"Фантастика 2023-185". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

— Даже не знаю… Вообще-то я хотел к вам лично. Мне, если честно, деньги нужны. А за пятьсот баксов, сами понимаете…
Лосев злобно сверкнул на него красновато-серыми глазами. Но вдруг опустил взгляд и с кошачьей мягкостью проговорил:
— Но ведь это лишь для начала. Ты должен себя проявить. — Он взял Глеба под руку и повел в дальний угол зала. — Моей племяннице грубо угрожают. Какие-то голоса по телефону. Меня это, разумеется, беспокоит. Надеюсь, ты меня за это не осудишь.
— Виталий Петрович! — горячо откликнулся Глеб. — Какие, блин, проблемы!
— Так я и думал, спасибо. Работа, собственно, невелика. Походишь с ней месячишко, понаблюдаешь… С кем встречается, какие заводит знакомства — докладывай мне лично. Как по-твоему, справишься?
— Нет вопросов! А если наезжать кто-то будет… самому разобраться или вам звонить?
Во взгляде Лосева промелькнуло презрение, но голос сохранил доверительность:
— Действуй по обстановке. Главное, докладывай обо всем. Могу я на тебя положиться?
— А то! — молодцевато брякнул Глеб. — Но, Виталий Петрович… потом вы берете меня в свою личную охрану. И за другие деньги. Правильно я понял?
— Абсолютно. — Лосев едва сдержал смешок. — Только поезжай немедленно и приступай к работе. Племянница ждет.
— А вдруг я ей не подойду? — уточнил на всякий случай Глеб.
— С чего бы? — Лосев достал из кейса блокнот, черкнул в нем авторучкой и, вырвав страничку, протянул ее Глебу. — Здесь Дашкин адрес и мой «сотовый» телефон. Докладывай обо всем.
— Железно, — пообещал Глеб. — А мой телефон есть у Толяна.
— Угу. — Олигарх извлек из кармашка кейса пять стодолларовых купюр. — Вот плата за месяц вперед.
Глеб взял деньги с усмешкой.
— Не боитесь, что я просто смотаюсь с этими бабками?
Лосев усмехнулся в ответ.
— Ну, деньги-то небольшие. Да к тому же… куда ты от меня смотаешься?
— Виталий Петрович, я же пошутил!
— Пошутил, не пошутил, а скрыться от меня теперь не мечтай. Тебе, крысеныш, это просто не по силам.
Опустив глаза, Глеб спрятал в карман деньги и листок с адресом.
— Ладно, я погнал.
Лосев, усаживаясь на велотренажер, махнул рукой в сторону двери.
— Давай-давай, старайся.
Рыжий накинул на могучие плечи полотенце.
— Пошли выведу, — буркнул он Глебу и направился к двери. Глеб поспешил за ним, натягивая на ходу куртку.
— Эй! — крикнул ему Толян. — С тебя причитается!
— Само собой! — радостно отозвался Глеб.
Когда они оказались за дверью, Стас хмуро полюбопытствовал:
— К чему был этот цирк?
Глеб смущенно поправил темные очки.
— Как-то все неожиданно… Даже размяться не дали.
— Ну да, при этом ты ничуть не взмок и дышал, как спящий младенец.
— Брось, это лишь с виду. В конце я сдох. Ей-богу.
Рыжий взъерошил пятерней свою шевелюру.
— Ладно, как скажешь. — Рванув на себя дверь, он вернулся в спортзал.
Лосев, размеренно крутя педали, по мобильному телефону информировал племянницу о нанятом для нее телохранителе. Стас дождался окончания разговора и подошел.
— Чего тебе? — насторожился хозяин.
— Виталий Петрович, пять дней назад Максима подстрелили — нужна замена. Вы обещали…
— Кого? Этого недоумка? — скривился Лосев, кивая на дверь. — Пускай девчонку охраняет. Пока его не замочили ненароком.
— Виталий Петрович, он вовсе не такой пентюх, как…
— Всё! Тема закрыта! За пять сотен пусть обслуживает эту писюшку — и того не стоит!
Пожав плечами, Стас от души врезал ногой по боксерскому мешку.
Приехав по указанному в листке адресу, Глеб припарковался метрах в пятидесяти от нужной подворотни, возле Дома игрушек. Сгущались сырые февральские сумерки. Возле светящихся витрин магазина стоял мальчишка лет семи-восьми в латаных пальтишке и шапчонке. Как зачарованный смотрел он на бегущий меж зеленых холмов поезд миниатюрной железной дороги. Прошагав мимо, Глеб оглянулся. Мальчишка прямо прилип к стеклу витрины, и в глазах его отражалась недоступная сказка. Глеб чуть потоптался, поправил темные очки и свернул во двор дома.
