Трофей Степного Хана (СИ)
Естественно, грешки водились. Угэ уже был стар, правил по инерции, его сыновья больше любили пиры и охоту, чем дела ханства. Как тут было под шумок не таскать понемножку из казны?
Но вот пришел новый хан, и все советники наперебой старались доказать свою нужность и значимость. А дел невпроворот, чего ни коснись - везде или недостача, или вообще какой-то прорыв. В промежутках еще из всех щелей лезли просители. Несли подарки...
В какой-то момент Тэмир просто оборвал это все и ушел к себе в шатер, чтобы хоть ненадолго отвлечься и поесть спокойно. А чтобы не совались, повесил на полог нагайку.
***
Аля заснула крепко и сколько проспала, не знала, но проснулась, оттого что ее забрали теплые руки. Вскинулась спросонья:
- Тэмир!..
- Я, - шептал он ей в губы, прижимал к себе и целовал.
- Ой, я заснула... Ты же голодный! Есть хочешь?
- Хочу, дуртай, - и снова целовал ее голодно и жадно.
Она пыталась барахтаться, потом затихла в его руках и наконец проснулась уже окончательно.
- Посиди! Я сейчас!
Подскочила и стала собирать ему наскоро еду на стол. А Тэмир сел на кошму и провел рукой по волосам. Устал. Видно, что осунулся.
Подумать только... Великий хан.
Он стал есть, а Аля подсела к нему под бочок. Прижалась, а он приобнял ее и так продолжил есть. Наверное, не надо было его грузить этим сейчас, но она все же сказала:
- Ко мне приходили женщины. Ургурки.
Тэмир бросил на нее быстрый взгляд, нахмурился.
- Говорили, что хан должен взять первой женой девственницу из достойного древнего рода. Думаю, уже и жену тебе нашли. Будут давить, вынуждать.
Он отложил еду.
- Охин-луу, посмотри на меня.
А когда Аля взглянула ему в глаза, сказал:
- У меня будет только одна жена.
Хоть она и выходит за него замуж уже второй раз. Она невольно ахнула и уткнулась ему лицом в грудь. Сидела так, потом все-таки высказала ему свою обиду:
- Они сказали, меня надо наложницей оставить. Наложницу, если надоест, всегда можно подарить верным людям. Или продать.
Тэмир застыл, глаза нехорошо сверкнули.
- Хорошо, что сказала.
Быстро доел и снова ушел куда-то. Аля осталась одна и переживала, правильно ли она поступила, что сказала ему, у него же и так своих хлопот хватает? Потом подумала - нет, все правильно. О планах ургурцев Тэмиру лучше заранее знать.
***
Стоило Тэмиру выйти из шатра, взгляд его тут же натолкнулся на заискивающие лица разнообразных просителей. Толпа. Все они кланялись и твердили:
- Великий хан, великий хан.
Хорошо, что в свое время он поселил всех своих рядом. Сейчас его шатер был плотно окружен шатрами соратников, вся эта толпа не могла приблизиться и торчала у ограды.
Перед входом в шатер дежурили Гырдо и Дава, чуть в отдалении, у ограды, в оцеплении воины из его мингана. Тэмир спросил:
- Давно стоят? - спросил он.
Дава кивнул:
- С утра здесь. И еще прибавляются.
- Наверное, им есть-пить не надо, - проворчал Гырдо.
Сложно было привыкнуть к новому положению. Ургурцы и китданы прежде в их сторону смотрели, брезгливо оттопырив губу, зато сейчас из кожи вон лез каждый. Тэмир прищурился, глядя на толпу. Неужто думают, что у него такая короткая память? Или оттого, что он стал ханом, все прежнее перестало существовать?
Именно сейчас он четче всего осознавал, что окружен врагами. Они еще опаснее, чем в открытом бою, когда ты лицом к лицу, потому что они неустанно будут искать твою слабость, будут жалить исподтишка. Выберут мишенью то, что тебе дороже всего, и нанесут удар.
Поэтому о планах врага надо знать заранее.
- Лишних не пускайте. К Алие только с моего разрешения.
- Будет исполнено, великий хан, - вытянулся в струнку Дава.
