не зомби, управляемый Роем. Он — Третий. И жить ему вот так: вне людей, в борьбе с Роем. Рой и он — вечные, заклятые враги. Примирения между ними нет и не будет.
У него есть стимул жить — ради уничтожения Роя. Есть и цели, и задачи. Самая первая — это разгадать тайну пирамид, которые Рой возводил из трупов зомби. Интуиция подсказывала ему, что наибольшая опасность сегодня исходит именно от пирамид.
Меркурьев нашел убежище в одном из корпусов санатория «Белая роща». Обезлюдевший санаторий как нельзя лучше подходил для его временного затворничества. Здесь имелся ледник, в котором Алексей нашел продукты — вполне пригодные в пищу. Он нуждался в передышке — чтобы многое осмыслить и принять решение, как жить дальше. И вскоре он его принял.
Настала пора действовать…
6
Группа Подольского вернулась ни с чем. Три офицера и сержант обшарили все окрестности того квартала, где разразилась последняя битва их друзей, но, кроме изувеченных трупов зомби, не обнаружили никаких следов. Правда, Штепа нашел вдрызг исковерканный автомат «Абакан» — именно такие были у Зверева и Меркурьева, но теоретически это оружие могло оказаться в руках Роя, точнее, кого-либо из его человекотеней. Между прочим, четверо мужчин, все матерые вояки, не додумались, что же могло так порвать хорошую качественную сталь. Разве что прямое попадание снаряда — но не похоже, да и стрельбы артиллерийской как будто не было… Так и не решили загадку.
Меж тем перевалило за полдень, солнце палило свирепо — и всем стало ясно, что торчать здесь дальше бесплодно. По крайней мере, сейчас. Тяжело признавать это, но… Там, в Башне, женщины и дети, им нужны помощь и защита.
Николай вздохнул.
— Ну что, друзья-однополчане… — фразу он не закончил, да и нужды в том не было. Все понимали, что к чему. Пора на базу, и лучше через знакомое подземелье. Пока, правда, тихо, но ведь только пока…
Обратный путь четверка смельчаков проделала гораздо быстрее: опыт есть опыт, долг есть долг — их ждали, на них надеялись, и подводить тех, кто надеется и ждет, никак нельзя.
Ну, а пропавшие товарищи… Все четверо думали о них, и каждый по-разному. Но было в этих разных мыслях одно общее: понимая, что по всему надо бы с Лехой и Мишкой проститься, мужики делать это не спешили. Кто знает?.. Человек всегда хранит в себе надежду, даже если понимает, что ее не может быть. Хранить и понимать — вещи разные.