Набрав записанный код, он вошел в подъезд, поднялся в лифте на пятый этаж и нажал кнопку звонка. Дверь открылась, и перед Глебом предстал некто в мятых брюках и клетчатой ковбойке, носом уткнувшийся в лист бумаги.
 
— Здравствуйте! — рявкнул Глеб.
— Шолом. — Из-за бумажного листа выглянуло бледное лицо с курчавой бородкой. На Глеба уставились черные внимательные глаза. — Вы телохранитель? Заходите, раздевайтесь.
В меленькой прихожей перед зеркалом Глеб скинул куртку и спросил:
— Обувь снимать?
— На фиг, — отмахнулся бородач и, не отрывая взгляда от своего листа, испещренного математическими знаками, засеменил в комнату.
Вытерев ноги о половичок, Глеб устремился за ним. Бородач присел за письменный стол с компьютером и принялся черкать авторучкой на листе.
— Э-э… извините, — напомнил о себе Глеб, — а хозяйка где?
— Несколько правее, — отозвался насмешливый женский голос. — Поверните нос на шестьдесят градусов.
Племянница олигарха сидела за журнальным столиком и мазала ногти перламутровым лаком. Глеб, что называется, обомлел. Как ни пошло это звучит, но ее зеленые глаза походили на изумруды, а роскошные пепельные волосы до плеч так оттеняли матовую белизну кожи, что… Черт побери! Сказать, что она была потрясающе красива, значило не сказать ничего. Подобные лица Природа иногда создает в единственном экземпляре и потом бывает просто не в силах повторить их на «бис».
— Вы Дарья Николаевна? — обалдело уточнил Глеб. Его не оставляла надежда на то, что фигура у нее окажется никудышной, а ноги — кривыми. В какой-то мере это вернуло бы мирозданию утраченное равновесие.
— Как вы догадались? — осведомилась она. — У меня что, на лбу это написано?
— Ну, я подумал, что… — Глеб запнулся, наморщил лоб и выпалил: — Если Виталий Петрович дал мне верный адрес, то вы — его племянница Дарья Николаевна.
Она фыркнула.
— Потрясающее умозаключение.
— Угу, — кивнул Глеб, — с логикой у меня все в порядке.
— Заметно. — Она помахала растопыренной ладошкой, чтобы подсушить лак. Затем встала, подошла к окну и задернула шторы. — Наверное, у вас какой-нибудь черный пояс?
Тут Глеб обомлел во второй раз. На ней был короткий халатик и домашние туфли на каблучке. Фигура у нее была — черт побери! А красота длинных стройных ног могла бы потрясти и египетскую мумию. Но самое поразительное заключалось в том, что каждый ее шаг, каждое движение исполнены были такой грации, которую не обретешь ни в танц классе, ни на подиуме. И Глеб про себя решил, что она обязана быть идиоткой: если в мозгах у нее больше двух извилин — она просто монстр.
— Нужны мне эти пояса! — отмахнулся Глеб. — Меня знакомый китаец драться учил.
— Как звали китайца? — полюбопытствовала племянница олигарха.
— Какая разница? Обычное китайское имя.
— Какое, если не секрет?
Глеб с вызовом выпятил подбородок.
— Ли Бо его звали. Вам зачем?
Племянница бросила взгляд на сидящего за столом бородача.
— Как тебе это имечко, Илья?
Илья оторвался от бумаг и посмотрел на Глеба внимательными черными глазами.
— А вас-то самого как звать? — спросил он.
— Разве я не… Вот блин! Извиняюсь. Меня зовут Глеб.
— А как, блин, по отчеству? — уточнила племянница.
— Без отчества, Дарья Николаевна. Просто Глеб.
— Тогда я просто Даша.
Глеб мотнул головой.
— Нет. Вы мой босс.
— Скажите на милость! — Она подошла к нему едва ли не вплотную. — А почему на вас темные очки?
— У меня конъюнктивит.
— Надо же, какое слово вы знаете!
— Ага, я запомнил! — Глеб слегка попятился.
— Повезло вам, — сказала Даша. — Могли ведь заикой остаться.
— Вряд ли, — возразил Глеб, — заик у нас в роду не было. Извиняюсь, можно вас спросить? — обратился он к бородачу, ткнув пальцем в исчерканный им бумажный лист. — Что у вас тут написано? Что-то из химии, да?