Тэмир покосился на него и хмыкнул. Потом повел плечами и двинулся к шатру совета. А там его уже ждали. Не только молодому хану нужна была передышка, советники тоже успели подготовиться и выстроить новую тактику.
Сейчас началось мягко. Его увещевали.
Великий хан Тэмир молод и полон сил, у него впереди столько побед и свершений! Но все эти дела отнимают столько времени. А они старые, им спешить некуда, кхе-кхе, и потому они помогут, научат, направят...
Были очень удивлены и ошарашены, когда он твердо сказал, что никуда не спешит и сам вполне способен разобраться. Если до того в шатре совета витал фальшивый душок лести, то с этого момента повисло какое-то странное напряжение. Советники сидели, нервно переглядываясь, пока Тэмир просматривал свитки, которые ему подносили один за другим. Как будто чего-то ждали.
Он не показывал вида, однако склонялся к мысли, что они готовят нападение. Рядом сидели Забу-Дэ, минбаши, и тут же были его воины, но Тэмир не расслаблялся. Цепко отслеживал все и постоянно ждал удара. И не ошибся, только замысел был другого рода.
***
Свитков, в которых содержались отчеты по расходам из казны, было много. Он просмотрел основные. Что заслуживало внимания, отложил в сторону и по ним затребовал отдельный отчет. Но это все заняло больше двух часов напряженной работы.
Когда Тэмир закончил и уже собрался уходить, один из старейших советников обратился к нему:
- Великий хан, окажи нам милость, откушай с нами.
Можно было отказаться, но Тэмир не видел смысла. Захотят отравить? Вина не пить, есть только самую простую пищу. Он кивнул и остался на месте. Появились молчаливые прислужники, споро накрыли стол, еда была разнообразной, видно, что особо приготовлена.
- Не побрезгуй, великий хан Тэмир, - склонился перед ним тот самый старейшина. - Это Бахаргуль, вдова Угэ-хана, послала, своими руками для тебя приготовила.
Рядом шумно выдохнул старый темник Забу-Дэ. Все смотрели на Тэмира, никто не притронется, пока хан не начнет есть.
- Передай мою благодарность вдове Угэ, - кивнул он.
Отщипнул кусочек лепешки и обмакнул в соль. Руки сразу же потянулись к еде, поднялся гомон, стали нахваливать. Прислужник налил вина сначала ему в пиал, а после остальным. И тут советник наконец начал то, ради чего все было затеяно:
- Великий хан, теперь, когда ты подкрепил свое сердце едой, может быть, более приятные дела обсудим?
Вопрос был задан сладким вкрадчивым тоном. И по тому, как умильно блестели глаза старого советника, Тэмир уже примерно догадался, о чем пойдет речь. Алия предупредила о том, что тут уже все между собой решено и оговорено.
Но если от него ждали, что он первым проявит интерес, то ждали зря.
Повисла пауза. Старейший советник, Годо-нойон, смотрел на него, Тэмир молчал. Кто-то прислушивался настороженно, кто-то вытягивал шею от любопытства. Один Забу-Дэ, которого это интересовало меньше всего, преспокойно продолжал высасывать из сахарной кости мозг.
Наконец, видя, что хан молчит, другой советник осторожно начал:
- Великий хан, мы печемся о твоем благополучии...
И остановился, выжидая.
Тэмир мысленно хмыкнул. О его благополучии или о своем? Как раз в этот момент кусок костного мозга с громким звуком шлепнулся на ковер. Забу-Дэ знаком подозвал прислужника, чтобы тот вытер, а потом уселся, сложив руки перед собой.
- Продолжай, - проговорил Тэмир.
На лице советника обозначилось облегчение, он переглянулся с нойоном Годо и стал выкладывать свои доводы. Заходил издалека, сначала сокрушенно вещал, как трудно одному без семьи.
- Без поддержки родственников человек как стебелек в степи. Солнце сожжет его, ветер согнет, сайгак затопчет. Родственники - каркас твоего шатра, надежная опора...
Советник растекался, а Тэмир думал - где были они все, когда Угэ-хан предательски напал и вырезал всю семью его отца?! Где была их поддержка, когда он остался один и выживал ребенком на пепелище? Все решили, что сын Сохраба уже мертв. А сейчас он стал ханом. И он в них не нуждался.